Кашгарка. Былое История

Ее больше нет. Вот так. Нет. Совсем. Мне только место показали: вот здесь была Кашгарка, а после землетрясения и застраивать не стали.

Кашгарка. БылоеПишет Татьяна Перцева.

Наверное, это правильно — Кашгарка тогда пострадала больше других районов.

Сейчас там просто лужайка: зеленая трава и кусты. И название все больше стирается в памяти. Наверное, вообще почти никто уже не помнит, что когда-то был такой густонаселенный район Кашгарка. Совсем недалеко от Малясова. Я довольно скоро добиралась туда пешком. От начала Урицкого через Энгельса, вниз, вниз, вниз…

И она, Кашгарка. С протекающей тут же ужасно грязной, полузатянутой цветущей ряской рекой Чильей. Совсем мелкой. Сейчас и ее нет — взяли в трубы и запаковали под землю. Не помню, чтобы в ней кто-то купался. Не видела. Может, озорные ребятишки. Все равно не видела.
Почему-то у многих мнение о Кашгарке было не слишком. Она считалась чем-то, вроде трущоб, где обитают одни криминальные элементы.
На самом деле, ничего подобного не было. Во всяком случае, я ничего подобного не наблюдала. Сколько бы я ни бывала на Кашгарке, меня ни разу никто не обидел. Никогда. То-есть, даже словом не задели. По ночам я, естественно туда не ходила — да что мне делать в чужом районе? А вот днем — сколько угодно.

Насчет трущоб слухи сильно преувеличивали. Были бедные дома, были дома побогаче. Факт, что все дома были частными. Многоэтажных в Ташкенте тогда совсем не было. Двух-трех-четырех — не более того. Да и тех было не так много.

Насчет криминальных элементов — я их не знала. Криминальные элементы могли жить в любом районе. Районе того же Алайского. Того же Шумиловского городка. Того же Винзавода.

А все те, с кем я была знакома, казались людьми вполне законопослушными…. то-есть, имелись такие, что не совсем, но уж точно не бандиты.
Вот пишу, а мне представляются узкие, залитые солнцем улочки — по-моему, никакой транспорт там не ходил, — домики, маленькие и побольше. Идешь, а вокруг не души. Не то, чтобы криминалитет с ножами, просто ни души. Зелени очень мало на улицах. Как в Старом городе. Вся зелень во дворах, вот там ее было много.

Я всегда знала что на Кашгарке жила Татьяна Сергеевна Есенина, дочь поэта. И ее дети ходили по тем же узким, залитым солнцем улочкам.
И недавно с удивлением узнала, что Батыр Закиров тоже с Кашгарки…

На Кашгарке жила моя лучшая и любимейшая подруга, Лора Гайдашенко, вспоминаю ее с нежностью и ностальгией.
Лора была старше меня года на четыре и самостоятельнее в миллион раз. Мать ее, вместе с новым мужем жила в другом месте, недалеко от училища Хамзы. Лора жила с бабушкой, бабушка в доме, Лариса в дворовом флигельке, в маленькой комнате, училась в политехническом и вечернем музыкальном училище, обладала характером твердым, была умницей, словом, золото, а не человек. Я часто прибегала к ней, дом ее бабушки был осколком той эпохи и ярким напоминанием о старом Ташкенте. Я знала три таких дома, и мне всегда в них было хорошо. Тянет меня к старине, тянет, как магнитом.

Только вот ума не хватило расспросить людей, да записать их рассказы. А ведь сестра моего свекра, а потом ее дочь и внучка всю жизнь прожили в Ташкенте! Да и многие родственники свекра — тоже. Уж сколько они всего знали, впрочем, как и бабушка Ларисы. Мне бы сидеть, разинув рот, слушать и записывать, да у кого в восемнадцать -девятнадцать-двадцать пять на это ума хватит?! Вот и у меня не хватило — только обрывки и сохранила. У кого что слышала. Наверное, многое зависит от семьи. Мы семья переселенцев. Родных у нас не было. Мои бабушки и дедушки умерли еще до войны, да что там — до революции. Вот и не было привычки собирать и копить семейный архив. Обидно, да разве воротишь?

А дом Ольги Ивановны, сестриной свекрови, был совсем другим. Бедным и тесным. Только двор был огромным, и там росли старые, очень толстые деревья. Это уже не столько старый, сколько революционный Ташкент.

Первый муж моей свекрови, Павел Тишин, был революционером. И не просто революционером, а комиссаром.
Ходил в черной кожанке с маузером, громил буржуев… Нет, не погиб в Осиповском мятеже, просто умер от распространенной русской болезни. Но в доме висели его портреты., а память бережно сохранялась. Воинственный был товарищ. Вот и зятя не расспросила и уже не расспросишь. Только и запомнила рассказ о том, как большевики взрывали большой военный собор на Красной площади….

На Кашгарке Ольга Ивановна жила со вторым мужем, отчимом мужа сестры, и я приходя туда, очень любила сидеть под деревьями.
В самом начале Кашгарки жила преподаватель английского из 43-й школы Берта Львовна, женщина необыкновенной красоты, с такой только портреты писать. Это к ней я прибежала, когда мне нужно было поступать на ромгерм. И это она, умница и политик, посоветовала мне Севару Гулямовну, молодого преподавателя ромгерма.

Севара тоже жила, как уже можете предположить, на Кашгарке.
Севара — потому, что за глаза ее иначе не называли.
Она гоняла меня в хвост и гриву, она давала мне гигантские задания, я рыдала и понимала, что крупно влипла, но к началу экзаменов могла довольно связно объясняться на английском.

Так что на Кашгарке я бывала три раза в неделю, и в общем, ни одного криминального типа не заметила. Люди, как люди. Работали. Учились,. Жили.
А потом, в 66 году, уже после землетрясения, моя подруга-азербайджанка Ляля познакомила меня с настоящим сокровищем по тому времени: Зибой, тоже азербайджанкой, какой-то дальней своей родственницей.

Вот она была единственной представительницей криминалитета, да и то, исключительно по тогдашним понятиям.
Читайте, завидуйте! Зиба была спекулянткой! Самой настоящей! Я же говорю, по тому времени — сокровище. Правда, в отличие от Москвы, спекулянтам в Ташкенте жилось вольготно, и никакой ОБХСС их не тревожил. Просто у Зибы в глинобитном домике с растрескавшимися стенами, можно было спокойно все померить, рассмотреть и купить.

Тогда любой бы на моем месте воспринял бы этот домик, как пещеру Али-Бабы. Сейчас сверстницы мечтательно вздохнут: откроешь шифоньер, а там висят пальто-джерси (кто еще помнит?), плащи болонья, нейлоновые австрийские блузки с жабо… а внизу туфли, туфли, туфли, сапоги…
А в сундуке кофты кашмилоновые, комбинации французские, перчатки чуть не до локтя, костюмы-джерси, а позже, так даже кримплен (тогда говорили «кремплин»).

И все на каких-то двадцати квадратных метрах, в одной комнате!
И, как я сейчас понимаю, вовсе не так дорого, имела совесть Зиба.
Вот туда мы бегали, как на работу.
Мимо разрушающихся домов, по заваленными обломками глинобитных стен улицам, бегали по доживающей Кашгарке, не сознавая, что уходит эпоха. Уходит то, что уже не вернется, даже в виде новых бетонных пятиэтажек.

Кашгарку расселили, Зибе дали квартиру на Чиланзаре, это после центра города, и я продолжала ездить уже туда.
А от Кашгарки остался только островок аккуратно подстриженной травы, кустов и невысоких деревьев.
Больше никогда….

Ночь стекает по крыше,
Как вода по стеклу.
Дворник заспанный вышел,
Ухватил за метлу.

С одинокой прогулки
Возвращается кот.
Тупики, переулки…
А дорогу найдёт.

Вот по рельсовым стыкам
Громыхает вагон,
А вода по арыкам
Тихо шепчет вдогон.

С жёлтой лампой сигнальной,
Как большая свеча,
Ваш покой персональный
Стережёт каланча.

Петухи встрепенулись,
Обуздав паралич.
По пустынности улиц
Разнесётся их клич.

У ларька Никанора
В этот час тишина:
Ни душевного спора,
Ни бутылки вина.

На повозке облезлой
В окруженьи корзин
Где-то в рупор железный
Закричит «керосин».

Каждый домик опрятен
И обманчиво прост.
И снаружи приятен,
И не давит на рост.

На резные пороги
Так и просится взгляд.
Тополя вдоль дороги,
Точно пики, стоят.

Не тревожно, не жарко –
Сонный рай на земле.
А ведь это Кашгарка,
что исчезла во мгле.

Это стихотворение «Кашгарка» ташкентского поэта Виктора Михайловича Долгушина. Вернее, сказать, поэта с Кашгарки…

Источник.

7 комментариев

  • Борис:

    Спасибо Татьяна.
    Как будто сквозь годы в окошко нашего старого дома заглянул…

      [Цитировать]

  • нм:

    Спасибо! Очень трогательно, до слез. Никогда не была на Кашгарке, хотя жила не очень далеко, на Новомосковской. Ушел и уходит старый Ташкент… Уходит город детства…

      [Цитировать]

  • Владислав:

    Я ходил к тетушке в переулок Стекольный. Оттуда шли через Кашгарку на Алайский. Помню мастерские, пожарную каланчу, ларьки. Как это было давно.

      [Цитировать]

  • Лариса:

    На Кашгарке, или где-то рядом с ней, стоял серый каменный 2-х(3-х) этажный серый дом, там жили офицеры с семьями. Мне было годика три, когда папа ушёл на фронт в начале 40-х гг., нас туда подселили. Мы занимали комнату с балконом, при входе просторный холл, далее большая кухня, настоящая ванна комната. В этой квартире жила писательница, кажется Галина Серебрякова. Прошло много лет, мы вернулись в Ташкент из г.Нарына в Киргизии, куда папу направляли после войны, нам дали двухкомнатную квартиру в огромном дворе военного городка, который занимал целый квартал на перекрёстке улиц им.Сталина и Ленина, недалеко от Красной площади. По диагонали от угла нашего дома была библиотека. А вот с другого конца вниз по ул.Ленина где-то рядом была Кашгарка! И там протекала эта речёнка Чулья, такая грязненькая, чумазенькая, а ведь родненькая. Но Кашгарка уже почти порушенная — это конец 40-х и 50 годов. Почему-то у меня сложилось впечатление, что этот район в те времена был еврейский, и бывшие его жители из моих друзей Валера, Володя в 60-е годы уехали в Америку, в своём сердце и душе увезли этот уголок их детства. И хотя я не была постоянной посетительницей Кашгаркиных злачных мест, она осталась для меня маленьким островком моего чистого наивного детства. И сейчас всколыхнула в моей памяти трогательные воспоминания, как будто я соприкоснулась с таинством передвижения в те далёёёёёёёёкие времена, в которые нет возврата, но так хочется с ними телесно соприкоснуться, снова ощутить легкость бытия и ту радость, что дарит судьба случайными встречами, а они становятся судьбоносныыыыымиииииии………Cпасибо за те трогательные воспоминания, которые наполнили мою душу и озарили трепетные чувства, их не передать словами: мешает ком в горле

      [Цитировать]

  • Лариса:

    Может быть Вы и правы, но это суждение не моё. Давным давно в те времена об этом предположении в беседе с кем-то мама говорила. Но я бы хотела ещё добавить из своих нахлынувших воспоминаний о Кашгарке. Четверть века тому назад я была в Ташкенте со всей своей семьёй, и мне очень хотелось вернуться к тому серому дому. Я его нашла, рядом с ним было какое-то милицейское учреждение. Но ОН был ЖИВ: стоял одиноко, как сгорбившийся старичок в изношенной серой замызганной одежонке, всеми забытый, никому не нужный, а впереди пустота, наверное готовили площадку для нового строительства. Мне стало не просто грустно, до боли защемило всё внутри. Я смотрела на него, слёзы текли, а в памяти проигрывался романс «Нищенка» в исполнении А.Вертинского «…подайте милостину ей». И сейчас всё это всколыхнулось. Прошло столько лет!, а я переживаю эти моменты жизни и всё, что с ними связано. Наверное этот уголок на Земле и есть та Родина, которая не отпускает, притягивает, остаётся в памяти святостью. Что интересно, когда мы из Перми уезжаем в отпуск, при возвращении домой у меня нет этого чувства притяжения, просто есть место, где мой дом, вещи, мебель и всё остальное. И хотя я здесь прожила более полувека, мои тёплые мысли и потаённые помыслы о Ташкенте. Спасибо, Татьяна, что дали мне ещё раз мысленно прожить мой райский уголок, где у меня остались лучшие друзья (но здесь судьба меня тоже одарила прекрасными друзьями) и незабываемые годы детства и светлой юности.

      [Цитировать]

  • наталья косогова:

    Я немного о речке Чилья . Протекала она и за школойN98 на Тараса Шевченко . Трудно было сказать что это вода -это было сплошное вязкое месиво из глины.черного цвета И через речку перекинута была железная труба Один раз с соседскими девчонками мы ходили по этой трубе и одна из них свалилась в Чилью я ее вытянула .мы были в грязи .нас чуть не засосало . Дома очень сильно попало

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.