Пятничная мечеть Разное

Джума-мечеть Ходжа Ахрар Вали

После арабского завоевание в VIII веке древний, зороастрийский Ташкент (его тогда называли Чач) лежал в развалинах. Города фактически не существовало. Пришельцы-арабы даже имени его не могли правильно произнести. В их языке не было звука «ч», и название плодородной долины Чирчика они исказили в слово «аш-Шаш».

В 819 году молодой эмир Яхъя ибн Асад, только что получивший от арабского наместника восточной части халифата жалованную грамоту на управление всеми землями нынешней Ташкентской области, остановил своего коня у возвышенности, которая и сейчас довольно ясно просматривается между тремя городскими площадями – Чорсу, Ходра и Иски-Джува. «Здесь мы построим нашу столицу, — сказал Яхъя почтительно двигавшейся за ним свите, — пусть на этом холме встанет Мадина аш-Шаш – северный форпост Мавераннахра!» В его свите были гвардейцы-тюрки, и они дружно подхватили слова командира: «Да, да, именно здесь поднимется город Шаша!» На языке тюрков «Мадина аш-Шаш» звучит как «Шашкент». А на самой высокой точке выбранного холма Яхъя ибн Асад приказал заложить фундамент первой в Ташкенте соборной пятничной мечети.

С тех пор прошло много столетий. Многократно город разрушался и возрождался вновь. Но неизменно архитектурной доминантой Шашкента (с XI века говорили уже Ташкент) оставался куб соборной джума-мечети. Та постройка, облик которой сохранили старинные рисунки и фотографии, относится к XV веку. На высокий пятнадцатиметровый куб главного здания мечети во времена зарождения фотографии любили подниматься фотографы, чтобы запечатлеть своей, тогда ещё совсем несовершенной аппаратурой панораму старого Ташкента с высоты птичьего полета.

Ташкент, как известно, стоит вблизи гор, в зоне землетрясений. Поэтому многие средневековые монументальные здания здесь часто страдали от ударов подземной стихии, иногда они даже полностью разрушались. Не избежала частых реставраций и пятничная мечеть. Например, в XVIII веке, в период расцвета самомтоятельного Ташкентского государства под управлением шейхантаурского хакима Юнуса Ходжи, основательно был отремонтирован главный куб и полностью перестроены сводчатые галереи с кельями вокруг длинного двора.

Серьёзный ущерб главной мечети нанесло сильнейшее землетрясение 1868 года, когда ощутимо пострадало большинство ташкентских памятников средневековой архитектуры. Соборная мечеть выбыла из строя почти на два десятка лет. Только в 1888 году она была окончательно восстановлена на средства, предоставляемые российским императором Александром III, поэтому её стали называть Царской мечетью. И хотя внешний облик здания при реконструкции пришлось несколько изменить, оно, как и раньше, производило весьма внушительное впечптление. Достаточно сказать, что это третья по величине пятничная мечеть Узбекистана. Её превосходят только две постройки подобного рода – Биби-Ханым в Самарпканде и Калян в Бухаре.

Современная главная джума-мечеть в Ташкенте полностью перестроена, и теперь не один, а целых три больших купола венчают исторический старогородский холм.

Напротив старого центрального входа в мечеть, который ранее находился на северной стороне, стояло возведённое в 1451 году скромное одноэтажное медресе. Теперь оно не существует, так как в 1954 году городские власти вздумали разобрать его на кирпичи, необходимые для реставрации соседних зданий. Это медресе, как и соборную мечеть в самом центре древнего Ташкента, в дар родному городу выстроил Убайдулла Ходжа Ахрар (1404-1490 гг.), один из самых знаменитых общественных деятелей эпохи темуридов.

Он родился в старинном кишлаке Богустан, который до строительства Чарвакского водохранилища все еще стоял вблизи Бричмуллы в Чимганских горах.Убайдулла со стороны матери был родичем почитаемого ташкентского шейха Ховенди ат-Тахура (Шейхантаура) и, следовательно, принадлежал к числу потомков пророка Мухаммада.

С ранних лет мальчик был развит не по годам, охотно принимал участие в зикрах (молениях) странствующих дервишей. Проучившись немного в разных медресе Ташкента И Самарканда, Убайдулла с посохом в руке отправился в многолетнее пешее странствие по обширной империи темуридов. Молодой человек из Ташкента во время этого «хождения в люди» превратился в уважаемого и почитаемого духовного руководителя верующих, стал главой суфийского братства. В Гиссарских горах он принял посвящение (иршад) от самого старца Якуба Чархи, ученика и последователя прославленного бухарского философа Багауддина Накшбанди.

Когда в 1432 году Убайдулла Ходжа Ахрар вернулся в Ташкент, он уже был шейхом самого популярного в государстве темуридов суфийского ордена «накшбандиев». Орден этот существует и поныне и поныне и насчитывает сотни последователей во многих странах мира. Среди «отцов-основателей» ордена наиболее почитается имя Ходжи Ахрара – «полюса круга наставников в вере». Шейх при жизни пользовался огромным авторитетом в государстве. Он воспитывал темуридских цйаревичей – мирз, состоял в дружеской переписке с самыми знаменитыми людьми эпохи – поэтами Навои и Джами.

Убайдулла Ходжа Ахрар разработал и обосновал учение о необходимости участия суфиев в общественной жизни, что имело большое значение для Центральной Азии.

Когда правитель Мавераннахра, правнук Амира Темура мирза Абу Саид пригласил шейха из Ташкента в Самарканд, Ходжа Ахрар, уезжая, приказал построить большую пятничную мечеть и медресе в древней ташкентской махалле Гульбазар. Легенды утверждают, что денежные средства на строительство Убайдулла выручил от продажи ниточек-обрезков, которые сами собой получаются на краях свертков ткани, разрезаемых на стандартные куски.

Так это или не так, но на старинном фундаменте, оставшемся от первой ташкентской мечети времен Яхъи ибн Асада, вырос в середине XV века характерный куб с куполом и открытым на восточную сторону арочным перекрытием. Раньше, когда вокруг не было вообще никаких высоких построек, куб Джума-мечети Ходжа Ахрар Вали было видно со всех сторон, особенно хорошо – с древнейшего в Ташкенте рынка Чорсу, который шумит на одном и том же месте вот уже более тысячи лет.

Архитектурный ансамбль, окружавший Джума-мечеть Ходжа Ахрар Вали, в наше время практически полностью разрушен, если не считать сильно отреставрированного здания медресе Кукельдаш и купола махаллинской мечети Гульбазар. Представить себе первоначальный облик этого примечательного уголка старого Ташкента теперь можно только по редким старинным фотографиям.

Фотографии отсюда.
Текст заимствован отсюда, автор не указан, если кто-то знает автора, сообщите.

1 комментарий

Не отправляйте один и тот же комментарий более одного раза, даже если вы его не видите на сайте сразу после отправки. Комментарии автоматически (не в ручном режиме!) проверяются на антиспам. Множественные одинаковые комментарии могут быть приняты за спам-атаку, что сильно затрудняет модерацию.

Комментарии, содержащие ссылки и вложения, автоматически помещаются в очередь на модерацию.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.