Наша тайна Анны Герман Tашкентцы История

4 сентября 2014 | Лариса Максименко/ Опубликовано в областной газете Кузбасс.

класс40

Сенсация: найден документ о том, что 75 лет назад будущая мировая звезда жила в Кузбассе

Теперь можно, наконец, опираясь не на слухи, а впервые на проверенные данные, совершенно точно сказать: Ирма Мартенс (мама певицы Анны Герман) в 1939-1940 учебном году преподавала немецкий язык в Осинниках.

Она работала в 30-й (нынче 3-й) школе, что до сих пор так и стоит посреди развесистых рябин, прячась за тяжелыми гроздьями и листвой, в старой части города.
Впрочем, перед войной по периметру новой школы было еще пусто. И Аня в четыре года знала удары ветра на пришкольном пустыре и удары судьбы: голод, холод дома, тоску по пропавшему отцу…
— И именно в Осинниках закалился характер Анны Герман, — убежден Иван Ильичев, московский биограф польской звезды, так прекрасно певшей по-русски.
Через несколько дней уйдет в печать его книга «100 воспоминаний об Анне Герман», с дневниками мамы (дневники эти впервые опубликованы в Польше в 2013-м, а переведены Иваном несколько месяцев назад). В них Ирма рассказала о «кузбасском» периоде…
Иван поделился фрагментами дневников с «Кузбассом». А наш корреспондент, встретившись с осинниковскими земляками Анны Герман, выяснила, что осталось «за кадром»…

Почему Ирма молчала столько лет?

Иван, много лет назад влюбившись в голос Анны Герман, страницы её судьбы собирает, как драгоценную мозаику памяти. И его оценила сама пани Ирма. Именно Ильичеву она рассказала о том, что же стоит за прыгающими буквами записи в её «русской» трудовой книжке: «Сибирь лагерь».
Это как раз об Осинниках.
— Для Ирмы Осинники были «закрытой темой» для интервью. А мне рассказала, потому что я сам нашел в её с Анной доме старую трудовую книжку, — вспоминает Иван. — Это было в 2002-м, родные Анны Герман согласились на встречу, приняли меня, как планировалось, на полторы недели. Мне доверили исследовать домашний архив. И я провел там полтора месяца. Мы с пани Ирмой разбирали бумаги по дому. А наткнулся на трудовую книжку – и мне разрешили переснять страницы.
…Кадр с осинниковской записью в трудовой о том, что Ирма принята на работу в 30-ю школу 25 августа 1939 года и уволена по собственному желанию 15 мая 1940-го, пролежал в архиве Ильичева 12 лет. Пока нынешним летом, занявшись кузбасским «белым пятном», биограф не начал искать очевидцев. И не ошеломил осинниковскую школу известием о том, что по ней ходила в детстве Анна Герман… Он же раскрыл школе и причину приезда семьи в 1939-м:
— Ирма писала в дневнике: в августе она поехала из Ташкента в никуда, искать арестованных в 1937-м по политической статье мужа Ойгена Германа и своего брата Вильмара Мартенса. Она была с детьми (Аней и Фридрихом), мамой и сестрой-школьницей Гертой… Мужа не нашла. Его расстреляли, как она позже узнает, в Ташкенте, в 1937-м. Но нашла брата в одном из осинниковских лагерей.
— Вот это везение!
— Да, хоть в чем-то ей должно было тогда повезти… И, сняв жилье в Осинниках, она начала работать и возить передачи Вильмару. Так семья прожила год. А весной 1940-го бабушка с внуками вернулась в Ташкент, решив, что ослабевшим детям нужно солнце. Но там дети сразу заболели скарлатиной. Братик умер, Аня еле выжила. Именно телеграмма о детях сорвала Ирму из Осинников. Ее сестра, оставшись в Осинниках одна, сдав экзамены, уехала следом. А брата перевели в Котлас, он умер в лагере, но уже не в кузбасском. Вспоминать про это Ирме было тяжело…

Друг школы

В школе не сохранилось журналов 1939-1940 учебного года, с сожалением сообщила «Кузбассу» директор Ольга Ломакина. Во время войны здесь был госпиталь, и школу под него сдали абсолютно пустой.
Зато сохранилась тетрадь с воспоминаниями ученика Ирмы!
— Еще в 1994-м Петр Перминов, друг школы, написал, какой она была до войны, как звали учителей, кем стали выпускники, — рассказывает Елена Аверина, учительница истории, показав мне тетрадь. И в ней в списке учителей вслед за математиками Ситниковым и Голиковым стоит «Ирма Давыдовна Мартенс – нем.». А в списке выпускников 1939-1940 года записана «Мартенс Герта».
Мало того, в школьном музее на предвоенном фото одна безымянная учительница очень похожа на Анну Герман. Ну буквально одно лицо! И на другом фото — 8-го класса, с Петей Перминовым, в центре сидит она же. Сомнений нет – Ирма! В подтверждение — биограф прислал в «Кузбасс» фото пани Ирмы с 9-м классом, с пометкой «Осинники». Оно переснято им в доме Ирмы в 2002-м.
…Из учеников учительницы Мартенс, похоже, уже никого нет в живых. По крайней мере, из оставленного Перминовым списка 8-го и 10-го классов.
Но учительницу Мартенс по рассказам своего отца Петра Перминова, умершего пять лет назад, помнит Екатерина Чурикова:
— Папа любил и знал немецкий язык. И когда уже я училась, проверял по немецкому, удивляя, что помнит всё… Говорил: «Наша учительница знала язык в совершенстве! Строгая была. Она ввела правило: зашел в класс – говори по-немецки. Даже объяснительную, если опоздал, сочиняй у двери по-немецки…» Надо же, папа всю жизнь вспоминал учительницу Мартенс, любил и пел песню Анны Герман «Надежда, мой компас земной», но так и не узнал, что они – мать и дочь, что Анну он знал маленькой!
Ведь Ирма на Новый — 1940-й — год привела своих детей в школу. В жизни Анны Герман это была первая елка. Как написала потом Ирма: «В центре просторного кабинета химии и физики стояла высокая прекрасная ёлка. Я привела на праздник моих малюток… Я смотрела на них и увидела, как в одну из минут Аня обняла братика и поцеловала его. Моё сердце сжалось. Боже мой! Мои сироты! А моему мужу не позволено даже краем глаза увидеть эту радость на лицах его детей!»

Знак надежды

Осинниковскими учениками Ирма гордилась бы. Многие – геройски погибли на войне. А вернувшиеся стали военными, учителями, шахтерами…Они выдержали все беды в том числе и потому, что в эпоху атеизма черпали силы в вере, как и учительница Мартенс. Пусть и скрывая это.
— В годы скитаний единственное, что сохранилось в семье Ирмы, — Библия на немецком языке. Бабушка и Ирма читали Библию вслух, так формировалось мировоззрение Анны, причем именно в Осинниках… С этой Биб-лией в руках Анна умерла в 1982-м, —
говорит биограф Ильичев.
…А в доме ученика Перминова в 1939-м прятали случайно попавшую к ним старинную икону. И в Великую Отечественную перед ней молилась мама, просила за мужа и двух сыновей. И все трое вернулись с Победой. Тогда счастливая женщина отнесла икону в Ильинскую церковь. Правда, там с годами икона почернела, исчезли лики…
…Ирма Мартенс умерла в Польше в 2007-м. А в Осинниках, где много лет назад эта учительница с детьми так страдала, но жила надеждой, в храме, где хранится икона семьи её ученика Перминова, произошло чудо. Сама собой посветлела икона, проявился лик Почаевской Богоматери, поддерживавшей тех, кто никогда не опускает руки!
Лариса Максименко.

От редакции. Если кто-то помнит в Осинниках учительницу Ирму Мартенс или рассказы о ней и детях, отзовитесь!

1 комментарий

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.