Виктор Станиславович Виткович. Круги жизни. Повесть в письмах. Фрагмент четвертый. Караван Арсланова Tашкентцы Искусство История

Лето 1924 года. Пушкинская улица в Новом городе была так же широка, как и сейчас. Однако многоэтажных зданий на ней не было, сама мостовая на участке между Сергиевской церковью и Дархан-арыком не была залита асфальтом, лишь сбоку, вдоль колеи трамвая, улицу замостили булыжником, а посреди лежала «священная» пыль.

Однажды, идя в школу, увидел издалека, как на Пушкинскую из поперечной улицы выплыло облако пыли, поклубилось, наполнило собой улицу до вершины тополей и, повернув, быстро поплыло вдоль Пушкинской. Впереди облака ехал всадник в обычном хивинском красном халате. Из облака стали доноситься скрип колес, пощелкивание плетей, звон верблюжьего бубенца, оживленные голоса, смех. Потом сквозь пыль проступили фигуры передних всадников, ехавших на лошадях, на верблюдах, и очертания большеколесных арб, на которых сидели люди.

— Мальчик! — окликнул меня по-узбекски всадник, ехавший впереди.

Я подошел. Хивинец, который вблизи оказался едва ли годом старше меня, спросил, как проехать в ирригационный техникум. Показывая дорогу, зашагал рядом с его конем.

Спустя полчаса, когда пыльное облако вслед за нами докатилось до техникума и возле него растаяло, когда вздымавшие это облако узбеки, среди которых по одеждам угадывалось несколько туркмен и казахов, когда они и их кони, верблюды, арбы заполнили дворик техникума, а не поместившиеся образовали за воротами табор, когда, наконец, прибежал, запыхавшись, директор, — обнаружилось первое обстоятельство, достойное удивления: на двести двадцать шесть приехавших учиться было всего одно направление. Это было направление на имя Арсланова — молодого хивинца, что ехал впереди.

Но еще удивительней оказалась история рождения каравана. Как-то раз в одно из селений Хивинской Народной Республики пришло по разверстке направление в техникум. Сельский староста — аксакал — вручил его Арсланову, юноше, которого в селении считали передовым. Хорезм был в то время самым дальним, самым глухим углом Средней Азии. Арсланов, который мечтал по меньшей мере о подвигах Алпамыша, любимого им героя эпоса, ехать учиться не захотел. Ему казалось постыдным для мужчины делом, «подобно тощему писцу, сидеть, макая перо в чернильницу». Попробовал откупиться, не вышло. Делать нечего, Арсланов оседлал, «подобно Алпамышу», коня, распрощался с родителями и отправился в путь.

Доехав до Хивы, он остановился на ночлег в караван-сарае. Разговорился там с сыном хозяина, сверстником. На вопрос «Куда едешь?» Арсланов ответил, как по его представлениям надлежало мужчине: «Куда копыта коня приведут». Новый знакомец поведал, что хочет ехать учиться. Обрадованный Арсланов решил подарить ему свое направление в техникум, извлек бумажку из пояса. Однако фамилия Арсланова в нее была вписана, да и проехаться в Ташкент было не так худо, парни рассудили: направление можно будет в Ташкенте обменять. Из Хивы выехали вдвоем.

В следующем селении к ним присоединились еще двое. Поехали дальше, из селения в селение, из города в город. По пути Арсланов, как ком снега, стал обрастать молодыми дехканами, пастухами и горожанами, жаждавшими учиться. Чем ближе был Ташкент, тем явственней людям был виден свет, идущий из этого города, тем большая назрела потребность окунуться в этот свет, испытать себя в новом мире. Многим, чтобы поехать учиться, нужен был только толчок.

А сам Арсланов, причудливой игрой судьбы и случая вознесенный на положение Алпамыша — богатыря, за которым следуют толпы, гордясь этим положением и ревниво оберегая его, начал в попутных селениях сперва робко, потом все больше воспламеняясь, призывать людей ехать учиться. Убеждая других в великой пользе приобретения знаний, он, как бывает, убедил в этом и самого себя.

Вот и вся история. Буду счастлив, если скажешь: «Что-то в ней есть».

6 комментариев

  • yas49:

    Сейчас молодежь не заманишь на учебу, тем более в ирригационный. подайте юридический или экономический. Диплом сейчас в большинстве случаев это мишура для престижа.
    А рассказ прекрасный, это о времени эпохи советского ренесанса — возрождения нового. И если конец этой истории?

      [Цитировать]

    • Виктор Арведович Ивонин:

      В этом году в ВУЗы Узбекистана подано 543 115 заявлений абитуриентов. Конкурс на 1 место составлял 9,36 человека. Самый большой конкурс был в Термезский государственный университет — 16,3 чел. на место. В Джизакский педагогический институт 13,45 чел. на место. В Андижанский государственный университет 14,8 человек на место. Конкурс на юридические и экономические специальности был минимальным. Стремление продолжить образование в ВУЗах обусловлено Законом Республики Узбекистан «О Национальной Программе по подготовке кадров», в которой записано «Ввести В Узбекистане культ образования и знаний». Понятие культ представляет собой «служение божеству и связанные с этим действия, обряды». То есть фактически образование и знания у нас превратилось в новую религию и столь же почитаемы сейчас в народе как посещение мечети и хадж. Отсюда и стремление молодёжи попасть в ВУЗ, воспринимаемое как важнейший обряд поклонения божеству образования и знаний. Так это и задумывалось в 1997 году, когда я записал слова о введении нового культа в Национальную программу.

        [Цитировать]

      • Gangut:

        Виктор Арведович, а можно вопрос не по теме? Вы не помните семью Крямичевых? Они жили в 50 – 70 годы недалеко от вас – в первом доме справа от нынешнего магазинчика «Артем – Мария» (если стоять к нему лицом). Михаил Андреевич Крямичев преподавал в ТИИМСХ математику, его жена Софья Ивановна работала бухгалтером, сын Андрей учился в ТашМИ. Недавно присмотрелся к книге, которую мне в подарила Софья Ивановна ещё в середине 70-х. Книга 1887 года, и я только сейчас, к сожалению, обратил внимание на оттиснутый на ней экслибрис Евгения Шервинского( был такой известный архитектор, может книга принадлежала ему). Вот я и заинтересовался историей этой семьи. Вы ничего не знаете о них?

          [Цитировать]

        • Виктор Арведович Ивонин:

          Нет не помню. Мы поселились там в 1961 году. Я был студентом и у меня были совсем иные интересы. А потом работа, аспирантура и т.д. К тому же вход на Садовую был совсем в другом месте и на Вахшскую мы никак не попадали. Разве что в день выборов шли дом культуры в одном из тупичков Чинабадской. Да изредка поднимались на Новомосковскую в кинотеатр Москва. Практически никого из соседей не знал. А вот сестра училась в школе, куда ходила вся наша махалля. Мало того, она в ней преподавала химию. А потому всех знала в лицо и пофамильно. Но она сейчас в Германии. Буду разговаривать, поинтересуюсь.

            [Цитировать]

  • lvt:

    Что -то в ней есть! Светло и грустно…

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.