Золото Туркестана. История времён безумной войны. Глава 1. Мятеж Искусство История

Автор Вадим.  Рассказ. Жанр историко-приключенческий, основан на реальных событиях, но присутствует художественный вымысел.

 

2 апреля 1918 года по улице Романовской шёл человек в солдатской форме. Он чуть прихрамывал и озирался по сторонам. Перед церковью святого Георгия на перекрёстке Романовской и Соборной улиц, солдат остановился и, глядя на купола, перекрестился.

— Александр Николаевич, — окликнул его кто-то негромко. — Неужто вы?

— Степан? – удивился солдат.

— Он самый, вот, уж не думал, что свидимся, — искренне обрадовался Степан. — Какими судьбами в Ташкенте?

— Да, вот, из Севастополя, бежал из госпиталя, не долечился. Морячки там совсем озверели, — перешёл на шёпот солдат. — Офицеров на штыки поднимать стали, и здоровых, и хворых, еле ноги унёс. Без погон как видишь, выбросил от греха подальше. Нынче офицера убить, что муху. Дожили.… А про род великокняжеский, не только говорить, думать опасно. Вот, вернулся в отчий дом, родителей повидать. Как они? Слышал что?

— Да, вы, Александр Николаевич неужто не знаете? — помрачнел Степан.

— Что? Что случилось? Говори!!! – схватил князь Степана за плечи.

— Не дождался вас батюшка, царствие ему небесное, — перекрестился Степан.

— Расстреляли? – сверкнул глазами князь.

— Никак нет. Своей смертью помер от воспаления лёгких. Вот, здесь его в церкви и похоронили, — указал Степан на церковь святого Георгия.

— Когда?

— Да, уж месяца три назад.

— А матушка? — давясь слезами, спросил князь.

— Матушка, слава Богу, жива. Про брата вашего Артемия не слышно ничего, воюет, наверное, где-то. Дворец отобрали по мандату. Совет тут какой-то заседает вроде, точно не знаю, чёрт их разберёшь сейчас, кругом одни советы. Матушку вашу выгнали на улицу, как классово чуждый элемент, спасибо, что не расстреляли. Но мы её приютили, вы не волнуйтесь, живёт у нас, здесь недалеко.

— Спасибо Степан, спасибо тебе родной за доброту, — князь крепко обнял Степана. — Редко сейчас такое встретишь в наше время.

— Да, полно вам Александр Николаевич, полно! Что ж мы не люди, звери? – запротестовал Степан. — Батюшка Ваш Николай Константинович ведь добрейшей души человек был. Никого из нас из слуг не обижал, жалованье платил хорошо и исправно. А сколько для края сделал, всего не перечесть, добрую память оставил. И Надежда Александровна всегда добра была ко всем, да и вы, и брат ваш. Отчего же не помочь в тяжёлую годину? Вы не вешайте нос, Александр Николаевич, пойдёмте к нам, пойдёмте скорее, поздно уже, а время неспокойное. И Надежда Александровна обрадуется. Сын вернулся!!!

Князь Искандер шёл, держа под руку Степана, и смотрел то на церковь, где теперь покоился его отец, то на дворец, который уже не принадлежал его семье.

40 лет назад его отец Великий князь Николай Константинович Романов, двоюродный брат императора Александра III поселился здесь. Великого князя сослали в Туркестан за заключение неравного брака с дочерью полицмейстера. В Туркестанском крае он и прославился. Стал известным  предпринимателем и меценатом, собрал коллекцию картин и скульптур, учредил стипендии для талантливых, но малоимущих жителей края, не имевших средств на учёбу, строил мыловаренные и хлопкоочистительные заводы, открывал фотомастерские и бильярдные, прокладывал оросительные каналы, помогал русским переселенцам, построил первый в Ташкенте кинотеатр «Хива». В Туркестане Николай Константинович стал называть себя князем Искандером, эту фамилию официально носили и его дети. Младшим из них был Александр Николаевич Искандер. В Ташкенте  прошли его детство и юность. Отсюда он ушёл на фронты Великой войны, служил в лейб-гвардии на Кавказском фронте. Сюда пробирался через всю охваченную смутой страну после революции. И вот, добрался.

 

***

— Господа, позвольте вам представить ротмистра Искандера Александра Николаевича, младшего сына Николая Константиновича, прошу любить и жаловать.

Сидевшие за столом люди, поднялись, чтобы поприветствовать Искандера.

— Позвольте представить, генерал-лейтенант Кондратович хозяин этого гостеприимного дома, генерал Джунковский, полковник Блаватский, полковник Зайцев. Ну, и я полковник Корнилов. Пётр Георгиевич.

— Корнилов? Вы…?

— Да, да, так точно, брат, младший.

— Какая честь, Пётр Георгиевич, — начал, было, Искандер, но на секунду остановился и помрачнел:

— Да, наслышан… Мои соболезнования.

— Да, Александр Николаевич, — вздохнул Корнилов. — Россия понесла тяжёлую утрату, Лавр Георгиевич погиб. Могила найдена большевиками, тело извлечено, обезображено и сожжено, — у Корнилова заблестели глаза. Повисла минутная пауза.

— Ладно, господа, приступим к нашим делам, — прервал молчание генерал Кондратович. — Присаживайтесь, Александр Николаевич.

 

***

— И самое главное, Александр Николаевич, наши люди имеются даже в большевистском руководстве.

— Не может быть, — удивился Искандер.

— Может, ещё, как может, — продолжил Корнилов. — Советскую власть в Ташкенте установили местные «товарищи», но Ленин прислал сюда командовать своих людей из Москвы. И местным это очень не понравилось. Среди недовольных есть очень влиятельные фигуры, среди них комиссар железнодорожных мастерских Василий Агапов и военный комиссар Константин Осипов.

— Надо же – опять удивился Искандер. Одни большевики против других большевиков в союзе с офицерами! Неужели и военком с нами? Признаться, я ошарашен, господа!

— Представьте себе, как был ошарашен я, когда Осипов явился ко мне в камеру в Ташкентской крепости и передал привет от «Туркестанского союза борьбы с большевизмом», — оживлённо вступил в разговор полковник Зайцев.

— И что было дальше? – спросил Искандер.

— Через пару часов я уже был в этом доме среди господ офицеров, — усмехнулся Зайцев.

— Да, Осипов фигура колоритная, — вступил в разговор Кондратович. — Восторженно встретил февраль 1917, впрочем, как и все мы. Кто ж тогда знал, к чему это приведёт? Вступил в партию большевиков, активно участвовал в сентябрьских и октябрьских событиях в Ташкенте, отличился при штурме Коканда.

— Самое смешное, — вновь вступил в разговор Зайцев, что когда мои отряды шли на Ташкент, навстречу мне шли красногвардейцы, под командованием Осипова. И именно они распропагандировали полк моих казаков, взятие Ташкента сорвалось, мне пришлось бежать, я был арестован, посажен в Ташкентскую крепость и был освобождён тем же Осиповым,  — усмехнулся Зайцев. — Ирония судьбы.

— Вы забыли упомянуть, Иван Матвеевич, — добавил Блаватский. — Что именно после вашей неудачи во время похода на Ташкент Осипов и стал военкомом.

— Осипов молод ему всего 23 года, крайне честолюбив, — продолжал Кондратович. Думаю, им двигают исключительно личные мотивы, он просто чем-то обижен комиссарами.

— Как видите, возможности у «Туркестанского союза борьбы с большевизмом» велики, — добавил Корнилов. — Наши люди везде, но необходимо, чтобы выступление началось согласованно и одновременно везде, не то нас быстро разобьют. Прежде всего, мы ждём решительных действий от атамана Дутова. После его прорыва в Туркестан, мы планируем поднять восстание одновременно, и в Ташкенте и в Ашхабаде.

— А что эмир бухарский? – поинтересовался Искандер.

— Эмир бухарский, — вступил в разговор Кондратович, — всё ещё надеется отсидеться. Он удачно отбился от  красных, и думает, что они его больше не тронут. Эмир обещает нам, что бухарские войска перейдут границу Туркестана только после свержения комиссаров в Ташкенте.

— А оружие, господа? Откуда оружие?

— Оружие, — продолжил Кондратович, в основном от англичан.

— И что же наши «друзья» хотят взамен? – с иронией спросил Искандер.

— Это самый тяжёлый вопрос, — вновь вступил в разговор Корнилов. — «Туркестанский союз борьбы с большевизмом» подписал с англичанами договор о том, что новая Туркестанская Демократическая Республика на 55 лет станет протекторатом Великобритании со всеми вытекающими последствиями.

— Но, позвольте, господа, это немыслимо! – возмутился Искандер. — Отторгать Туркестан от России?

— Я понимаю ваши чувства, но, увы, другого выхода у нас нет, — почти в один голос ответили все собравшиеся. — Без помощи англичан ничего не получится.

— Да, и потом, — продолжал Корнилов, это не отторжение, это временный договор по типу Гонконга, через 55 лет Туркестан вернётся в состав России.

— Вы считаете, англичане вернут нам Туркестан?

— Не уверен, Александр Николаевич, но и англичане не уверены, что мы его отдадим, после того, как большевики будут свергнуты. Поймите, сейчас для всех главная задача свергнуть большевиков, а там видно будет. Картина меняется очень быстро, война, Александр Николаевич.

— Ну, продолжим, — Корнилов разложил на столе карту. — Итак, как я уже упоминал, необходимо ударить по большевикам везде и только после прорыва в Туркестан атамана Дутова. Пока этого не произошло, важнейшим для нас является поддержка повстанческого движения мусульман. И центр движения сейчас находится здесь, — Корнилов ткнул пальцем в Ферганскую долину. — После той резни, которую большевики устроили при взятии Коканда, ненависть к ним со стороны мусульман огромна, ряды повстанцев растут, самыми крупными отрядами командуют курбаши Иргаш и курбаши Мадамин-бек. Но, увы, умения воевать им не хватает. И кто как не мы с вами кадровые офицеры русской армии сможем им в этом помочь, организовать, обучить, превратить партизан в регулярную армию? Генерал Муханов уже находится в отряде Иргаша. А мы вместе с полковником Зайцевым скоро отправляемся к Мадамин-беку.

— Ну, что ж, господа, прекрасно. А какова моя роль в движении?

— Будьте готовы действовать в любой момент, ждите сигнала, Александр Николаевич.

 

***

В октябре 1918 органы ТуркЧК совместно с ташкентским уголовным розыском вышли на след «Туркестанского союза борьбы с большевизмом», почти все его руководители были арестованы и расстреляны, но остатки организации продолжали действовать. Туркестанские чекисты даже не подозревали, что главой антибольшевистского подполья теперь является военком Туркестанской Автономной Советской Республики Константин Павлович Осипов. Именно под его руководством 18 января 1919 года против Советской власти взбунтовался 2 стрелковый полк Красной Армии Туркестана, ставший основной силой восстания.

 

***

— Вы, куда это Александр Николаевич, ни свет, ни заря? – удивился Степан.

— Тише, ты…

— В городе-то, что делается, стреляют…

— Тише, говорю, — зашептал Искандер. — Потому и иду, что стреляют. Восстание это, против большевиков, вот и ухожу. Дай Бог, победим, вернусь. А нет, береги матушку Степан, на тебя, да на Господа Бога надежда!!!

— Отсидеться бы вам лучше, Александр Николаевич, кто его знает, как всё сложится…, — попробовал возразить Степан.

— Не получится отсидеться, — покачал головой Искандер. — Всё равно, придут за мной рано или поздно, не хочу ждать, либо они нас, либо мы их. Ну, всё прощай, Степан, не поминай лихом, спасибо за всё, что ты сделал для нашей семьи и прости, если что не так!!!

Искандер обнял Степана, вышел на улицу и направился в сторону Госпитальной улицы.

 

***

— А, ну, давай, комиссарики, шевели копытами, — толкали конвоиры прикладами вперёд четырех туркестанских комиссаров.

— Давай, давай, вот, так. Стоять!

— Приготовиться! Целься!

— Прощайте, товарищи! Прощайте! Да здравствует, Советская власть! Да, здравствует коммунизм!

— Огонь!!!

Грянули выстрелы, и комиссары замертво упали на землю. В это же время в других частях города были расстреляны десять других руководителей Туркестанской республики.

 

***

— Алло, Иван, послушай меня, — заговорил Осипов.

— Константин, ну, наконец-то, — радостно отозвался на другом конце провода Белов. — Что, происходит в городе, контрреволюция?

— Послушай, Иван,

— Товарищи Вотинцев, Шумилов, Финкельштейн и Фоменко с минуты на минуту должны быть у тебя…

— Иван, — нетерпеливо перебил Белова Осипов.

— Неужели офицерьё недобитое голову поднимает?

— Да, послушай, ты, чёрт возьми, — закричал Осипов.

— Да, я тебя слушаю, извини.

— Вотинцев, Шумилов, Финкельштейн и Фоменко только что расстреляны.

— Как? – опешил Белов. — Кто посмел?

— Расстреляны по моему приказу.

— Что? – вскричал Белов. — Ты, что такое говоришь, Константин?

— То, Иван, кончилась в Ташкенте Советская власть. Со дня на день восстание перекинется на весь Туркестан, и британские войска выступят из Закаспийской области на Ташкент. Отныне я являюсь временным военным диктатором Туркестана

— Да, ты, что творишь, сволочь! – заорал в трубку Белов. Ты большевик, военком Республики, твою мать, поддерживаешь контрреволюцию? Ты в своём уме?

— Иван, не ори и не дури, а переходи на нашу сторону, пока не поздно. Ты ведь левый эсер, знаешь, что они сделали с твоими в Петрограде? Тоже хочешь такой участи?

— Ты, мне зубы не заговаривай, там была другая ситуация.

— Иван, давай, потом доспорим, переходи к нам, я тебя очень прошу.

— Никогда, слышишь ты предатель, никогда не пойду я против Советской власти, всегда и везде буду её защищать, запомни это раз и навсегда, а тебя гада, поймаю, пристрелю без суда и следствия, понял?

— Чёрт! – бросил трубку Осипов и схватился за голову. — Белов комендант крепости отказывается перейти на нашу сторону, а без его гарнизона и боеприпасов город не удержать, и англичане выступать не торопятся, — в отчаянии сказал он окружавшим его соратникам, и в очередной раз хлебнул водки.

— Сволочь! Взять крепость, немедленно взять крепость! Белова схватить и расстрелять, немедленно исполняйте! – истерично закричал он.

— Константин Павлович, разрешите? – в кабинет вошёл адъютант Осипова Ботт.

— Что тебе Женя? – недовольно отозвался Осипов.

— Искандер пришёл.

— Искандер? Ну, давай его сюда.

Ботт вышел и через минуту вернулся вместе с Искандером.

— Здорово, князь! – радостно протянул руку Осипов. — Ну, что водочки не желаешь?

— Не время сейчас водку пить, Константин, — протянул руку Искандер. — Победим большевиков, даст Бог, тогда и выпьем. Прошу как можно скорее дать мне какое-нибудь задание.

— Что ж, задание найдём. Вот, что, формируй отряд офицеров, их сейчас много ко мне пришло и выдвигайся к Боткинскому кладбищу. Очисть этот район от красных. Все вопросы к Ботту, оружие, обмундирование, получишь у него. Выполнишь задачу, жди дальнейших указаний. Ясно?

— Ясно, — ответил Искандер.

— Да, вот ещё, погоди, — Осипов взял со стола толстую пачку денег и передал их Искандеру. — Неизвестно, как всё сложится, а это всегда пригодится.

— Откуда столько? – Искандер только сейчас обратил внимание, что в кабинете Осипова повсюду лежали бумажные деньги, а кое-где даже золотые слитки.

— Так, — нехотя отмахнулся Осипов. — Изъяли.

— Как это изъяли, где?

— В городском банке, на нужды новой республики.

— Это необходимо вернуть законному правительству.

— Конечно, вернём, а ты как думал? Вот, появится это законное правительство, всё ему и вернём. Ну, давай, давай, князь, ступай, время не ждёт.

 

***

Три дня в Ташкенте шли уличные бои. Мятежники и сторонники большевиков стреляли друг в друга, а горожане сидели дома, не высовываясь. Решительные действия коменданта Ташкентской крепости и начальника военного гарнизона города Ивана Белова сыграли в тех событиях ключевую роль. Мятежники были лишены доступа к оружию и боеприпасам крепости. Белов отдал приказ обстреливать гаубичными снарядами штаб 2 стрелкового полка, атаки мятежников на ключевые объекты города железнодорожные мастерские и крепость захлебнулись.

Между тем отряд князя Искандера поставленную задачу выполнил, но, узнав, что восстание провалилось, а основные силы во главе с Осиповым ушли из города и двинулись в Чимганские горы, Искандер приказал своему отряду отступать в том же направлении. Спустя некоторое время он соединился с Осиповым. В руках у мятежников находился весь золотой запас Туркестанской Республики, изъятый из городского банка в бумажных деньгах, золотых червонцах и золотых слитках. В нижней части пика Большой Чимган у Чёрного Водопада, мятежники сделали привал, после чего двинулись в сторону Чаткальского хребта. С оружием, с деньгами, но без золота. На пути к Чаткалу их настигла погоня большевиков. В ходе ожесточённых боёв, основным силам во главе с Осиповым удалось прорваться в Ферганскую долину. Отряд Искандера численностью 101 человек был отрезан от основных сил, и уйти не смог. Здесь в горах офицеры Искандера повели против большевиков отчаянную партизанскую войну. А отряд Осипова вышел к окрестностям Андижана, где находилась ставка курбаши Мадамин-бека. Осипов потребовал личной встречи с курбаши, во время которой обещал сдать оружие, а потом и разоружить свой отряд. Мадамин-бек принять Осипова согласился.

Комментариев пока нет, вы можете стать первым комментатором.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.