Мухтар Омарханович Ауэзов Tашкентцы

28 сентября 1897 года в местечке Аяккараган (близ зимовки Борли) в семье кочевника-казаха Чингисской волости Семипалатинской области Омархана Ауэзова родился сын Мухтар. Его прадед Бердиходжа был оратором и начитанным человеком, хранил обычаи предков, обладал даром красноречия. Хроники и летописи удостоверяют родственные связи Ауэзовых с шейхом Бакшайыш-ходжой, жившем в ХIII веке на Ближнем Востоке, правнуком самого Ходжа Ахмеда Яссави.

auezov.jpg

Первые впечатления детства были связаны с Чингистаускими степями и горами. Сохранилось свидетельство того, что бабушка Динасил водила внука в юрту Абая, и знаменитый поэт, по-отечески погладив его по голове, пожелал доброго жизненного пути и большого счастья. В шестилетнем возрасте дедушка Ауэз (1830-1917) по рукописной книге стихов Абая стал обучать Мухтара и его дядю и ровесника Ахмета арабскому алфавиту. Дед, подражая учителям-муллам, держал учеников над книгой с утра до заката, и все выученное за день нужно было перед ужином прочесть ему и отцу наизусть.

Мухтар Ауэзов рано лишился родителей: отец Омархан умер в 1900 году, мать Нуржамал – в 1912. Маленький Мухтар воспитывается у дяди Касымбека, который в 1907 году после года учебы в медресе устраивает мальчика в 5-классное городское русское училище в Семипалатинске на земскую стипендию Чингисской волости. В русских школах готовились переводчики-толмачи, мелкие служащие административного аппарата. В 1912-1913 учебном году Мухтар с наградой заканчивает первый класс учительской семинарии, а завершает обучение в Семипалатинской учительской семинарии в 1919 году.

Преподаватели семинарии Абикей Сатпаев, И.В.Малахов, Николай и Виктор Белослюдовы, Н.Е.Коншин, Назипа и Нургали Кульджановы, В.И.Попов, Н.Сулима-Грузинский, В.М.Морозов привили вкус к казахской народной литературе и языкам, к классике русской и мировой литературы, заложили основы знаний по основным отраслям. Молодой Ауэзов, по свидетельству педагогов, выделялся безупречным прилежанием, незаурядными дарованиями, благородной внешностью, изысканными манерами, стройной фигурой и какой-то аристократической величавостью. Незаурядный спортсмен играл за первую в городе футбольную команду «Ярыш». Русская школа, по свидетельству будущего писателя, «притягивала своим нескрываемым радушием».

В ученические годы Мухтар подолгу слушает воспоминания своего деда Ауэза, всего несколько годами старше Абая, о Кунанбае. С будущим главным героем всей своей жизни судьба связывала Мухтара Ауэзова многими нитями. Сам Абай почтил своим присутствием семейное торжество, устроенное Ауэзом по случаю появления на свет внука. Нурганым, одна из жен старого Кунанбая, отца Абая, была сестрой Ауэза. Впоследствии Мухтар сдружился с сыном Абая Турагулом и женился на Камиле, внучке великого поэта, дочери его сына Магауи. Ауэзов видел Дильду, первую жену Абая. Много сведений рассказала об Абае глубоко преданная его памяти Айгерим, пережившая мужа на десять с лишним лет. «Читать о прошлом — по свидетельству самого М.Ауэзова — приходилось в потускневшей, ослабнувшей памяти моих престарелых собеседников. Многое приходилось оживлять своими догадками, расшифровывать путем сопоставления с рассказом другого собеседника. С этими воспоминаниями приходилось обращаться бережно и осторожно: так запоздалый путник, отыскав в пепле костра, оставленного давно ушедшим караваном, тлеющий уголек, бережно и осторожно раздувает его, вызывая своим дыханием огонь».

В 1917 году в юрте Айгерим в виде подарка по случаи выдачи замуж и проводов Акыш, внучки Абая, была поставлена написанная Мухтаром Ауэзовым пьеса «Енлик-Кебек». Первыми самодеятельными артистами-любителями были внуки Абая и близкие родственники автора пьесы, причем женские роли исполняли аульные джигиты. Эта первая пьеса на казахском языке не сходит со сцены 90 лет.

Летом 1917 года по старинному обычаю и по воле близких родственников Мухтар женился на 15-летней красавице Райхан. В 1918 году у них родилась дочь Мугамила, о благополучии которой отец заботился всю жизнь. По рассказам самой Мугамили-апа, в ауле был устроен той-шилдехана, на котором присутствовали Султанмахмут Торайгыров, семинаристы Каныш Сатпаев и Алькей Маргулан. Через год родился сын Чокан, рано ушедший из жизни. В 1920 году, когда Райхан исполнилось 18 лет, ее брак с Мухтаром распался.

В 1918 году Мухтар Ауэзов и Жусупбек Аймаутов издают в Семипалатинске журнал «Абай», который после выхода двенадцатого номера был закрыт по идеологическим мотивам. С 1 декабря 1919 года в Семипалатинске окончательно установилась Советская власть. В 1919 году Мухтар Ауэзов вступает в Коммунистическую партию и продвигается впоследствии по партийной линии до должности председателя Семипалатинского губисполкома и секретаря КазЦИКа в Оренбурге, одновременно пробуя силы в драматургии и журналистике. С октября 1919 года М.Ауэзов участвует в подпольной организации против Колчака. Согласно выписке из книги приказов по Семипалатинскому облревкому от 23 декабря 1919 года М.Ауэзов «допущен» к исполнению должности заведующего Инородческим подотделом Управления областного ревкома. В июле двадцатого года из заведующего подотделом Ауэзов превращается в заведующего Отделом. В мае следующего года М.Ауэзов, после непродолжительного ареста «за неприятие энергичных мер по проведению в жизнь мобилизации киргизского населения», становится полноправным членом губкома, председателем Семипалатинского губисполкома, редактором газеты «Ќазаќ тiлi». Он – делегат всех конференций, в том числе IХ Всероссийского съезда Советов, член ЦИКа Казахской автономии.

В Семипалатинске Мухтар Ауэзов своими пьесами оказал неоценимую помощь в становлении и росте первого культурно-просветительного кружка «Ес аймаќ». В клубе «Сибирские бурлаки» для затонских рабочих была поставлена пьеса «Ел аєасы», рукопись которой впоследствии, к сожалению, была утеряна. В начале 1921 года Мухтар пишет четырехактную драму «Байбише и токал», постановка которой под непосредственным руководством драматурга была осуществлена 23 марта 1921 года в клубе имени Свердлова. 20 декабря 1922 года зрители театра имени Луначарского увидели пьесу «Енлик-Кебек», жемчужину казахской драматургии, о степных Ромео и Джульетте. Неслучайно занавес первого профессионального театра в Кзыл-Орде в 1926 году открылся пьесой М.Ауэзова «Енлик-Кебек». Всего написано М.Ауэзовым свыше двадцати пьес, но судьба их была разной.

В Семипалатинске особым успехом пользовалась пьеса М.Ауэзова «Карагоз», созданная вскоре после «Енлик-Кебек» и смутно напоминающая гамлетовскую ситуацию, опубликованная в 1926 году и тогда же поставленная в Семипалатинске. Она почти сразу же была снята с репертуара и возвратилась на сцену тридцать лет спустя, после ХХ съезда КПСС.

Мухтар Ауэзов преподает в казахском педтехникуме и совпартшколе. Помимо драматургии М.Ауэзов пробует силы в художественной прозе, пишет рассказы и очерки, занимается переводами. К первым рассказам М.Ауэзова относятся повествовательная миниатюра «Ураган», «Ќорєансыздыѕ кїнi» («Сиротская доля», 1921), «Оќыєан азамат» («Образованный гражданин», 1922), «Ќыр суретi» («Степные картины», 1922-23), «Ќыр јѕгiмелерi» («Степные рассказы», 1923), «Їйлену» («Женитьба», 1923), «Барымта» (1925), «Кiнјмшiл бойжеткен» («Разборчивая невеста», 1925), «Ќаралы сўлу» («Красавица в трауре», 1925), «Жуандыќ» («Пресыщение», 1926) и др. Рассказы публикуются в журналах «Шолпан», «Сана», «Таѕ», «Абай», «Ќызыл Ќазаќстан», в Семипалатинской областной газете «Ќазаќ тiлi» и др. Рассказ «Сиротская доля» — первая опубликованная вещь писателя – первоначально увидел свет в мартовском номере журнала «Ќызыл Ќазаќстан» за 1921 год, затем был издан в Оренбурге в 1922 году отдельной книгой, как и «Енлик-Кебек». Именно этот рассказ, подписанный псевдонимом Аргын, определеннее обнаруживает эпическое дарование М.Ауэзова. а его стилистика и атмосфера перекликается со стилистикой Джозефа Конрада.

Большинство первых публикаций были под псевдонимами: Аргын, Жаяу сал (Пеший певец), Ќоѕыр, Айєаќ (Очевидец) и др.
В эти же семипалатинские годы Мухтар Ауэзов переводит произведение «Будда» Л.Н.Толстого и публикует его в 1918 году в первом номере журнала «Абай». В Ташкенте в 1924 году выходят отдельной книгой «Рассказы о происхождении Земли» профессора Ю.Вагнера в его переводе. В дальнейшем в творческом арсенале переводчика — произведения У.Шекспира, Н.Гоголя, И.Тургенева, Дж.Лондона, Л.Толстого, Н.Погодина, К.Тренева и др. Более того, М.Ауэзов становится одним из авторитетных теоретиков художественного перевода, на протяжении большей части своей жизни занимаясь не просто переводами: «перевоплощаясь в Гоголя, Тургенева, Чехова, он одновременно воплощает в них дух национальной культуры» (Н.Анастасьев).

В публицистических статьях писатель-драматург затрагивает актуальные темы просвещения, культуры и науки, социального устройства, пишет о необходимости строительства заводов и фабрик, разработки рудников и техническом оснащении производства. О Японии («Абай», №4 за 1918 г.) он пишет как о стране, где с особой ответственностью относятся к образованию и обучению нового поколения.

Осенью 1922 года М.Ауэзов оставляет свой крупный государственный пост в Оренбурге и поступает вольнослушателем в Среднеазиатский Туркестанский университет (г.Ташкент), начиная сотрудничать в журнале «Шолпан». За «нарушение партдисциплины» и «проявления национализма» Ауэзов был исключен из партии большевиков, в которой состоял три с половиной года. В Ташкенте было напечатано несколько рассказов. Но 9 мая 1923 года М.Ауэзов «выбывает из числа студентов факультета общественных наук Туркестанского государственного университета ввиду отсутствия в составе факультета избранной им специальности» — истории русской литературы.
Весной двадцать третьего года Мухтар Ауэзов по предложению крупного этнографа, историка и фольклориста Абубакира Диваева, выпускника Оренбургского кадетского корпуса, принимает участие в научной комиссии в Чингизскую волость Каркаралинского уезда «для сбора и приемки сохранившихся рукописей переводов работ Дрейпера, Льюиса, Спенсера» и оригинальных трудов Абая – философских заметок и стихов. Спутниками Ауэзова были Халел Досмухамедов и Магжан Жумабаев.
В октябре 1923 году поступает на филологическое отделение Ленинградского государственного университета. На факультете общественных наук, в славяно-русской секции литературно-лингвистического отделения происходит знакомство Мухтара Ауэзова и Валентины Николаевны Кузьминой, его будущей супруги. Едва закончив первый курс, он, по настоянию органов просвещения Казахстана, возвращается в Семипалатинск, где в 1924-1925 годах преподает казахскую литературу, теорию и историю литературы в педтехникуме и редактирует журнал «Тан». В качестве члена Восточно-Сибирского отделения Русского Географического общества М.Ауэзов входит в совет Семипалатинской секции.

Летом 1924 года в Семипалатинске состоялось знакомство М.Ауэзова и Н.Анова, одного из переводчиков «Абая». Из университета его отчисляют, восстановиться стоило немалых усилий. Из Семипалатинска поступает письмо с убедительной просьбой восстановить М.Ауэзова в числе студентов Московского университета.

В этот период написаны рассказы «Кровавая ночь», «В тени прошлого», «Красавица в трауре», «Происшествие на Караш-Караш». Избирается заместителем председателя Семипалатинского отдела русского географического общества, является членом методсовета ГубОНО. Активно публикуется в периодической печати, преподает на курсах переподготовки учителей, выступает с докладом «Место Абая в киргизской литературе» на литературном вечере в связи с 20-летием смерти Абая.
Летом 1925 года Мухтар Ауэзов отправляется в экспедицию по аулам Семиречья, собирая образцы песенно-фольклорного творчества казахов. Незадолго до этого он успевает застать последнюю в истории Каркаралинскую ярмарку с ее прославленными айтысами – состязаниями акынов. Результатом этих путешествий стала объемная статья «Казахское народное творчество и его поэтическая среда» с ключевым тезисом: «Ни один значительный факт в жизни казаха не проходит для него просто так, не будучи отмеченным хотя бы давно устоявшейся традиционной формой поэтического слова. Несомненное, неколебимое, полновесное значение поэтического слова, унаследованное, как устойчивая традиция, от далекого прошлого казахов и до настоящего времени, для огромного большинства степного населения не потеряло… своего актуального значения». Статья так и не была опубликована.

В этой поездке из Ленинграда в Пишпек и подводами через Курдайский перевал в Семиречье происходит его знакомство с И.Джансугуровым, расстрелянном впоследствии в 1938 году как «японский шпион». Его супругу Фатиму, «в которой дух педагога и просветителя удивительно сочетался с ослепительной красотой», высылают из Алма-Аты в Семипалатинск, затем в Мерке. М.Ауэзов сближается с вдовой «врага народа», и в 1943 году у них рождается сын Мурат.

Осенью 1925 года он возвращается в Ленинград и заканчивает университет в 1928 году. Среди преподавателей блистали академик В.Щерба, А.А.Шахматов, профессор Сиповский, живо интересовавшийся переводами Абая Пушкина и Лермонтова, пушкинист Н.Оксман, молодые тогда С.П.Обнорский и В.В.Виноградов и недавние выпускники университета Б.Эйхенбаум и В.Жирмунский. На Восточном факультете Мухтар Ауэзов слушал лекции академика Бартольда, Самойловича и других востоковедов. Безмятежная и счастливая пора в жизни М.О.Ауэзова. В двух шагах от улицы Декабристов, 14, где М.Ауэзов снимал квартиру, — Таврический сад. Четкая геометрия проспектов города помогает сохранить сходство с домом. В литературе зарождались новые направления: акмеизм, ОПОЯЗ – Общество по изучению поэтического языка, Объединение Реального Искусства, «Серапионовы братья» и др.

В 1926 году студент-третьекурсник заключает с Наркомпросом Казахстана договор на издание уже написанной «Истории казахской литературы» на казахском языке, едва отпечатанный тираж которой идет под нож. Редакция Большой Советской Энциклопедии предлагает М.Ауэзову заказ на составление словника и написание статей о заметных фигурах казахской и киргизской литератур.

В 1928 году выходит в свет повесть «Килы заман» («Лихая година»).

По окончании Ленинградского университета в августе 1928 года молодая семья переезжает в Ташкент. Мухтар Ауэзов продолжает образование в аспирантуре при восточном факультете Среднеазиатского государственного университета г.Ташкента. Изучая литературу «средне-азиатских тюрков» и эпос «Манас», он старается разгадать тайну долголетия и неиссякаемой поэтической энергии этого памятника. Результат – научное исследование «Сказители «Манаса» и слушательская среда». В 20-е годы, пору научной юности и писательской зрелости, М.Ауэзов становится профессиональным ученым-фольклористом, первый шаг к этому был сделан в Ташкенте.

Смерть первенца Эльдеса. Рождение дочери Лейлы. В Ташкенте, в 1929 году, написана повесть «Коксерек», «лучшая вещь в малом повествовательном формате» (Н.Анастасьев). За гибельной историей героя – неприрученного волка – встает путь самого художника и путь художников целой эпохи.

М.Ауэзов назначен ученым секретарем терминологической комиссии, через год после поступления в аспирантуру Среднеазиатского университета стал научным сотрудником и читал курсы по истории казахской литературы в лесном техникуме (г.Ташкент) и в Казахском институте народного просвещения. В Кзыл-Орде выходят учебные пособия, русский букварь для детей-казахов, книга для чтения на русском языке. Но 21 февраля 1929 года на заседании коммунистической фракции Казахского института просвещения М.Ауэзов был отстранен от преподавания. Коллегия Наркомпроса предлагает восстановить преподавателя М.Ауэзова в прежней должности.

1 октября 1930 года – арест, обвинение во вредительстве, мздоимстве и кумовстве, в связи с организацией «Алка». 28 сентября 1931 года следствие закончено. Мухтар Ауэзов приговорен к трехлетнему заключению в концлагерь условно. 2,5 года М.Ауэзов проводит в заключении. В печати опубликовано «Заявление Мухтара Ауэзова», после которого он освобожден из-под стражи, «как осужденный условно к заключению в к/л сроком на три года, считая с 8.10.30». М.Ауэзов принят в литературную часть Казахского академического театра драмы, где проработал заведующим литературной частью до 1938 года, и Алма-атинский зооветеринарный институт – доцентом кафедры казахской и русской литературы. К 1932 году относится начало педагогической деятельности в КазПИ им.Абая, профессором которого оставался М.Ауэзов до 1949 года. С 1934 по 1961 годы продолжалась преподавательская деятельность в КазГУ им.С.М.Кирова.
В 30-е годы М.Ауэзов создает оригинальные пьесы «За Октябрь», «Айман-Шолпан» (1934 г.), «Зарницы», «Схватка», «Каменное оперение», «В яблоневом саду», «Ночные раскаты», «Белая береза», «На границе», историческую пьесу «Хан Кене».

По существу, первый абаевед М.Ауэзов в 1933 году выпускает первое подлинное собрание стихотворений Абая «Абай Кунанбайулы толык жинак» (Кзыл-Орда, латинский шрифт), снабженное очерком жизни поэта. В 1936 году руководит подготовкой первого научного издания произведений Абая Кунанбаева, проделывая огромную, бесценную по своему значению работу, восстанавливая отдельные слова, выражения и целые строфы его произведений.

С постановки музыкальной комедии М.Ауэзова «Айман-Шолпан» начинает свою работу Казахский музыкальный театр, который в начале 1934 года отделился от театра драматического. В мае 1937 года состоялся первый пленум Союза писателей Казахстана, где с речью о драматургии, поражая широтой своих знаний специфики жанра, выступил М.Ауэзов. Бесспорно, к середине 30-х годов Мухтар Ауэзов – первая фигура в литературе Казахстана. Его известность приобрела всесоюзный характер. Это самый репертуарный драматург республики. В середине 30-х годов Вячеслав Иванов, уроженец Северного Казахстана, переводит на русский язык ауэзовское стихотворение в прозе «Я, казахская песня, пою…». Но 27 ноября 1937 из библиотеки Театрального отдела изымаются 16 экземпляров пьесы М.Ауэзова «Алма Багында» и 4 экземпляра «В яблоневом саду». Литература, как следует из акта, уничтожена, сожжена. Приказом №38 по делам искусств при СНК КазССР от 29 января 1938 года отклонено ходатайство о постановке «На границе» М.Ауэзова. В то же время Протоколом совещания художников от 29 июня 1934 года рекомендовано провести конкурс на лучшее изображение Абая, в составе жюри которого М.Ауэзов. За глубоко продуманную работу над спектаклем «Ревизор» в Казгосдрамтеатре тов. Ауэзову М. выражается благодарность от Управления по делам искусств при СНК КазССР. В 1937 году увольняют со службы.

11 сентября 1933 года секретно-политический отдел Полномочного представительства ОГПУ в Казахстане в докладной записке на имя секретаря ЦК компартии республики Мирзояна, разоблачая буржуазно-националистическую партию «Алаш», именует М.Ауэзова одним из ее вождей. Сам М.Ауэзов многократно повторял, что в партию не входил, а участвовал в изданиях, близких алаш-ординцам.

Осенью 1939 года в Переделкино под Москвой завершена в соавторстве с Л.Соболевым трагедия «Абай». В конце 1939 — начале 1940 годов московский журнал «Литературный критик» публикует в двух номерах научное исследование М.Ауэзова и Л.Соболева «Эпос и фольклор казахского народа». В Москве в 1940 году выходит сборник образцов казахской поэзии «Песни казахских степей», авторы вступительной статьи — М.Ауэзов и Л.Соболев. 18 октября 1940 года Казахский репертком выпускает акт приема спектакля «Абай» в Казахском академическом театре драмы. В 1942 году выходит в свет первая книга романа «Абай».

Еще до войны в 1938 году Ауэзов пишет либретто к опере А.Зильбера «Беккет». А.Жубанов и Л.Хамиди создают партитуру оперы «Абай». В начале 1944 года в Алма-Атинском театре оперы и балета – премьера, имевшая шумный успех. М.Ауэзов пишет сценарий фильма, ставить который должны Г.Рошаль и Е.Арон. 22 сентября 1945 года в Москве – просмотр русской и казахской версий фильма.

В 1942 году (в соавторстве с А.Абишевым) М.Ауэзов завершает пьесу «Гвардия чести», посвященную ратным делам панфиловской дивизии. Отзыв от бесстрашного солдата и писателя Баурджана Момыш-улы был получен обескураживающий: «…современная война не является войной мушкетеров и пикинеров, и офицер Отечественной войны – это Вам не рыцарь ХIV века…» Но впоследствии у М.Ауэзова и Б.Момыш-улы установились самые теплые отношения, Баурджан подарил Мухтару Ауэзову, перед чьим мощным даром писателя преклонялся, свой личный фронтовой браунинг. Пьеса «Гвардия чести», посвященная 25 годовщине Великой Октябрьской социалистической революции, была признана выдающимся произведением казахской драматургии. Управление по делам искусств при СНК КазССР ее авторам – драматургам Мухтару Ауэзову и Альжаппару Абишеву объявило благодарность.

1943 год – старший научный сотрудник Института языка, литературы и истории КазФАН СССР.

В 1945 году, в год столетия со дня рождения Абая, М.Ауэзов написал либретто оперы «Абай», сценарий художественного кинофильма «Песни Абая», новый вариант биографии Абая и несколько статей о нем. В Москве выходит первая книга «Абай». Награжден орденом Трудового Красного Знамени. В 1946 году появляется задумка создания киносценария (в соавторстве с Г.Мусреповым) по роману А.Бека «Волоколамское шоссе».
В 1947 году опубликована вторая книга «Абай» на казахском языке, в 1948 году – обе книги на русском языке. В 1949 году роман удостаивается Сталинской премии первой степени.

1946 год. Присуждена ученая степень доктора филологических наук, утвержден в звании профессора, избран действительным членом (академиком) Академии наук Казахской ССР. Заведующий сектором истории казахской литературы Института языка и литературы АН КазССР. Будучи с 1946 года, с первого года создания Академии наук Казахской ССР, ее академиком, он до конца своей жизни фактически координировал литературоведческую работу в республике.

В первой половине 1947 года выходит Постановление ЦК Компартии Казахстана «О грубых политических ошибках в работе Института языка и литературы АН КазССР», в котором упоминалась рукопись первого тома «Истории казахской литературы» (под общей редакцией М.Ауэзова). В 1947 году пишет последнюю свою вещь в новеллистическом жанре – «Стойкое племя».

В 1949 году на театральной сцене – премьера новой версии «Абая» в постановке Ш.Айманова. Литературный институт в Москве приглашает М.Ауэзова прочитать обзорный курс истории казахской литературы. Президиум Верховного Совета Казахстана награждает М.О.Ауэзова Почетной грамотой. Награда всесоюзная – «Знак Почета».

В 1957-1961 гг. — заведовал отделом устного народного творчества объединенного тогда Института языка и литературы АН КазССР, готовил научные кадры. Под его руководством и при его непосредственном участии создан в стенах Академии Институт литературы и искусства, который носит его имя. Им определены основные направления научной деятельности, главные проблемы и структурные подразделения нового Института. Под его руководством изданы академические собрания сочинений Абая, Джамбула, создан капитальный труд «История казахской литературы», он — член редколлегии «Истории Казахской ССР» (Алма-Ата, 1957, 1959), «Очерка истории казахской советской литературы» (Москва, 1960), многих фольклористических изданий и научно-исследовательских работ.
Во время дискуссии 8 июля 1952 года о монументальном эпосе «Манас», который начал изучать с 30-х годов, М.Ауэзов страстно защищал его народность. Погружение в мир «Манаса» и казахского народного творчества – внутренняя эмиграция писателя. «Пусть это увлекательное интеллектуальное путешествие обернулось крупными научными открытиями, а нужда превратилась в охоту и радость творчества, — изначально это было изгнание, поиск ниши, хрип уходящего от погони волка. Что же касается внезапного отъезда в Москву, — считает Н.А.Анастасьев, — в начале 50-х и последующего пребывания в столице, то это, хотя звучит, конечно, чистым абсурдом, была эмиграция в буквальном смысле слова: жить дома, в Алма-Ате, не представлялось никакой возможности».

В 1952 году выходит в свет первая книга «Путь Абая» на казахском языке, в 1954 – биографический очерк об Абае. 23 декабря 1952 года «Казахстанская правда» публикует статью «Против искажения образа Ч.Валиханова в сценарии «Валиханов», в которой М.Ауэзов обвиняется в притуплении политической бдительности. На страницах «Правды», рецензируя критико-биографический очерк о творчестве М.Ауэзова З.Кедриной, вновь выдвигается обвинение в недостатке гражданской бдительности. Статью «Правды» от 30 января 1952 года на следующий день перепечатывает «Казахстанская правда». Профессора, академика М.О.Ауэзова увольняют за «буржуазно-националистические ошибки» из университета, выводят из коллектива авторов многотомной «Истории Казахской ССР».
В 1955 году Министерство культуры Казахстана докладывает о том, что пьеса М.Ауэзова «Кобланды» в 1950 году при пересмотре фольклорно-исторических пьес снята с репертуара и не подлежит восстановлению, «ибо до сих пор не определено, прогрессивен или реакционен эпос «Кобланды батыр» и действия главного героя Кобланды… Министерство культуры просит Вас дать указание Академии наук КазССР об уточнении характера эпоса «Кобланды-батыр» и цели действия его главного героя».

Весной 1953 года в Московском университете была создана первая в Советском Союзе кафедра литератур народов СССР. Профессор М.О.Ауэзов по просьбе зав. кафедрой Мединэ Искандеровны Богдановой читает на протяжении двух лет увлеченно, зажигательно лекции по казахской литературе. В статье «Общее дело советских литераторов» («Правда», 2 августа 1954 г.) М.Ауэзов подчеркивает особую роль научных институтов и высших учебных заведений в систематическом изучении литератур народов СССР, подготовке кадров исследователей, критиков, переводчиков и преподавателей. Завершена последняя книга тетралогии об Абае в Москве 10 февраля 1954 года.

В канун Второго всесоюзного съезда писателей в статье «Наше общее дело» («Литературная газета», 14 декабря 1954 г.) М.Ауэзов пишет о необходимости создания «единой истории литературы всех народов СССР». Он был одним из инициаторов и активным участником обсуждения рукописи «История литератур народов Средней Азии и Казахстана», вышедшей в издательстве МГУ в 1960 г. На ХХV Международном конгрессе востоковедов в МГУ летом 1960 года профессор М.О.Ауэзов выступил с докладом «О традиционном и новаторском».

В 1954 году – возвращение в Алма-Ату. Предложение войти в состав редколлегий журналов «Иностранная литература» и «Дружба народов». 24 сентября 1954 года М.Ауэзов выступил с докладом о творчестве Абая на торжественном собрании в Колонном зале Дома Союзов Москвы.
Вторая половина декабря 1954 года – доклад (совместно с П.Антокольским и М.Рыльским) о художественном переводе на Втором Всесоюзном съезде писателей. В декабре 1954 года М.Ауэзова вновь включают как крупнейшего специалиста по литературоведению и филологии в состав комиссии для ознакомления с текстом рукописи первого тома «Истории Казахской ССР» и восстанавливают в составе редколлегии.

1955 год – Депутат Верховного Совета КазССР IV созыва. В 1955 году выходит из печати очерк М.Ауэзова «Так рождался «Туркестан» о целинных хозяйствах Казахстана.

1955 год положил начало зарубежным поездкам писателя. В начале 1955 года в составе делегации деятелей советской культуры во главе с А.Сурковым он побывал в Индии. Делегация, посетив пять крупнейших университетов Индии, в том числе в Дели, Мадрасе и Бенаресе, была дружески принята президентом республики Р.Прасадом и премьер-министром Индии Дж.Неру. Вернувшись из поездки, профессор М.О.Ауэзов встретился со студентами и преподавателями университета, поделившись планами приступить к работе над новой книгой «Индийские очерки» (1958).

Мухтар Омарханович выступил консультантом сценария диафильма «Абай», который в 1955 году московская студия «Диафильм» предложила написать литературоведу, доктору филологических наук Сергею Дароняну. Диафильм с поправками М.О.Ауэзова был отснят в 1956 году и демонстрировался в Московском университете студентам, слушавшим курс истории литератур народов Средней Азии и Казахстана.

В 1956 году М.Ауэзов пишет статью «Ф.М.Достоевский и Чокан Валиханов».
Мухтар Омарханович одобрил предложение С.Дароняна, соредактора вместе с Ю.Светлановым, его двухтомника, жанр двухтомника «Абай» определить как «роман-эпопея», причем название первой книги – «Абай» (1 и 2 части), второй – «Путь Абая» (3 и 4 части). Весной 1958 года «Абай» с содержательной вступительной статьей З.С.Кедриной вышел в свет.
При подготовке к изданию «Антологии казахской поэзии» Мухтар Омарханович как член редколлегии и один из авторов вступительной статьи осуществлял научное наблюдение за дореволюционным разделом «Антологии». В предисловии он умел лаконично сказать о многом, что свидетельствовало об исключительно четкой организации его творческой мысли. В Дни казахской декады в Москве 1958 года в центре внимания были двухтомный роман-эпопея М.Ауэзова «Абай» и солидная «Антология казахской поэзии». М.Ауэзов — член комитета по Ленинским премиям.

В январе 1956 года он посещает в составе делегации советских писателей, возглавляемой К.Фединым, IV конгресс писателей ГДР в Берлине. Встречается с Анной Зегерс, которая говорит писателю из Казахстана, что он – необыкновенный человек, «человек-летопись», одна биография которого – «учебник истории». В этом же году состоялась поездка в ЧССР в составе делегации деятелей культуры. Награжден орденом Трудового Красного Знамени.

Блестящими были выступления М.О.Ауэзова на Первой конференции ученых-востоковедов в Ташкенте в июле 1957 году, конференции писателей стран Азии и Африки в Ташкенте в 1958 году, Первой конференции солидарности народов Азии и Африки в ноябре 1960 года в Душанбе и ХХV Международного конгресса по востоковедению в августе 1960 года в Москве. Выступления М.О.Ауэзова всегда оказывались в центре всеобщего внимания. Судьба казахской литературы точно вписывалась им в историю всего мирового литературного процесса и давала возможность оригинального толкования его тенденций. В Москве были заранее розданы тезисы его доклада «О традиционном и новаторском в казахской советской литературе». Резюме доклада было изложено академиком В.М.Жирмунским на немецком языке.

Август 1957 года – посещение Японии в качестве делегата 3-й Международной конференции противников ядерного оружия.

28 сентября 1957 года – 60-летие М.О.Ауэзова. Награжден орденом Ленина, присуждено звание «Заслуженный деятель науки КазССР».

18 мая 1958 года в «Литературной газете» опубликована статья М.Ауэзова «Размышления об эпосе семилетки». Выдвижение «Абая» на Ленинскую премию.

Февраль 1959 года – III съезд писателей Киргизии. В своей яркой, взволнованной речи Мухтар Омарханович остановился на проблемах национальной формы и социалистического содержания, по поводу которых шла оживленная дискуссия на страницах литературной печати. По окончании съезда писателей во время правительственного приема состоялся трогательный разговор Мухтара Ауэзова со знаменитым манасчи Саякбаем Каралаевым, словно живая фольклорная традиция соприкоснулась с живой классикой письменной литературы.

В 1959 году за дилогию «Путь Абая» М.Ауэзову присуждена Ленинская премия. Депутат Верховного Совета Казахской ССР V созыва.

С группой советских писателей в 1960 году посетил США. Лето 1960 года – начало работы над циклами очерков «Американские впечатления». С середины лета 1960 года — работа над романом «Племя младое».

В марте 1961 года, вторично посетив Индию, принял участие в работе III Международного конгресса в защиту мира в Дели в составе делегации под руководством Н.С.Тихонова. В июне этого же года он планировал побывать в Англии, на родине Шекспира. В мае 1961 года отправился в поездку по югу Казахстана.

3 июня 1961 года – отъезд в Москву на обследование. 27 июня 1961 года – остановка сердца во время операции.

Светлана Ананьева, Источник.

1 комментарий

  • Бахтиёр:

    Очень познавательно.
    Осенью 120 летие братского писателя и почти земляка.
    Встречался в декабре 2016 года с его сыном. Мурат Мухтарович Ауэзов – умнейший человек.
    В Ташкенте готовятся широко отметить юбилей.

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.