День памяти поэта. Высоцкий в Средней Азии Разное

Марк Цыбульский (США)
(Copyright © 2004-2013)


Во время выступления в ДК ''Золотая долина''. 
Зарафшан, Узбекистан, 23-24.07.1979 г.        О Высоцком пишут все. Пишут актёры, годами выступавшие с ним на таганской сцене, и осветители, однажды видевшие его на съёмочной площадке. Пишут друзья, случайные знакомые и люди, поговорившие с ним пару минут после концерта.

О Высоцком пишут всё. Заинтересованный читатель сможет отыскать в литературе детальные критические разборы его лучших ролей, воспоминания о концертах и гастролях, и подробные рассказы о том, как Высоцкий приехал на выступление нетрезвым. (Последнее обычно оправдывают тем, что из песни, мол, слов не выкинешь, что было, то было. То, что память любимого – вроде бы – поэта предаётся осмеянию, обычно в голову не приходит). Во время выступления в ДК ''Золотая долина''. 
Зарафшан, Узбекистан, 23-24.07.1979 г. 
Фото из коллекций В.Чейгина (Санкт-Петербург) и И.Попова (Москва)

И вот при таком гигантском – утонуть можно – количестве публикаций практически отсутствуют работы, систематизирующие имеющиеся факты пребывания Высоцкого в том или ином регионе Советского Союза.

Долгие годы занимаясь изучением темы «Высоцкий за рубежом», автор этих строк даже не задумывался над тем, что гораздо более доступная исследованию тема «Высоцкий в СССР» фактически представляет собой Terra Incognita.

Высоцкий побывал с концертами и гастролями в тринадцати из пятнадцати бывших советских республик, но до настоящего времени вышли лишь книга «Высоцкий и Беларусь»,*1 авторы которой В.Киеня и В.Миткевич суммировали всю имевшуюся на тот момент информацию о визитах Высоцкого в их страну, и сборник «Владимир Высоцкий. Белорусские страницы»,*2 содержащий ряд интересных интервью с людьми, общавшимися с Высоцким в Белоруссии.

В Белоруссии Высоцкий бывал часто, имеющихся материалов действительно хватает на книгу. А вот, к примеру, в Узбекистане он был всего несколько раз. Информация об этих визитах разбросана по различным источникам и большей частью недоступна рядовому любителю. Думается, пришла пора собрать все факты воедино.

Сентябрь 1973 года. «Таганка» отправилась на свои вторые гастроли за пределы России – в Узбекистан и Казахстан.

Теперь «Таганка» той поры окружена легендами. У читателя, далёкого от театральной жизни 60-70-х гг., после прочтения многочисленных публикаций о театре Юрия Любимова непременно сложится мнение, что на таганские спектакли зритель ломился, сметая на своём пути заборы и конную милицию.

Между тем, так было далеко не везде. В иных городах случались конфузы. Известный таганский актёр А.Васильев рассказывал, например, о выезде театра со спектаклем «Добрый человек из Сезуана» в Тулу. Было это в 1966 году. В Москве спектакль произвёл эффект разорвавшейся бомбы, билеты на него брались с боем. В Туле же после первого действия зал опустел. Чуждые российскому зрителю традиции брехтовского театра попросту не могли быть понятны там, где и с отечественной драматургией мало кто знаком.

Насколько успешно прошли спектакли «Таганки» в Узбекистане, трудно сказать что-то определённое. (Спектакли проходили на сцене концертного зала им. Свердлова, расположенного на улице Правды Востока.) Автору этих строк известны шесть статей из узбекской прессы, посвящённые гастролям московского театра, однако только в двух из них говорится именно о спектаклях – «Пугачёве» и «Десяти днях, которые потрясли мир». Материала для аргументированного вывода явно недостаточно.

Иное дело – выступления таганцев с концертами, куда включались и отрывки из спектаклей. Никакой драматургии, только музыкальные номера – такие концерты публика воспринимала с удовольствием. Можно же себе представить, что жители колхоза «Политотдел» и совхоза «Огонёк», городов Навои и Чирчик культурными развлечениями избалованы не были. Тепло принимали всех артистов «Таганки», но лучший приём, как, впрочем, бывало всегда, достался Высоцкому.

«Больше всего аплодисментов досталось Владимиру Высоцкому. Тепло были приняты лирические и шуточные песни. Все они были исполнены с душой, с большим мастерством», – отметила газета «Социалистический Чирчик» 20 сентября 1973 года.

Выступал Высоцкий в Узбекистане и с сольными концертами. Как и везде, зрители готовы были слушать его часам. На сохранившейся фонограмме слышно, как Высоцкий сначала пытался отшучиваться и заметил не желавшим отпускать его слушателям: «А как же насчёт работы?» (Дело происходило на одном из ташкентских предприятий во время обеденного перерыва). Овация, однако, не прекращалась, и тогда Высоцкий сказал, что он ещё должен играть спектакль, а потом ехать в Театральный институт. «А ночью надо что-то с радио делать», – закончил он.

Это очень любопытная информация. О выступлении (или интервью) Высоцкого по ташкентскому радио ничего не известно. Может быть, кто-то из читателей располагает такой информацией?

В.Смехову запомнилось, что Высоцкий смешно пародировал восточную речь, прибавляя к русским словам что-то вроде «мбрамбам», и в Узбекистане заявлял примерно так: «Бибомба-рамбам! Мы, Таган-барам-бам-гастрольбам Ташкентабамбарам! Зрителбам-добрым-барам и вкусным-бам-гостеприимным-бам-шашлык-барам-бам-вот!»

«Когда прощались с Ташкентом, после серьёзных и благодарных слов, я шёпотом предложил Володе, и он отлично исполнил: заявил коллегам, что, слава Аллаху, наш гастроль-бамбарам прошёл с большим узбехом!».*3

Насчёт «большого узбеха», повторю, не знаю, но, как сообщила газета «Индустриальный Навои» от 25 сентября 1973 года, главный режиссёр «Таганки» Ю.Любимов и группа ведущих актёров была награждена Почётными грамотами Президиума Верховного Совета УзССР «за успешное проведение гастролей, сыгравших важную роль в эстетическом воспитании трудящихся республики».

Эту грамоту, – высшую благодарность, которой удостоился Высоцкий от родной страны, – Н.М.Высоцкая, мать поэта, позднее передала на временное хранение московскому музею революции.

Следующий приезд Высоцкого в Узбекистан состоялся, вероятно, в сентябре 1976 года (дата нуждается в уточнении), когда он участвовал в нескольких сборных концертах (по некоторым данным, были и сольные выступления). Компания подобралась солидная – все «звёзды» советской эстрады.

Как известно, на эстраде начинать и заканчивать концерт – дело весьма престижное. Поскольку среди выступавших наиболее титулованным был Полад Бюль-Бюль-Оглы, он настоял на том, что будет выступать последним.

«Работаем первый день, – рассказывал администратор Высоцкого В.Гольдман, – Полад заканчивает после Володи: моментально полупустой зал. Он кричал: «Если вы меня не уважаете, уважайте хоть людей, которые хотят послушать…». Но люди всё равно уходили».*4

Зрители Ташкента, как и зрители всей страны, судили «по гамбургскому счёту». Работать после Высоцкого не смог бы никто. Певец-лауреат смирился, и в дальнейшем концерты заканчивал Высоцкий.

25 июля 1990 г. газета «Комсомолец Узбекистана» поместила в числе прочих воспоминаний о пребывании Высоцкого в Узбекистане, короткий рассказ В.Патрина, работавшего в сентябре 1976 года в городе Газли.
«И вот туда-то приехал с гастролями В.Высоцкий. Мы… рискнули его пригласить к себе. Владимир сразу же согласился. И вообще сказал, что любит петь в узком кругу, среди простых людей, где его больше всего понимают».

Далее Патрин рассказывает, что в рабочий вагончик Высоцкий приходил трижды, записывать почти ничего не разрешал, но пел много, в том числе, и незаконченные на тот момент песни. Например, такую: «Хрум, хрум…// Скрипят скропоря…// Идём мы// Втихаря…// Кругом –// Ночь да луна…// О!// Как хочем вина!»

В этих воспоминаниях вызывает недоверие почти всё, за исключением, может быть, самого факта приезда Высоцкого в Газли. К описываемому времени он был так замучен собственной популярностью, что вынужден быть в буквальном смысле прятаться от поклонников. Выступать (да ещё три раза!) у незнакомых людей, когда нет отбоя от знакомых, согласимся, весьма странно.

Вызывал сомнения и приводимый текст. И это написал поэт, уже создавший «Баньку по-белому», «Песню про случай», «Купола»?! Такой примитив мог выйти из-под его пера разве что на самой заре творчества. Позднее я узнал, что песня эта написана В.Шандриковым, омским бардом, известным в 1970-1980 гг. своими стилизациями под блатные песни.

Не исключено, что в тот приезд в Узбекистан Высоцкий выступал также в Чирчике. Информация об этом содержится в рассказе А.Карпенко «Ночные посиделки с Высоцким», опубликованном на сайте «ArtOfWar»*5. О своей встрече с Высоцким перед его концертом в городском Дворце культуры автору рассказал офицер – бывший курсант Киевского высшего общевойскового командного училища.

Я связался с писателем и попросил его помочь мне установить контакт с тем офицером. А.Карпенко позвонил ему, но тот, к сожалению, беседовать со мной о Высоцком не захотел. Правда уточнил дату: по его мнению, с Высоцким в Чирчике он разговаривал в 1977-1978 гг. Высоцкий в Узбекистане действительно был в 1977 г. (об этом чуть ниже), но прилетал туда всего на одно выступление, и вряд ли из Ташкента переезжал в Чирчик. Таким образом, можно предположить, что концерт в Чирчике – если он действительно состоялся – был в 1976-м.

О концерте, состоявшемся в октябре 1977 г., рассказывает музыкант З.Шершер (Туманов):
«Концерт организовывало узбекское ЦК партии. Какой-то план они там выполнили… Они организовали этот концерт во Дворце спорта, вмещающем десять тысяч человек. Я тогда работал с оркестром Бюль-Бюль Оглы. Мы были на гастролях в Краснодаре и нас сорвали с гастролей и отправили туда. Когда мы приехали, то поражены просто были, потому что туда собрали и ансамбль «Берёзку», и Муслима Магомаева, и Карцева с Ильченко… В общем, все лучшие силы.
Пригласили туда и Высоцкого. Он сам удивился, когда увидел афишу. Такая огромная афиша и где-то внизу малюсенькая полосочка, просто напечатано было: «Владимир Высоцкий». Я уверен, что стадион этот забит был до отказа благодаря Высоцкому.
Рашидов со своей свитой восседал в ложе… Это всё так срочно делалось, что не успели даже разморозить лёд во Дворце спорта, нам построили сцену прямо на льду.
В связи с тем, что нас согнали внезапно, то все запаздывали, ехали-то все из разных мест. Концерт задерживался на два часа. Нас всех по очереди просили выходить и успокаивать публику. А как успокоить десять тысяч человек?! (Согласно анонсу в газете «Вечерний Ташкент» от 17 и 20 октября 1977 г., концерт прошёл 20 октября, – М.Ц.).
А потом вышел Высоцкий. Подошёл к микрофону… И обратился к залу. Он обратился как-то неформально… Что-то, вроде: «Чуваки! Мы такие же люди, как и вы. И у нас те же трудности. Например, транспорт. Не все успели подъехать, но артисты стремятся к вам настолько же, насколько вы хотите их увидеть. Я знаю, что очень тяжело сидеть в этом холоде, но давайте наберёмся терпения». И стало тихо-тихо в зале…
Перед концертом я ему настраивал гитару. Мы были с ним знакомы раньше, он меня попросил это сделать. Я минут двадцать настраивал эту гитару, а потом он взял её и начал струны подспускать. Я говорю: «Я старался, а ты что ж делаешь?» Он говорит: «Не обижайся, Зиновий. Я хочу, чтоб она гудела».
Я потом понял этот эффект. Высоцкий закрывал концерт и выступил просто на «ура». В тот раз ему разрешили спеть девять песен, он их исполнил великолепно».*6

Иначе запомнились те концерты присутствовавшему на них ташкентцу В.Фетисову.
«Я присутствовал на двух концертах в октябре 77-го, – писал он мне, – а всего их было четыре, по два в день: один – днём, другой – вечером. Должен сказать, что это были обычные сборные концерты. Никакого отношения ЦК Узбекистана к ним не имело, и Рашидова там не было. Если бы эти концерты организовывало высшее руководство республики, они бы прошли на куда более престижной площадке – либо в театре Навои, либо во Дворце Искусств. Там проходили самые значимые культурные события, например, Дни России в Узбекистане и т.п. А Дворец спорта «Юбилейный», к тому же, был с плохой акустикой.
Я был как раз на том концерте, который задержался почти на два часа. Примерно через полчаса зал стал свистеть и шуметь, требуя начала концерта. В это время только начали выносить аппаратуру. Через час ледовый дворец уже ревел так, как будто шёл хоккейный матч. Появился конферансье, очень полный человек, по фамилии, кажется, Лапин (он иногда играл в кино в эпизодах), и попытался успокоить зал, ссылаясь на какие-то объективные причины. Зал не успокаивался. Тогда он сказал: «Если вы не успокоитесь, мы вообще не начнём». В это время я посмотрел налево (я сидел на боковой трибуне) и увидел, что в том месте, откуда артисты должны выходить (вернее, взбегать) на сцену, стоят несколько человек и среди них – Высоцкий. При последних словах ведущего он повернулся к кому-то, и что-то стал возмущённо говорить. Лапин ушёл под свист, и Высоцкий выбежал к микрофону. Как только зал его увидел, раздались такие аплодисменты, каких я никогда не слышал. Он сказал: «Товарищи, извините, но мы задержались по независящим от нас причинам. Приношу извинения и обещаю, что мы отработаем, столько, сколько положено». Опять гром аплодисментов и дальше всё шло нормально.
Магомаева и «Берёзки» не было. Карцев с Ильченко и Полад Бюль-Бюль Оглы были. Про Карцева и Ильченко Высоцкий очень тепло говорил и спел песню, которую, как он сказал, посвятил им, это «Всем делам моим на суше вопреки». Он их назвал настоящими моряками.
Про Бюль-Бюль Оглы – правда. Он выступал после Высоцкого последним, и как только начал петь, многие стали уходить (в том числе, и я). Он остановил песню где-то на середине и сказал, что пусть, кому не интересно, уйдут, он подождёт.
Из тех песен, что Высоцкий тогда исполнил, помню «Тот, который не стрелял», «Горное эхо», «Козёл отпущения», «Про Кука», «Я вышел ростом и лицом», «Чёрные бушлаты», «Братские могилы» (с неё он начал). Пел он при полностью включённом свете. Сказал, что хочет видеть лица людей».*7

Альманах «Мир Высоцкого» как-то упомянул, что в фонды ГКЦМ Высоцкого поступили «билеты на его концерт в Ташкенте в октябре 1977 г.».*8 Очевидно, речь идёт о выступлении в ДК ТТЗ, фонограмма которого известна коллекционерам.

Снова в Ташкент Высоцкий приехал в середине марта 1979 г. и давал 17, 18 и 19 марта по три концерта в день во Дворце спорта «Юбилейный». Об одном из этих концертов вспоминает присутствовавший на нём М.Узланер. Фото афиши - на интернет-форуме ''Владимир Высоцкий. Творчество и судьба''

«Концерт состоял из двух отделений. В первом отделении выступал В.Высоцкий, во втором — популярная группа «Красные маки»… Артист сразу же с разгону начал петь песню, с которой он обычно начинал все свои выступления. Песня называлась «На братских могилах». Я как полупрофессиональный гитарист сразу заметил, что гитара у Высоцкого была, мягко говоря, не лучшего качества и звучания. К тому же она была немного расстроена, а струны уже очень давно не менялись. Сколько бы раз Высоцкий не подтягивал струны в перерывах между песнями, звучание гитары ему улучшить не удалось.
Но всё восполнял его необычайный голос и какая-то непонятная харизма. Своей энергетикой он буквально наэлектризовывал зрителей, даже когда не пел свои песни, а просто рассказывал о Театре на Таганке. Он много рассказывал о своём творчестве, театральных постановках, в которых участвовал, и насколько популярен был театр, в котором он работал…
Самое интересное началось во втором отделении. На сцену вышел популярный ансамбль «Красные маки». Ансамбль поражал количеством участников. Четырём певцам, уткнувшим свои рты в микрофоны, помогал целый оркестр… Но после исполнения первой песни, зрители стали подниматься со своих мест и идти к выходу. После второй песни уже многотысячная аудитория уныло покидала зал…»*9 Узбекистан, июль 1979 г. 
Фото из коллекций В.Чейгина (Санкт-Петербург) и И.Попова (Москва)

Последние гастроли Высоцкого в Узбекистане состоялись за год до смерти, в июле 1979-го. Сейчас бессмысленно об этом говорить, но, может быть, если бы не та поездка, Высоцкий мог бы прожить немного подольше.

О том турне, во время которого Высоцкий перенёс клиническую смерть, написано, пожалуй, больше, чем о любых других его гастролях. В том числе, и немало ерунды. Писалось, например, что он упал бездыханным на сцене во время концерта, что перед выступлениями ему делали обезболивающие уколы в горло и т.д. Подобные вещи, вероятно, не стоило бы опровергать, если бы периодически они не всплывали в очередных публикациях.

Знавший Высоцкого В.Повереннов, инженер из Узбекистана, однажды заявил следующее: «Перед каждым концертом Толя Федотов (врач, ездивший с Высоцким на те гастроли, – М.Ц.) делал ему обезболивающие уколы прямо в горло. Володя выходил на сцену с иглами в шее, так и вёл концерт…».*10 Узбекистан, июль 1979 г. 
Фото из коллекций В.Чейгина (Санкт-Петербург) и И.Попова (Москва)

Ну, что тут скажешь? Такого рода анестезию сделать, конечно, можно, но отёк распространится на голосовые связки. Тут не только петь – сипеть невозможно (те, кому делали тонзиллэктомию, меня поймут).

Возможно, виноват журналист, недостаточно точно передавший слова В.Повереннова, но в иглы в горле мне, конечно, не верилось. Ясность внесла З.Халилова, побывавшая на многих концертах Высоцкого в Зарафшане. Как она припомнила в разговоре со мной, иглы Высоцкому действительно вводили, но это были специальные очень тонкие иглы для акупунктуры – древнего китайского метода лечения. Вводились они не в горло, а в шею. С такими иглами петь, конечно, было можно.

Гастроли в Узбекистане – одна из самых известных страниц в жизни Высоцкого. Даже создатели фильма «Высоцкий. Спасибо, что живой» взяли для сценария эпизод именно этих гастролей. Связано это с широко распространённой легендой о том, что у Высоцкого была клиническая смерть, да не когда-нибудь, а именно 25 июля, то есть ровно за год до смерти. Об этом случае рассказали все, кто был рядом с Высоцким в тот день.

Администратор В.Гольдман: «Первый раз Володя умер в 6 часов утра, 25 июля 1979 года, в Бухаре. Он гастролировал в Средней Азии. В Навои, Зарафшане, Учкудуке, Бухаре. В самое пекло… Условия гастролей были жёсткими, Володя обязан был давать пять – ПЯТЬ – концертов в день. Причём, последние три – на открытой площадке, когда дует страшный «афганец», когда песок забивает рот.
Отработали Учкудук. Отработали Зарафшан. В Зарафшане Володе стало плохо. Кое-как отрабатываем Навои. Ночью – а передвигались мы только ночами – приезжаем в Бухару. Ранним утром Володя, которому вроде бы полегчало, ушёл на базар, вернулся довольный, весёлый. Помню, рассказывал, каким пловом угощали его на бухарском базаре. Потом зашёл в номер.
И почти тут же я услышал жуткий крик. Мы вбежали в номер. Высоцкий умер».*11 Учкудук, перед отъездом в Зарафшан, 22.07.1979 г.
Фото из коллекции И.Попова (Москва)

Врач А.Федотов: «Остановилось дыхание, на сонной артерии нет пульсации… И уже полное отсутствие сердечной деятельности.
У меня был кофеин – ввёл прямо в сердце. И стал делать искусственное дыхание: изо рта в рот. Севе (Абдулову, – М.Ц.) показал, как делать массаж сердца. И, видимо сердечная мышца возбудилась, – сердце заработало. И минут через пять смотрю – стали появляться самостоятельные дыхательные движения…».*12 Высоцкий и администраторы В.Янклович (в центре) и В.Гольдман. 
Зарафшан, 23.07.1979 г. 
Фото из коллекции И.Попова (Москва)

Администратор В.Янклович: «Восстанавливаемость – просто колоссальная! После остановки сердца в Бухаре отправили его в Москву, сами прилетели через день. Володя – подтянутый, спортивный – встречает меня в аэропорту».*13

Обратим внимание на дату в воспоминаниях В.Гольдмана – 25 июля. Надо сказать, что это дата встречается в очень многих публикациях, плотно укоренилась в сознании массового читателя, но… она неверна.

Московский высоцковед Л.Черняк беседовал с Ю.Тыриным, автором многих весьма интересных работ по текстологии произведений Высоцкого. Ю.Тырин в 1979 г. работал в Учкудуке и, кстати, присутствовал на выступлениях Высоцкого в этом городе 21 июля 1979 г.

По данным Ю.Тырина, концерты Высоцкого в Навои состоялись 27 июля, следовательно, в Бухаре он мог быть не ранее 28 числа. В день клинической смерти Высоцкий уже не выступал и сразу улетел в Москву. Узбекистан, Навои, 26-27.07.1979 г. 
Фото из коллекции И.Попова (Москва)

По данным другого московского высоцковеда, И.Рогового, из квартиры Высоцкого 29 июля был сделан звонок в Бухару. Таким образом, анализ имеющейся информации неопровержимо доказывает, что описываемые события происходили 28 июля 1979 г.

Но была ли клиническая смерть? На мой взгляд, это был обычный обморок, потому Высоцкий и пришёл в себя так быстро. Отсылаю читателя к моей работе «Смерть, которой не было», в которой я разбираю этот случай с врачебной точки зрения.

До Самарканда, где предполагалось заканчивать гастроли, Высоцкий не доехал. Однако именно в этом городе в 1989 году одна из улиц стала носить его имя. «Такое решение принял городской Совет по ходатайству клуба самодеятельной песни, носящего имя советского певца, поэта и актёра».*14 Трудно в это поверить, но говорят, что улицу до сих пор не переименовали, несмотря на поспешность, с которой местные власти избавлялись от всего русского.

И это не единственная улица Высоцкого в Узбекистане! Как сообщил мне живущий в Ташкенте Р.Назаров (он – автор очень интересного исследования «Национальный вопрос в жизни и творчестве Владимира Высоцкого», опубликованного тульским журналом «Горизонт» в сентябре 2004 г., в 52-м номере), такая улица была и в Ташкенте – в Юнусабадском (бывшем Кировском) районе города. Впрочем, теперь она переименована и носит имя Махмуда Мирзаева.

Не знаю, спасёт ли красота мир, но в том, что поэзия может сблизить людей куда лучше, чем самые трескучие речи, сомневаться не приходится. Как нет сомнений и в том, что произведения национальных культур становятся, – если они того стоят, – достоянием всего мира.

Пример тому – очень необычная работа молодого узбекского композитора А.Халмурзаева «Содом и Гоморра ХХI». Жанр этого произведения определить непросто, сам автор называет его «прогрессивная симфоническая поэма». В музыку органично вплетены песни в исполнении давно ушедших из жизни М.Монро, Э.Пресли, В.Высоцкого…
Постановка «Содома и Гоморры» осуществлена в Ташкенте в 2001 году на сцене Молодёжного узбекского театра, а в 2002 году компакт-диск с записью музыки этого спектакля вышел во Франции.

25-ю годовщину со дня смерти Высоцкого отмечали, конечно, не только в России. Прошёл вечер памяти поэта и в узбекском городе Андижане. «На вечере выступили андижанские поэты Шухрат Ганиев и Лариса Капустина. А Шухрат Атабаев мастерски исполнил известные песни барда».*15

О посещении Высоцким двух других среднеазиатских республик известно очень мало. За долгие годы мне удалось встретить лишь две публикации, пусть не целиком, но хоть частично относящихся к рассматриваемой теме.

Альпинист В.Цанунин рассказал белорусскому журналисту В.Яговзику о двух своих встречах с Владимиром Высоцким: одна из них состоялась летом 1974 г. в альплагере на Эльбрусе, другая – через год в Туркмении.

«Следующим летом (т.е. летом 1975 г., – М.Ц.) нас понесло в археологическую экспедицию аж в Туркмению. Работали в Каракумах на раскопках города Ашаш, когда-то завоёванного Тимуром Тамерланом. Случайно узнаём из газеты: в Ашхабад с концертом приехал Высоцкий. Большая часть нашей экспедиции поднималась вместе с ним на Эльбрус. Слава Богу, среди нас был Сашка Синарский, уже покойный. «Ребята, – говорит он. – Отпустите на день! Хоть зубами, но билеты вырву».
Сашка не был бы Сашкой – пробился-таки к самому Высоцкому!.. И наш гонец вернулся на раскопки с 54 билетами в кармане.
Тот ашхабадский концерт состоял из двух отделений. В первом отделении прозвучали, так сказать, патриотические песни – «Сыновья уходят в бой», «Он не вернулся из боя»… Второе составили песни о любви. А в конце выступления Высоцкий вдруг сказал: «В заключение – песни для моих друзей. Ребята, я прошу вас подняться, – я пою для каждого из вас». И он начал называть нас по именам и фамилиям. Что там говорить – такое внимание до слёз взволновало нас». *16

Мне уже приходилось говорить, что в воспоминаниях о Высоцком порой очень трудно отличить правду от легенды, поэтому так высока цена подтверждения информации с помощью другого источника. В данном случае я имею косвенное подтверждение того, что летом 1975 года Высоцкий действительно был в Средней Азии. О его концерте в столице Таджикистана Душанбе рассказал журналист Р.Гайворонский.

«Было лето 1975 г., когда от жары плавился даже асфальт. В июне душанбинцы, наверно, думают больше не о работе, а о предстоящих отпусках, отдыхе в горах или у речки Душанбинки… И вот в июне здесь проходили Дни Франции в Таджикистане, и в составе французской делегации была Марина Влади. Увидев её в кинотеатре, я поразился – на улице никто бы и не догадался, что это знаменитая кинозвезда, мировая знаменитость, потому что одевалась она очень просто и легко. А по Душанбе ползли слухи, что приехал Высоцкий, и кое-кто уже успел его увидеть…
В один жаркий июньский день я сидел в институте, изнывая от жары, и вот раздался телефонный звонок. Звонила моя хорошая знакомая Ира из института геологии: «Ты свободен?» – «А что?» – «Бросай все дела и срочно иди к нам. Я тебя встречу возле входа». Заинтригованный, я отпросился у шефа в библиотеку и прошёл два квартала до института геологии. Она провела меня в актовый зал и шепнула по дороге: «Высоцкий сейчас петь будет…» Такого сюрприза я не ожидал. Поблагодарив Иру, уселся у окна и превратился в ожидание…
Начал собираться народ – в основном, сотрудники института. И вот входит Высоцкий – с гитарой, в джинсах, футболке и сандалиях. Переждав бурный приём, он уселся перед микрофоном, настроил инструмент и начал петь… Концерт продолжался три часа, а певец пел и пел, и только иногда пил минеральную воду – жарко было. Тогда он исполнил практически все свои известные песни, звучавшие совсем по-другому, а заодно и новые, которые он написал, например, к фильму «Интервенция». Но картину пришлось увидеть много лет спустя, потому что она долго «лежала на полке». Поразило, что Высоцкий знал многих своих слушателей по именам и часто обращался прямо к ним, например:
– Саша, помнишь, как тебе на леднике Федченко понравилась эта песня? – и т. д.
После концерта я подошёл к нему и попросил сказать несколько слов для газеты, на что он ответил: «Старик, неудобно, никто в Москве не должен знать, что я в Душанбе, я здесь нелегально, как муж Марины Влади, но если хочешь, потом напишешь, что здесь очень жарко и живёт много моих друзей. А в следующий приезд поговорим подробнее».
Высоцкий извинился, посмотрел на часы и ушёл…»*17

Теперь проанализируем имеющуюся информацию. Действительно, в июне 1975 г. в Таджикистане проходили Дни французского кино, где в числе приглашённых была и М.Влади. Об этом высоцковеду В.Тучину сообщила в письме душанбинка М.Пулатова. Правда, она добавила: «Мы были на открытии дней Франции в Душанбе (это, наверное, июнь 1975 г.), были на открытии выставки графики, на открытии выставки книги – везде была Марина Влади и другие члены делегации, а Высоцкого не было. Потом на банкете по случаю окончания дней Франции Марины Влади уже не было».*18

Значит ли это, что Высоцкого в Душанбе не было вовсе? Я бы так не сказал, поскольку другой респондент В.Тучина, чьё письмо опубликовано под инициалами К.К., сообщил: «Он (Высоцкий, – М.Ц.) приехал в Душанбе через два-три дня после открытия у нас Фестиваля (или Дней) французского кино, в котором принимала участие М.Влади».*19

Отсутствие Высоцкого на открытии Дней французского кино вполне объяснимо – и даже не тем, что он не был членом французской делегации, а тем, что в июне 1975 г. он много выступал в театре, в тот год «Таганка» закончила сезон поздно. Согласно табелю занятости, в июне у Высоцкого было несколько промежутков по три свободных дня: 2-4, 8-10, 22-24 и 26-28, в которые он мог бы вместить полёт в Среднюю Азию.

С вопросом, приезжал ли Высоцкий в Душанбе, я обратился к дочери Д.Расулова, тогдашнего Первого секретаря ЦК Компартии Таджикистана. «Насколько я знаю, не приезжал, – ответила мне И.Расулова (по мужу – Тихонова). – Если бы он приезжал, я бы знала».*20

Казалось бы, действительно так – как не знать дочери «хозяина» республики о визите столь популярного в стране человека? Но… Ведь сказал Высоцкий Р.Гайворонскому, что он в Душанбе инкогнито. И это вполне можно объяснить. У Высоцкого бывали случаи, когда его концерты отменяли «ответственные люди». Выступления в Николаеве в сентябре 1969 г. были отменены лично министром культуры СССР Е.Фурцевой, концерты в Кременчуге (в том же июне 1975-го) не состоялись после прямого вмешательства В.Маланчука, секретаря ЦК Компартии Украины… Так что были у Высоцкого все основания держаться в стороне от слишком крупных партийных руководителей.

Подведём итоги. На мой взгляд, очень важно, что два независимых друг от друга источника дают указание на то, что в июне 1975 года Высоцкий был в Средней Азии, так что факт выступления Высоцкого с концертами в Туркмении и Таджикистане – если и не может считаться полностью доказанным, – то, во всяком случае, может быть принят за рабочую гипотезу.

_______________________________________________
<<< (обратно к тексту)

  • В.Киеня, В.Миткевич. «Высоцкий и Беларусь», Гомель, 1996 г., тираж 500 экз.
  • «Владимир Высоцкий. Белорусские страницы», сост. В.Шакало, А.Линкевич, Минск, 1999 г., тираж 500 экз.
  • В.Смехов. «Живой, и только», Москва, 1990 г. стр.88.
  • Цит. по: «Живая жизнь», часть 3-я, Москва, 1992 г. стр. 135.
  • См.: http://artofwar.ru/k/karpenko_a/text_0320-1.shtml
  • Цит. по фонограмме беседы 18.02.2004 г.
  • Цит. по электронному письму от 23.08.2009 г.
  • Альманах «Мир Высоцкого», вып. 3, том 2, Москва, 1999 г., стр. 466.
  • Узланер М. «Выступление В.Высоцкого в Ташкенте» — http://samlib.ru/u/alloetokto/wystupleniewwysockogowtashkente.shtml.
  • Газ. «Советская молодёжь», Иркутск, 25.01.1992 г.
  • Газ. «Глобус», Тель-Авив, 8-14.08.1994 г.
  • «Библиотека «Ваганта»», Москва, 1992 г., № 8, стр.23.
  • «Живая жизнь», Москва, 1988 г., стр.261.
  • Газ. «Правда Востока», Ташкент, 18.02.1989 г.
  • Цит. по: http://www.rian.ru/culture/20050726/40973748.html
  • Цит. по ж. «Беларусь», Минск, 1993 г., № 4. Пер. с белорусского А.Гордийчука.
  • Цит. по газ. «Деловая Пенза», 24.07.2002 г.
  • Цит. по сб. «Белорусские страницы», вып. 41, Минск, 2006 г., стр.77.
  • Там же, стр.76.
  • Цит. по фонограмме беседы от 21.05.2007 г.

Источник.

 

12 комментариев

  • Владимир:

    Cпасибо Марку Цибульскому (это из его книги. Планета Высоцкий), и меня упомянул.

      [Цитировать]

  • Лилия С:

    Вероника Додинане знаю сколько минуло годов.
    Пожалуй, был маршрут далек и долог.
    Я повидала столько городов-
    Не все бы обнаружил археолог…

    И перечла немало старых книг,
    Что отыскала в нашем околотке.
    А помню только тот лампадный миг-
    На островах, на отмелях, на лодке.

    В то лето оказались на Днепре.
    судьба нас как детей тогда пытала…
    Поджаривалась рыба на костре.
    Визжал комар, и брякала гитара.

    И всем хотелось петь-до одного.
    Стоял июль, у нас была забота
    Единственная: лишь бы ничего
    Не громыхнуло Радио Свобода.

    И точно. Просчитались,дураки.
    Восьмидесятый, памятный,
    Былинный.
    И нам приемник скажет у реки
    Свой спич недолгий, монолог недлинный.

    О Гамлете таганском. Был-и нет.
    О Гамлете…Шекспировская сага.
    Вот так и порвало на много лет —
    меня его перо. Я есмь бумага

    Бумага,с тонким росчерком того
    Тяжелого огня олимпиады,
    Где не было на свете ничего-
    Кроме одной гитары и лампады Фейсбук Вероника Долина 25 июля 2013год

      [Цитировать]

  • Лилия С:

    А кстати… Допустим, из темной бездны веков
    Струится потоком
    Стариннейшая баллада.
    И я отчего то, чуть вздрогнув,
    Без дураков,
    Снимаю с полки
    Известную Песнь Роланда.

    Мой школьный товарищ,
    Мой праздничный амулет.
    Я те имена затвердила в свои пятнадцать.
    Пожалуй, сегодня, спустя
    целых сорок лет-
    Я их повторю, постаравшись
    Не запинаться.

    Когда то в июле мы пели ,
    Не в лад- не в склад…
    И молоды были. И так стиху доверяли-
    Что и не заметили,дурни,
    Что был у нас свой Роланд.
    Чуть-чуть театральный.
    Но мы и его потеряли Вероника Долина Фейсбук 25 июля 2013 года

      [Цитировать]

  • Ирина:

    Не помню конкретных дат, но я была на спектакле «Антимиры» и «А зори здесь тихие» Таганки в концертном зале Свердлова. Могу сказать точно, что зал тогда был битком, и мы ходили на все спектакли всех театров приезжающих, на которые могли достать билеты. Так вот на «Женитьбу Фигаро», «Затюканный апостол», «Женский монастырь» и еще пару спектаклей театра Сатиры в 74, кажется, году, мы реально достоялись в дикой очереди и попали, а на Таганку — в Ташкенте пробились только на два спектакля. Остальное получилось посмотреть в Москве и Ленинграде. Так что успех у Таганки в Свердлова был, и очень даже большой. На концерте в «Юбилейном» с участием Высоцкого я тоже была, правда, не помню дату концерта, и не могу утверждать, сборный был концерт или сольный. Но зал был битком, как и на концертах Магомаева, Марьяновича и прочих звёзд.

      [Цитировать]

  • Рабинович:

    Эта статья уже была раньше, ее досконально разбирали. «хрум-хрум, скрипять прохоря» — это песня Славы Медяника.

      [Цитировать]

  • Тамара Санаева:

    Я тоже вспомнила этот материал. Но вот сохранился ли он на сайте — тот, первый? Многих постов не нахожу. Потерялись при переезде? Так что повтор, может, и не лишний.

      [Цитировать]

  • александр махнёв:

    очень хорошая статья. бережная. а в ДК ТТЗ мне показывали комнату где вроде бы ночевал Высоцкий. попросил кажется кофе. почти не спал… а тут до чирчика рукой подать. ну это к вопросу о чирчике.

      [Цитировать]

  • Дилором:

    Я тоже была на концерте В.Высоцкого в 1979 году. Действительно, ещё не закончилась первая песня ВИА «Красные маки» «До-фа-фа-фа…», когда зал дружно встал и потянулся к выходу .

      [Цитировать]

  • ВВся:

    Я был на спектакле «Десять дней которые потрясли мир» в концертном зале им. Свердлова. Помню отчетливо, что были и такие, которые сидели прямо на полу и на ступенях проходов между рядами. Запомнилась сцена, где В.С.Высоцкий играл часового у Кремля. Проверяя мандат у Джона Рида, и читая его фамилию, он повернувшись к залу, спросил — » Узбек что-ли?»

      [Цитировать]

  • Вета:

    Кто подскажет точный почтовый адрес старого Дворца спорта «Юбилейный»? Спасибо.

      [Цитировать]

  • Святослав:

    «O’zko’rgazmasavdo» ЗАО Республиканский центр выставочно-ярмарочной торговли товарами народного потребления
    100174, г. Ташкент, Шайхантаурский район, пр-т Беруни, д. 41
    (99871) 227-10-44, 230-50-25
    (99871) 230-52-99
    kurgyarm@mail.ru
    http://www.ksym.uz

      [Цитировать]

  • Ирина:

    «Насколько успешно прошли спектакли «Таганки» в Узбекистане, трудно сказать что-то определённое. »
    Очень успешно прошли гастроли. Билеты мы брали с бою, как и на «Сатиру». Особенно впечатлили «Уберите Ленина с денег» в «Антимирах» и Вечный огонь с гвоздиками в вестибюле на выходе после «А зори…». После «Пугачева», который мы посмотрели в 72-м в Ленинграде, по случаю купив билеты, я знала, что на Таганку идти надо, и зал Свердлова был полон. Также полон был и «Юбилейный».

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.