Купцы Семиречья – Никита Пугасов История

 

Сотрудники Торгового Дома Н. Букетова, краевед

Чем меньше в реальной жизни сохраняется остатков старой Алма-Аты, тем чаще стали появляться книги, статьи, посвященные городу. Старый город уже практически стал артефактом и все публикации, посвященные ему, как правило, наполнены чувствами ностальгии и неизбывного сожаления.

Правда, при чтении этих чувственных посвящений нередко становится обидно за тех авторов, которые тепло вспоминая город, не слишком уважительно относятся к его истории.

Не могу не отметить и тот факт, что решительно все, кто берется писать о городе Верном, ни за что не пропустят нашего легендарного земляка Н.Я.Пугасова и уж непременно что-нибудь этакое да придумают про него или про Пугасов мост.
Н.Селиванова в книге «Русские в Казахстане» на стр.103 пишет: «…Родовое гнездо купца находилось недалеко от водной переправы. Сейчас на этом месте растет столетний дуб и стоит большой красивый дом, заметный резным деревом да мемориальной дощечкой «Этот дом построил в 1887 году купец первой гильдии Н.Я.Пугасов. Здесь находилась его усадьба». В настоящее время в доме располагается кафе «Пугасов»…»
В этом небольшом абзаце наворочено столько несуразностей! Попробуем разобраться.

Если встать лицом к горам, то дуб, о котором пишет автор, будет слева, а дом – справа. Между этими двумя объектами – речка Малая Алматинка. У автора каким-то фантастическим образом все сошлось в одном месте – и дуб, и дом. Смешно? Да, но и грустно.
У меня нет никаких документов, подтверждающих версию, что на том месте, где стоит злополучное кафе, была усадьба Пугасова. Напротив, есть много документов, косвенно указывающих на то, что ее там не было.
Дом Пугасова Кстати, дом Пугасова действительно находится в так называемом Верненском Заречье, в Нижних садовых участках, и есть даже его точный адрес: Богенбай батыра, 70 (бывшая Кирова). К дому еще вернемся позже.
У того же автора на стр.104 читаем: «Умер Н.Я.Пугасов в 1911 году. Его как почетного гражданина г.Верного похоронили на кладбище, что находилось на территории Свято-Вознесенского собора».
Разберемся и с этим. Умер Н.Я.Пугасов действительно 20 апреля 1911 года в г.Ташкенте. Можно себе такое вообразить, что тело Пугасова везут из Ташкента в те времена по тамошним дорогам в г.Верный, чтобы похоронить в Пушкинском парке около Собора? Это, во-первых. Во-вторых, в 1907 году был построен Кафедральный собор и в парке уже давно никого не хоронили. Все документы того периода говорят о том, что парк обустраивают: разбивают аллеи, прокладывают арыки и т.п.
Над памятью нашего земляка издеваются еще не так. В одной из газетных публикаций Никиту Яковлевича в 1918 году приходят арестовывать чекисты, и он через какой-то подземный ход убегает от них…  Куда? Наверное, в Китай.
Это только небольшая часть придумок, которые кочуют из «произведения» в «произведение». Возникает вопрос: как можно, любя свой город, так искажать его историю?
Когда годами работаешь в архивах с документами, собираешь по крупицам разрозненные сведения, факты, — связь с людьми из прошлого становится почти осязаемой. Может быть, поэтому так болезненно реагируешь на все те глупости, которые пишут о близких тебе людях из Прошедшего времени.
Попробую отделить зерна от плевел. В одном из дел, которое попало в мои руки, член-секретарь статистического комитета при Семиреченском областном правлении В.Е.Недзвецкий пишет Францу де Паулю Шрекенфуксу: «…Я вошел в соглашение с фирмой ташкентского 1-й гильдии купца Н.Я.Пугасова… Фирма Пугасова – самая солидная во всем Туркестанском крае. Обороты ее достигают несколько миллионов рублей. В Ташкенте Пугасов имеет большую торговлю, а у нас в области считается первым купцом. Он имеет в Семиречье два винокуренных завода, два водочных, 1 кожевенный. В  Верном он владеет большими недвижимостями, имеет три лучших в городе магазина с разными товарами и, кроме этого, 16 магазинов в разных местах области.
Город Верный В отделении Русско-Китайского банка текущий его счет не ограничен определенною суммою…» (1).
Документ датирован декабрем 1906 года. Интересен он тем, что подтверждает то, о чем, в принципе, было уже мне известно: Н.Я.Пугасов – очень богатый и уважаемый человек, причем не только в Верном, не только в Семиречье, но и в крае.
Одна заметка в «Семиреченских областных ведомостях», но уже за 1913 год, привлекла мое внимание. В ней рассказывалось о юбилейной областной сельскохозяйственной и промышленной выставке, устроенной в городе Верном в честь 300-летия царствования Дома Романовых.
«Павильон Торгового Дома «Пугасов и С-я» и «Наследницы А.С.Гаврилова и Н.А.Гавриловой» — небольшое, но очень красивое здание в Романовском стиле.
В одной половине павильона расположены экспонаты фирмы Пугасовых – хлебное вино, специальные водки и наливки, виноградные вина, образцы масляных красок и кожевенного производства…
Фирма Пугасовых – одна из старейших в Туркестане (существует с 1878 года), основатель ее Н.Я.Пугасов был пионером местной торговой промышленности.
Солидно поставленное торговое дело в Ташкенте и других городах края дало фирме вполне заслуженную известность. Экспонаты фирмы отмечены на многих выставках высокими наградами» (2).
Потомственный почетный гражданин Никита Яковлевич Пугасов купеческое звание получил в городе Ташкенте, где он и проживал «по Варваринской улице в своем доме». В городе Ташкенте Н.Я.Пугасов умер в 1911 году на 66-м году жизни, там же умерла и его жена, Евдокия Евтихиевна, пережив мужа на шесть лет.
Н.Я.Пугасов был женат на дочери ташкентского купца Евтихия Ефимовича Фомина, который впоследствии переехал из Ташкента в город Верный.
24 сентября 1910 года в городе Ташкенте был учрежден Торговый Дом «Никита Пугасов и  С-я» (3). В пункте 6 Договора было определено, что Главная контора Торгового Дома должна находиться в городе Ташкенте.
Главным распорядителем Торгового Дома, со всеми вытекающими отсюда последствиями, пунктом 17 Договора назначался Никита Яковлевич Пугасов, а в случае его смерти все права, указанные в пункте 17 Договора, переходили к его жене, Евдокии Евтихиевне Пугасовой, а в случае и ее смерти – к тому члену Торгового Дома, который был бы избран большинством голосов.
Членами Торгового Дома являлись сыновья Никиты Яковлевича и Евдокии Евтихиевны Николай, Яков, Иван и Павел Никитичи Пугасовы, каждый из которых внес в основной капитал Торгового Дома «по пяти тысяч наличными деньгами». Был еще один сын, Василий Никитич, которому пунктом 17 Договора было назначено годовое содержание в сумме «не более триста рублей в месяц…»
Интересным оказался пункт 2 Договора, касающийся дочерей Никиты Яковлевича, по которому «до выдела Варвары Бабайкиной, Надежды Соколовой, Евдокии Ивановой и Антонины Калачевой Торговый Дом обязуется выплачивать каждой из них по сто рублей в месяц содержания».
И все же Н.Я.Пугасов был нашим земляком. Из документов известно, что в разное время Н.Я.Пугасов был гласным Верненской городской думы (4), церковным старостой Туркестанского Кафедрального собора (5) (до своей кончины в 1911 году), почетным членом различных комитетов города Верного, он избирался депутатом от города Верного для представления наследнику цесаревичу Николаю в городе Омске (6), депутатом от города Верного на священное коронование Их Императорских Величеств (7). Высочайшим приказом назначался почетным мировым судьей Верненского окружного суда (8), указом Правительствующего сената возведен в почетное гражданство как состоящий сряду 20 лет в первой гильдии (9).
Но что это? Некролог от 22 апреля 1911 года. «20 апреля в Ташкенте скончался известный всему Семиречью глава Торгового Дома Никита Яковлевич Пугасов.
21 апреля в 11 часов дня в Кафедральном соборе была отслужена панихида по усопшему. Панихиду служил Его Преосвященство, Преосвященнейший Димитрий, епископ Туркестанский и Ташкентский соборне с духовенством.
На панихиде присутствовали Его Превосходительство П.П.Осташкин, все родственники, многочисленные служащие Торгового Дома и многие посторонние почитатели усопшего» (10).
Прочитав некролог, я не могла отделаться от ощущения, как это не кощунственно звучит, что рада своевременной кончине Никиты Яковлевича.
Через шесть лет грядет революция и что с ним стало бы – одному Богу известно… Мне же сейчас точно известно, что вся созданная Н.Я.Пугасовым торгово-промышленная империя рухнула в одночасье, все нажитое отняли (это называлось конфискацией), предприятия Торгового Дома национализированы в мае 1918 года; а до этого крупные капиталисты города Верного Пугасов, Габдулвалиев, Иванов, Шахворостов, Курганов и другие по декрету № 1 Совета народных комиссаров Семиреченской области были обложены контрибуцией в размере 5 млн.рублей (11).
Город Верный А все дела по предприятиям Торгового Дома «Никита Пугасов и С-я» в городе Верном и его окрестностям, в том числе винокуренный завод и кожевенное производство, перешли в ведение ответственного комитета, утвержденного областным комиссаром труда и промышленности из числа служащих и рабочих Торгового Дома, под председательством В.М.Полумискова.
Я никак не могла найти дом, где он жил в Верном, как вдруг – в одном деле читаю: «…Тысяча девятьсот шестого года марта двадцать первого документ этот явлен у меня, Павла Александровича Арфаницкого, верненского нотариуса, в конторе моей, находящейся по Гоголевской улице в доме Гуминского, лично известным мне потомственным почетным гражданином Никитой Яковлевичем Пугасовым, живущим в городе Верном за речкой Алматинкой, в своем доме…» (12).
С этим домом, расположенным на усадебном участке под номером 25 в Нижне-садовых участках города Верного связана любопытная переписка 1918 года.
«Комиссару просвещения Верненского уезда.
Верненским уездным Советом для вверенного мне училища отведен дом Пугасовых в Нижне-садовых участках, но это здание занято начальником охраны под охранную команду.
Прошу предложить начальнику охраны переместить команду в другое здание, тем более что я вперед получил разрешение на занятие этого дома и  в Садовых участках подходящих зданий нет, а под команду можно взять здание и в центре города.
Заведующий 9-м Верненским училищем К.Савицкий» (13).
                                                       24 июля 1918 года.
«Начальнику охраны города Верного
В виду того, что в Н-садовых участках подходящих помещений для училища не имеется, а вверенная Вам команда может разместиться и в других пунктах города, прошу удовлетворить просьбу заведующего школой.
Председатель исполкома уездного совета народного образования
                                                                   В.Архангельский» (14)
                                                                  24 июля 1918 года
«В Верненский Совдеп
Мною обнаружено, что в доме Пугасова за Пугасовым мостом имеется библиотека, принадлежащая Пугасову, имеющая несколько книг, которые находятся без надлежащего надзора.
Считая, что книги эти составляют достояние народа, прошу Совдеп дать мне указание, куда сдать означенные книги.
Начальник охраны города Верного Семиреченской области Казаков» (15)
                                                                  17 сентября 1918 года.
«1918 год октябрь 11 дня. Я, нижеподписавшийся, даю сию расписку начальнику милиции 3-го района города Верного в том, что распоряжение Совдепа за № 4200 относительно взятия библиотеки, хранящейся в доме Пугасова, ныне Калачевой, в народное достояние мне объявлено. При этом заявляю, что мною библиотека эта 1½ недели назад продана комиссару продовольствия для школы. Опекун над имуществом умерших Ивана и Аполлинарии Пугасовых гр.Калачев. Кроме того, я состою наблюдателем за домом и имуществом Антонины Никитичны Калачевой (моей снохи) (16).
Работая с документами дореволюционного периода, я никак не могла отделаться от ощущения, что Пугасовых нет в городе, то есть их присутствие никак не ощущается. Я даже стала думать: «Что они  — все поумирали что ли?» (Сам Никита Яковлевич, как известно, умер в 1911 году).
В документах революционного периода (1918-1920 гг.) такая же история: Торговый Дом «Никита Пугасов и С-я» не уплатил контрибуцию в размере 100 000 рублей (пустяковая сумма для такой богатой семьи). К примеру, по тому же декрету Совнаркома Торговый Дом «И.Габдулвалиев с С-ми» должен был выплатить сумму в 1 000 000 рублей.
Что же случилось с Пугасовыми – они разорены, их нет в городе? Косвенные ответы на некоторые вопросы я нашла в архивных документах.
1915 год. В гражданском деле Верненского окружного суда по иску мещанина Евгения Иншина к Торговому Дому «Никита Пугасов и С-я» о взыскании 2538 рублей 22 коп. по расписке «… было заявлено ходатайство о рассрочке уплаты долга в равных частях на шесть месяцев в виду того, что с закрытием, при объявлении мобилизации, торговли вином, — ответчик несет большие убытки по его торговле, сосредоточенной, главным образом, в винокурении и продаже питей…» (17).
1916 год. Список вексельных кредитов, предположенных отделением Русско-Азиатского банка в г. Верном на 1916 год (18).

Наименование фирмы Размер кредита Время открытия кредита № протокола На какую сумму имеется  недвижимость Годовой оборот
ТД «Никита Пугасов и С-я»

75000

3.10.1905г.

720

1 000 000

Счет в ликвидации

1918 год. «5-сего января, в годовщину смерти члена Торгового Дома «Никита Пугасов и С-я» Ивана Никитича Пугасова, в 12 часов в Крестовой (архиерейской) церкви будет совершена литургия и панихида, о чем извещаются все родные и знакомые» (19).
1925 год. Объявление в газете «Джетысуйская искра»: «Доверенность, выданную Пугасову Николаю и явленную нотариусом Беляевым 2 декабря 1923 года по реестру нумерами 2523 уничтожаем.
Пугасов Яков     Павел Пугасов
Подпись удостоверена телеграфом» (20).
В этом небольшом по объему объявлении для меня очень много информации. Во-первых, Яков и Павел Пугасовы живы – это хорошая новость. Во-вторых, они в Верный прислали телеграмму, следовательно, находятся не в городе – тоже неплохая новость: в Верном, скорее всего, они не пережили бы страшные революционные годы. А что тогда случилось с Николаем? Я предполагала самое страшное…
1931 год.  В Центральном государственном архиве города Алматы нашлись документы, а именно, два письма Николая Пугасова – 13 марта в Алма-Атинский городской совет и 30 марта в Центральный исполнительный комитет КазАССР. То, что Николай жив, — замечательная новость, но что же его заставило писать в такие серьезные инстанции? Какую правду он искал?
А обстоятельства таковы. Николая Пугасова в 1931 году лишают избирательных прав. Что такое быть в те годы «лишенцем» — нам сейчас  понять трудно. Поэтому —  историческая справка.
Вопрос о лишении избирательных прав был поставлен уже в первые годы Советской власти. В Конституцию РСФСР 1918 года была введена ст. 65. Это  — репрессивная статья. П.14 Инструкции о выборах в Советы, утвержденной декретом ВЦИК от 04.11.1926 года, определял группы населения, подлежащие лишению избирательных прав. В результате лишения избирательных прав человек и его семья фактически исключались из общества. Лишенец не мог избирать и быть избранным в советские и партийные органы, общественные организации; не мог занять любую должность, а также учиться в средних специальных и высших учебных заведениях. Они не получали никаких пособий. Введение карточной системы в 1928-29 годах предназначалось только для трудящегося населения и членов их семей и полностью исключало лиц, лишенных избирательных прав. Лица, лишенные права выбирать в Советы, не могли быть членами колхозов, сельхозкооперативов, артелей.
Понятно теперь почему Николай Пугасов пишет письма во все инстанции и добивается восстановления в избирательных правах. Он начинает свои письма такими словами: «В данном заявлении я буду говорить простыми, но правдивыми словами…» Забегая вперед, скажу, что на первое свое заявление Николай  получит отказ, а результат второго его заявления мне неизвестен, хотя и предсказуемый. В своих письмах Николай пытается рассказать о том, что с раннего возраста, приблизительно с 18 лет, был поставлен отцом за прилавок и получал за свою работу определенную зарплату и никаким преимуществом перед другими  не пользовался. При этом он даже ссылается на черствость отца, который никак не выделял его перед другими братьями и с малых лет использовал его как наемного работника. Горько читать эти слова Николая, хотя можно его понять — ему нужно было спасать себя и свою семью правдами-неправдами.
Послужной список его с 1919 года: педагогическая школа – завхоз; делопроизводитель в ветеринарном аптечном магазине; счетовод на кожзаводе №3 (между прочим, раньше это был завод Пугасова – вот ирония судьбы). В дальнейшем Николай занимается  садоводческим делом: « …я находил, что занимаюсь общеполезным делом и так очевидно понимала меня и власть Советов, даруя мне за весь избирательный период времени, до 31 года, избирательное право».
Далее Николай пишет о том, что не владеет никаким движимым и недвижимым имуществом, что  сад свой передал артели «Плодоягодник» ,  что торговлей лично никогда не занимался «… и поведение мое за все время было в отношении советской власти лояльным».
А участь его предрешена. Советская власть, без суда и следствия, уже вынесла свой вердикт. В деле имеется документ с грифом «Секретно»:
ХАРАКТЕРИСТИКА
ПУГАСОВ НИКОЛАЙ. Уроженец города А-Ата, кулак. Бывш. крупный купец. Настроен антисоветски. Входит в группу антисоветско-кулацкого элемента, которая ставит своей задачей срыв колхозной работы путем агитации, террора, вредительства, угроз и избинеий. Вся эта группа вошла, дабы не попасть под раскулачивание, в колхоз, но видя, что 100% дохода от своего хозяйства не будет – перестроилась в артели: «Плодоягодник», «Трудовик», Подгорное».
Данная группа,  несмотря на то, что сады были законтрактованы, и чтобы получить больше брака для продажи на рынке, — плоды не снимали, а отрясывали. Бедноту, находящуюся в артелях, всячески агитировали против реорганизации артели в колхоз.
Адрес: Винодельческая, 181.
(Стилистика документа сохранена.- Н.Б.)
Вот такая бредятина. Иначе не назовешь этот документ. А ведь после всего того, что там написано, остается человека только к стенке поставить…(21)
Трудным оказалось познание жизненного пути Ташкентского 1-й гильдии купца Н.Я.Пугасова. Пока что очень мало известно мне о его семье: собираю разрозненные сведения, буквально, по крупицам, Я думаю, это еще потому, что большая часть документов об их  жизни и деятельности находится в архивах г. Ташкента, куда допуск затруднен. Так что поиск не прекращается. Недавно, например, я узнала, что в городе Лепсинске, где тоже были предприятия Пугасова: винокуренный и пивоваренный заводы, — был еще и кирпичный заводик. А кирпичики «выпекали», оказывается, с инициалами Пугасова: Н.П. или П. Обещали привезти кирпич…
Я попыталась проследить, что же стало с предприятиями Пугасова в послереволюционные годы, после того как  они были объявлены народным достоянием. Судите сами, что из этого получилось.
В 1918 году все предприятия Торгового Дома «Н.Пугасов и С-я», в том числе винокуренный и кожевенный заводы, находящиеся в ст. Софийской (Талгар) были национализированы.
До 1928 года, практически десять лет, ничего не работает, все разрушается, народное достояние приходит в упадок. Отнять – отняли, а до ума довести не могут. Это не мое умозаключение, об этом свидетельствуют документы: переписка 1925-1928 годов.

 

Зав. отделом местного хозяйства
от рабочих кожзавода № 3
б.Пугасова  (9 подписей. – Н.Б.)

«В виду того, что производство кожзавода № 3 к 10 октября с.г. окончится, мы, вышепоименованные, остаемся без работы и не имея средств  существовать, а поэтому просим вашего распоряжения разрешить нам завод № 3 окарауливать без всякой платы и за эти все наши услуги разрешить нам пользоваться одним чаном, чтобы мы имели возможность свое скудное сырье переработать своими средствами в кож.товар. Это даст нам возможность существовать. В чем просим не отказать» (22).

Михаил Семенович!
«Гр.Василий Гаврилович Кирилюк желает взять в аренду фруктовый сад, принадлежащий кожзаводу № 3. Бывшие кустари Алпатов и Васильев убедительно просят Вас передать этот сад кому-либо, ибо этот сад превратился в какое-то пастбище. К фруктовым деревьям привязывают коров, телят и т.п.» (23).
03.IV.1926г.   Подпись.

                                    Объявление

«30 мая с.г. в 10 часов дня в канцелярии Джетысуйского губернского отдела местного хозяйства (ул.19 февраля, б.номера «Интернационал») назначаются торги на сдачу в аренду фруктового сада площадью в 2 десятины, находящегося при кожзаводе № 3 (б. Пугасова) в ст.Талгар, с целью эксплуатации его в лето с.г.» (24).

Объявление

«22 июня с.г. в 10 часов дня в той же канцелярии, назначаются торги на сдачу в аренду кожевенного завода № 3 (б. Пугасова), находящегося в ст.Талгар со всеми оборудованиями и службами на срок до 1 октября 1926г.» (25).

Инструктора по коммунальному хозяйству  Екрынцева

                                             Доклад

                                                                                     3 августа 1926г. г
г.Алма-Ата
Кожзавод № 3 (бывший Пугасова)
«Довожу до Вашего сведения, что при осмотре 14-го сего августа зданий кожзавода № 3 я нашел следующее:
Крыша у зданий и складских помещений завода пришли в ветхость и протекают, отчего подвергается гниению все, что находится под крышей.

Магазин Пугасова  на  Первогильдейской- Пролетарской. Ныне Зенкова

У одного сарая камышовая крыша сорвана ветром. Корпуса с дубильными чанами, благодаря отсутствию соответствующего ремонта и надзора, разрушаются; чаны гниют, ржавеют и приходят в негодность различные железные части оборудования и железные крыши.
Дома для квартир рабочих при заводе без надлежащего своевременного ремонта и надзора разрушаются.
В общем, без преувеличения можно сказать, что завод, оцениваемый по инвентаризации октября 1925 года с недвижимым имуществом, оборудованием и инвентарем в сумму 16,592 руб., благодаря нахождению на положении консервации, ежегодно теряет свою ценность не менее 10%, т.е. минимум 1600 руб., плюс содержание сторожа 160 руб. – всего 1760 руб.
Фруктовый сад и декоративные насаждения при кожзаводе благодаря отсутствию ухода также приходят в негодность и обесцениваются.
Необходимо принять меры к сдаче сада в долговременную аренду на 5-6 лет с обязательством огородить заплотом, старые деревья выкорчевать и насадить новые, в первый же год. В виду того, что сада около 2-х десятин, через 5 лет он будет представлять значительную ценность и, кроме того, в течение арендного срока будет давать в местные средства дохода не менее 100 руб. в год» (26).
26 июня 1928 года на базе кожевенного производства была образована промысловая артель «Красный овчинник». Выпускала кожаную и войлочную обувь. В феврале 1950 года в состав артели влилась артель «Заветы Ильича», имеющая закройно-заготовительный цех по производству трикотажных изделий, парикмахерскую, часовую мастерскую и фотографию.
Согласно уставу артели, принятому общим собранием рабочих и служащих 24 ноября 1953 года ее производственный профиль складывался из сапоговаляльного и войлочного производства, бытового обслуживания и розничной торговли. В 1959 году к ранее существующим производствам добавилось лесопильное производство.
Приказом Алма-Атинского областного управления местной промышленности от 15 июля 1960 года артель «Красный овчинник» была ликвидирована и на ее базе создана Талгарская кошмоваляльная фабрика, которая специализировалась по производству юртового и строительного войлока (27).
Винокуренный завод в ст.Софийской постигла та же участь – он был национализирован. Из переписки 1919 года: «…Винокуренный завод, бывший Пугасова, единственный из трех заводов области, который может быть пущен в действие для добывания спирта на медицинские и технические надобности, хотя для поддержания зданий завода в исправленном виде требуется ремонт. В настоящее время идут заготовки необходимых для винокурения материалов и в скором времени предложено приступить к работам.
Означенный завод конфискован у фирмы «Никита Пугасов и С-я» за неплатеж контрибуции, наложенной на фирму декретом Совета народных комиссаров области от 18 марта 1918 года № 1 в размере 100 000 рублей.
Завод и на будущее время необходимо сохранить как народное достояние…» (28).
Выписка из протокола № 18 заседания Семиреченского областного совета народного хозяйства от 2 апреля 1919 года.
«…Лицам, сдавшим пшеницу на винокуренный завод с условием обмена на спирт, выдавать за каждый пуд пшеницы по одной бутылке спирта, причем в одни руки выдавать в месяц четыре бутылки спирта…» (29).
Выписка из протокола № 31 от 1 августа 1919 года.
«…Признавая необходимым произвести выгонку спирта для технических и медицинских целей для всей области и принимая во внимание, что сезон для заготовки хлебных злаков и для производства ремонта завода уже наступил и разрешая этот вопрос принципиально, постановили: предписать инженеру Влачеку немедленно приступить к ремонту винокуренного завода (бывш. Пугасова) и к заготовке пшеницы, ячменя и др.материалов для винокурения…» (30).
Пугасовский завод влачит жалкое существование, но потихоньку работает. Спирт нужен стране на технические и медицинские нужды и не только…  Бывали и такие курьезы.

Выписка из протокола № 40 от 19 октября 1919 года.
«…Отклонить следующие требования на спирт: а) об отпуске 5 ведер спирта для артиллерийского склада в виду того, что по заявлению специалистов – артиллеристов, спирт для очистки пушек не требуется…» (31).

Джетысуйская искра № 8, 20 января 1925 года.
Завод стоит  (г. Лепсинск).

«У нас, неподалеку от города, есть винокуренный завод (б. Пугасова), который никак не может дождаться хозяйственных рук. Есть на нем и штат: зав.заводом, зав.складом, кучер – но нет работы.
Кругом безработица, денежный кризис, крестьяне не знают, куда с хлебом деваться, а завод стоит…»

23 апреля 1928 года. Из материалов о работе Талгарского и Лепсинского винзаводов.
«…В нынешнем 1927/28 году Талгарский и Лепсинский винзаводы поставлены на консервацию в связи с неурожаем, постигшим губернию в 1927 году.
…Оборудование Талгарского и Лепсинского винокуренных заводов устарело и значительно изношено, но, по мнению сведущих лиц, заводы могут еще продолжать работу на этом оборудовании…» (32).
11 октября 1928г.                           Упр. Объединением винокуренных
заводов т. Зайцев
г. Алма-Ата

Докладная записка

 

О ходе подготовительных работ к пуску Талгарского и Лепсинского винзаводов.
«Ремонт Талгарского винзавода в данное время можно считать вполне законченным. Топливом завод обеспечен в достаточном количестве, но отсутствие достаточного количества зернозлаков в настоящее время не дает возможность начать винокурение в назначенный срок, т.е. до 15 октября с.г.
Распоряжением соответствующих организаций винокуренным заводам разрешено снабжение только просом и ячменем и в ограниченном количестве ржи.
Для выполнения намеченной программы винокурения 125 000 ведер 40% спирта, из коих на Талгарском винзаводе – 85000 ведер и на Лепсинском – 40000 ведер. Имея в виду винокурение производить на Талгарском заводе в течение 7 месяцев, а на Лепсинском – в течение 6 месяцев. Потребное количество злаков всего: проса 166735 пудов и ячменя – 125000 пудов…
Для того чтобы пустить заводы, не имеется перспектива на дальнейшее поступление зернозлаков…
В силу изложенного доношу, что Талгарский винзавод с 15 октября с.г. пущен быть не может…» (33).
Документальные материалы завода сохранились в Государственном архиве Алматинской области с 1933 года по 1975 год.
С 1933 по 1945 годы завод находился в подчинении Казахского треста спиртовой и водочной промышленности. Основной продукцией, выпускаемой заводом, был спирт-сырец.
В 1934 году на заводе выпускалось 63420,1 декалитров спирта и 85 декалитров сивушного масла. Среднесписочная численность рабочих и служащих 68 человек.
В 1959 году выпуск продукции по основным видам составлял: углекислоты – 0,6 тыс.тонн, спирта условного – 316 тыс.дкл. Численность рабочих – 191.
В 1964 году фактическая мощность завода составляла 1448 декалитров в сутки. Завод находился в ведении Алма-Атинского совнархоза до 1965 года.
В апреле 1967 года на Талгарском спиртовом заводе было освоено производство сухого льда. В 1970 году завод вырабатывает спирта 448 тыс.дкл., а в 1975 году запланировано выработать спирта 550 тыс.дкл. и углекислоты 1350 тонн.
Завод выпускал спирт условный, спирт ректификат 1 сорта и высшей очистки, углекислоту, сивушное масло, эфиры и альдегиды, барду жидкую и сухой лед (34).
Интересно, что все вернулось на круги своя. В настоящее время на месте Пугасовского заводика находится АО «Талгарспирт». Профиль тот же, предприятие в частных руках. Зачем же все это было? В чем смысл?
С именем Пугасова связана одна из легенд нашего города «Пугасов мост». И как каждая легенда она обросла слухами и домыслами и живуча до сих пор, хотя того моста уже давно нет, да и мало кто знает, где он, собственно, был.
Вот что пишет В.Проскурин в очерке «До ста городских примечательностей»: «В 1896 году берега горной реки соединили свайным покрытием. Возводил мост, вероятно, инженер Наранович, однако в памяти народной он остался Пугасовым мостом…»
А это из книги известного алматинского писателя Д.Снегина «В городе Верном»: «…Никита Яковлевич построил себе второй дом (?) на Верхних (?) садовых участках, вблизи бурной Малой Алматинки, а заодно перекинул через реку капитальный мост (?), рядом с которым открыл вино-водочный магазин и очередной, сорок первый кабак (?).
Мост со временем стали называть Пугасовским, увеличив славу предприимчивого купца среди верненских обывателей, а садовладельцы перестали ломать телеги, переправляя ягоды и фрукты на городские рынки не вброд через своенравную речушку, а по Пугасовскому – за гривенник с подводы – мосту…»(35).
Каюсь, вопросительные знаки мои, потому что написанное вызывает у меня большие сомнения. Дмитрию Снегину можно простить такие неточности, вроде 2-х домов в Верхних садовых участках, потому, что он писал все же роман и мог позволить себе еще не такие вольности. Так, в книге, Никита Пугасов, который умер в 1911 году, после революции убегает за границу, в Китай… А два дома у Пугасова действительно были, но только на Нижних садовых участках. Кстати, у Пугасова в г. Верном было только три магазина.
А на Верхних садовых участках у Пугасовых было дачное место под номером 30, на котором в 1911 году Николай Никитич Пугасов собирался строить пивоваренный завод и даже получил разрешение от городской Верненской управы, но потом планы изменились…
И подобным несуразностям несть числа…
Но хватит домыслов, обратимся к документам и фактам. Во многих архивных документах встречается упоминание о Пугасовом мосте. В большинстве случаев он служит верненцам ориентиром: ниже Пугасова моста, выше Пугасова моста, но без какой-либо привязки к конкретной улице. На многих картах города, там, где обозначена река М.Алматинка, разрыв (который показывает наличие моста) чаще всего рисуют в районе улицы Сельской (Виноградова). Но из детства помню, что там был небольшой деревянный пешеходный мостик. Но я его помню в 50-е годы; я не знаю, каким он был раньше, много раньше… И почему бы ему не быть пешеходным?
Конюшня Пугасова, за Пугасовым мостом. В одном из журналов Верненской городской думы за 1912 год мне попалось на глаза постановление «…о воспрещении распускать скот». В § 2 постановления читаю о сборных пунктах: 1) по реке Алматинке на Губернаторской улице; 2) на площади за Пугасовым мостом…» (36).
Достаю карту города Верного, это район Нижне-садовых участков, действительно, по Сельской улице за рекой «пустопорожнее место), то есть площадь. А дальше нечто совершенно конкретное, что ставит точку в вопросе о местонахождении Пугасова моста.
Обычное объявление в газете: «Продается рассада разных сортов помидор, капусты, баклажанов. Адрес: угол Командирской и Казначейской (по Командирской улице, дом № 13, на квартал ниже Пугасова моста)» (37).
Кварталом выше улицы Командирской (Кирова) – улица Сельская(!). Неужели все-таки это то самое искомое место? Да, сомнений больше нет – Пугасов мост соединял берега Алматинки по улице Сельской, которая и тогда, и сейчас – тупиковая улица: заканчивается у реки, а за ней была площадь для сбора скота, а дальше дом Пугасова и, возможно, магазин. И когда я, наконец, пришла в чувство от своего маленького открытия – еще одно…
Смотрю журналы Верненской городской управы за 1896 год, ищу один нужный документ и вдруг – журнал номер 65 от 16 июля 1896 года «О ремонте моста, находящегося по Сельской улице через р.М.Алматинку». Для меня это такой важный документ, что приведу его полностью.
«Слушали: рапорт члена управы Е.Е.Аверьянова о том, что верхняя настилка деревянного моста через р.Алматинку по Сельской улице пришла в негодность и потому, во избежание могущего произойти несчастия, полагает своевременно произвести необходимый ремонт, для чего, по его мнению, потребуется всю верхнюю настилку, заключающуюся из 87 досок длиною по 9 аршин каждая, заменить новою.
Приказали: По обсуждении вышеизложенного и принимая во внимание неотложную спешную надобность в ремонте означенного выше моста во избежание могущих быть несчастий, городская управа определила: мост, находящийся по Сельской улице через р.Алматинку, ремонтировать хозяйственным способом, поручив исполнение работы члену управы Е.Е.Аверьянову под наблюдением городского архитектора П.В.Гурдэ» (38).
Вот этого я никак не ожидала… В 1896 году мост уже подлежит ремонту, значит, он был построен, примерно, лет на пять раньше. В своих расчетах я ошиблась на два года, но об этом позже. Мост ремонтирует город, следовательно, это городской мост и строили его на земские средства.
Вот тебе и Пугасов мост! Народная молва приписала мост человеку, который его не строил и этот миф существует долгие годы.
Ближе всех к истине оказался  В.Проскурин, который, тем не менее, ошибся с годом постройки моста; но он предполагал, что Пугасов к строительству моста не имел никакого отношения, когда писал, что «в памяти народной он остался Пугасовым мостом».
Меня поразило объявление о продаже рассады: названа улица – Казначейская, угол улицы Командирской, указан номер дома (13) по улице Командирской (что было редкостью в то время) и все-таки, чтобы наверняка, чтобы не потерялись, чтобы нашли самый надежный ориентир: «на квартал ниже Пугасова моста».
Все на самом деле просто: вот мост, вот дом Пугасова, который около моста – отсюда и Пугасов мост.
Не знаю, насколько все это близко к истине, но другого логического объяснения у меня пока что просто нет.
Остались очень важные вопросы: кто построил мост и когда. Поиск продолжался.
И, наконец, удача. В журнале № 27 Верненской городской думы от 14 июля 1889 года нахожу документ «Об устройстве постоянного моста через реку Малую Алматинку». Сердце радостно забилось – неужели нашла? Пересказывать архивный документ неблагодарное занятие. Лучше привести его полностью, сохранив стилистику авторов той эпохи.
«Слушали: Прошение городских обывателей, проживающих за р.Малой Алматинкой (в садах) от 5 июня с.г., коим они ходатайствуют об устройстве через р.Малую Алматинку постоянного моста, так как после бывших дождей в нынешнем году переход и переезд из городских улиц к ним на садовые участки сделался невозможным до того, что каждая переправа грозит несчастным случаем, ибо берега речки сделались обрывистыми и при незначительной прибыли воды переправа опасна, особенно в ночное время.
Обсудив настоящее ходатайство, которое вполне заслуживает удовлетворения и, имея в виду, что подобные ходатайства уже неоднократно возбуждались жителями садовых участков письменно и словесно, и вследствие одного из таких ходатайств, возбужденного в 1886 году городским архитектором Гурдэ по поручению городской управы, в том же году представлены были при рапорте от 19 июня за № 43 проект и краткое соображение на постройку деревянного моста через р.Малую Алматинку в продолжение Сельской улицы стоимостью в 955 рублей 50 копеек, городская дума единогласно постановила:
Для обеспечения постоянного удобного пути из города в садовые участки, расположенные за речкой Малой Алматинкой и значительно населенные городскими обывателями, построить за счет остатков городских сумм от прежних лет через сказанную речку в продолжение Сельской улицы деревянный мост по составленному городским архитектором Гурдэ в 1886 году и утвержденному в настоящем заседании проекту, согласно краткому исчислению стоимости работ в 955 рублей 50 копеек, уполномочив городскую управу произвести ныне же постройку сего моста подрядным способом с торгов, окончательное утверждение коих предоставить самой управе без испрошения особого на то разрешения думы» (39).
Затраченный на поиски труд я не могу считать бесполезным. Из небытия извлечены сведения, которые, возможно, кому-то еще, кроме меня, покажутся интересными.
Жил в городе Верном купец Никита Пугасов. И остался после него Пугасов мост…

 

Источники:

  1. ЦГА РК, ф.44, оп.1, д.49259, л.5 оборот, л.6.
  2. Семиреченские областные ведомости. – 1913. — № 259.
  3. ЦГА РК, ф.77, оп.1, д.1826.
  4. ЦГА РК, ф.55, оп.1, д.5, л.145.
  5. ЦГА РК, ф.153, оп.1, д.294.
  6. ЦГА РК, ф.48, оп.1, д.432.
  7. ЦГА РК, ф.55, оп.1, д.15, л.78, л.78 оборот.
  8. Семиреченские областные ведомости. – 1911. — № 94.
  9. Там же.
  10. Семиреченские областные ведомости. – 1911. – № 87.
  11. ГААО, ф.340, оп.1, л.3, л.3 оборот.
  12. ЦГА РК, ф.77, оп.1, д.1386, л.4 оборот.
  13. ГААО. Ф.406, оп.1, д.1, л.145.
  14. Там же, л.145 оборот.
  15. Там же, л.65.
  16. Там же, л.66.
  17. ЦГА РК, ф.77, оп.1, д.2210, л.20 оборот.
  18. ЦГА РК, ф.306, оп.1, д.4.
  19. Семиреченские областные ведомости. – 1918. – № 4.
  20. Джетысуйская искра. – 1925. — № 68.
  21. ЦГА города Алматы, ф.174, оп.16, д.14, л.13,13 об.; л.14,14 об.
  22. ЦГА  города  Алматы,   ф. 174, оп.18, д. 2488, л.2, л.2 об.; л.3, л.4, л.7.
  23. ГААО, ф.455, оп.1, д.71, л.3.
  24. Там же, л.14.
  25. Там же, л.16.
  26. Там же.
  27. Там же, л.36, л.36 оборот.
  28. ГААО, ф.867, оп.2, д.4, 5, 11.
  29. ГААО, ф.79, оп.1, д.142, л.45-48.
  30. ГААО, ф.79, оп.1, д.150, л.73.
  31. Там же, л.115.
  32. ГААО, ф.79, д.151, л.32 оборот.
  33. ГААО, ф.455, оп.1, д.248, л.90, л.90 оборот.
  34. ГААО, ф.455, оп.1, д.214, л.193.
  35. ГААО, ф.376, оп.4, д.10, 28, 71, 110, 184.
  36. В городе Верном /Д.Ф.Снегин. Собрание соч.: в 5 т. – Алма-Ата, 1981. – т.1. – с.122-123.
  37. ЦГА РК, ф.55, оп.1, д.45а, л.56.
  38. Заря Свободы. – 1918. — № 44.
  39. ЦГА РК, ф.48, оп.1, д.488, л.81 оборот.
  40. ЦГА РК, ф.55, оп.1, д.10, л.70-71.

2 комментария

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.