В поисках оленя золотые рога Tашкентцы История

Наука в Сибири
№ 39 (2674)
2 октября 2008 г.

 

Исполнилось 100 лет со дня рождения выдающегося советского археолога и историка Алексея Павловича Окладникова. Еще при жизни он стал человеком-легендой, для которого, казалось, не существовали загадки прошлого.

Академик А.П. Деревянко

Иллюстрация
1911 г., с мамой.

Алеша Окладников родился 3 октября 1908 года в приписанной к селу Константиновщина небольшой деревушке Тыпте, надежно упрятанной среди тайги в верховьях Лены, в семье сельского учителя. Долгими зимними вечерами он мог часами слушать рассказы своей бабушки. В железном светце трепетал огонек лучины, освещая только огромную русскую печь, а по углам жались косматые тени. Слушая старинные сказки, народные предания, легенды, он уносился в своих мыслях добывать вместе с Иванушкой-дурачком Свинку Золотую Щетинку, Утку Золотые Перышки и Оленя Золотые Рога. Позднее в одной из своих ярких и увлекательных книг, «Олень Золотые Рога», Окладников напишет: «Много лет спустя, когда бабушка давно уже спала на деревенском погосте, мне снова встретились в сборнике Афанасьева сказки о чудесном олене с золотыми рогами. А еще позднее, когда начались мои путешествия по Центральной Азии, передо мной вновь появился романтический образ Оленя Золотые Рога. Он пришел в своем быстром беге от причерноморских скифов к их восточным сородичам, азиатским скифам-сакам, поднялся на высоты Памира, а оттуда отправился в далекие монгольские степи. Я снова встретил скифского солнечного оленя на Оленных камнях и на скалах святилища бронзового века в Их-Алыке на Толе в Монголии».

Иллюстрация

Многое взял Окладников от своих предков, с риском для жизни добывавших пропитание в тайге. Главное же — неукротимую страсть к путешествиям, силу духа, неутомимость и непритязательность — качества, столь необходимые в любой экспедиции.

В Ангинской школе, директором которой был И. Т. Житов — превосходный педагог и увлеченный историк, работал краеведческий кружок, активным участником которого, а потом и председателем стал Алексей Окладников. Летние месяцы он проводил в тайге, обследуя окрестные места в поисках археологических памятников.

В селе Бирюльском школьник-краевед испытал незабываемое ощущение: счастье первого открытия. Неподалеку от села он нашел черепки глиняной посуды и каменные орудия — неоспоримое свидетельство жизни древнего человека в местах, где сам он родился и вырос. Редкостный талант — умение находить древние памятники — открылся у Окладникова в раннем возрасте. До настоящего времени люди, которые в разные годы работали с ним в экспедициях, рассказывают легенды о его даре полевого разведчика, об умении видеть то, мимо чего проходили десятки исследователей до него.

В 1925 году по рекомендации окружного отдела народного образования Алексей Окладников поступил в педагогический техникум, а затем перешел учиться в пединститут в Иркутске. Здесь, в городе с давними научными и культурными традициями, успела уже сложиться целая школа археологов. Ее достижения тесно связаны с именем известного ученого, талантливого педагога Бернгарда Эдуардовича Петри. Широко образованный, хорошо владеющий методикой проведения археологических и этнографических исследований, Петри по праву может считаться основателем целой школы этнографов и археологов в Восточной Сибири.

Окладников привез с собой в Иркутск большую коллекцию каменных орудий, собранную им в окрестностях села Анги. Коллекция заинтересовала Петри, и Окладников становится активным и деятельным членом кружка, участники которого выступали с рефератами, вели работу по обработке коллекций.

В эту дружную семью молодых энтузиастов-единомышленников, горячо любящих науку, входили совсем еще молодые тогда П. П. Хороших, Г. Ф. Дебец, М. М. Герасимов, Г. Ф. Ксенофонтов и др., ставшие позднее крупными учеными-антропологами, археологами, этнографами.

В 1926 году, когда Алексею Окладникову было восемнадцать лет, в записках студенческого кружка краеведения выходит его первая научная статья о неолитических стоянках на Верхней Лене — обобщение наблюдений и сборов в школьные годы. В этом же году, по поручению Петри, он выезжает в первую самостоятельную научную экспедицию в низовье реки Селенги, где он открывает ряд местонахождений каменного и бронзового века, которые станут базовыми для периодизации древних культур Забайкалья.

Так началась охота Окладникова за стоянками первобытного человека. Уже в то время он проявляет большой интерес к этнографии народов Сибири и их фольклору, заселению Сибири русскими и формируется как историк широкого кругозора. Этому способствовала и его работа в музее — заведующим этнографическим отделом.

Внимание молодого ученого привлекают архивные материалы конца XV — начала XVIII веков, связанные с общественно-экономической историей Восточной Сибири, прежде всего, с историей русского крестьянства и западных бурят Приангарья и Ленского края. На основании чудом сохранившихся документов он пишет подробную историю села Бирюльского. К сожалению, эта большая работа, оставшаяся незаконченной, была утеряна во время блокады в Ленинграде, и только материалы о западных бурятах Окладников опубликовал в 1937 году в большой монографии «Очерки из истории западных бурят-монголов (XVII-XVIII вв.)».

В 1935 году А. П. Окладников поступает в аспирантуру ведущего в то время археологического учреждения страны — Института истории материальной культуры. Научным руководителем у молодого, но уже прошедшего суровую школу сибирской археологии ученого был П. П. Ефименко — известный советский археолог, создатель школы исследователей древнейшего прошлого человечества — палеолита.

В Ленинграде, продолжая лучшие традиции отечественной школы археологов и востоковедов, формировалась советская археологическая наука. В то время здесь работала целая плеяда многих выдающихся представителей науки: Н. Я. Марр, И. А. Орбели, В. В. Струве, В. И. Равдоникас, лекции и семинары которых с большим интересом посещает молодой ученый. Вскоре Окладников был избран членом ученого совета Института востоковедения. Встречи и дискуссии с маститыми и молодыми коллегами — Б. Б. Пиотровским, Н. П. Третьяковым и другими — порождают много интересных мыслей и гипотез. Наряду с творческим обобщением уже накопленных материалов, Окладников каждое лето ведет неустанный поиск новых памятников.

В 1936 году — открытие в устье Сухой пади, неподалеку от села Верхняя Буреть, уникального палеолитического поселения Буреть, в 1937 году — выход на большую Ангару, от Братска до устья, где были найдены десятки памятников, свидетельствующих о своеобразии в развитии древних культур этого района. Эти исследования находят завершение в фундаментальной сводке «Неолит и бронзовый век Прибайкалья», первый вариант которой Алексей Павлович в 1938 г. защитил как кандидатскую диссертацию. Двухтомник объемом около ста печатных листов, который был опубликован более 50 лет назад, стал классическим и непревзойденным по богатству фактического материала, глубине высказанных идей и обобщений.

Десятки, сотни исследованных памятников, тысячи новых фактов, обобщенных Окладниковым, позволили ему написать яркие страницы той жизни, которую вели охотники и рыболовы, расселившиеся на бескрайних таежных просторах Восточной Сибири. Позже, уже в 1970-е годы, Алексеем Павловичем были опубликованы три тома «Ангарские могильники», в них введен в научный оборот огромный фактический материал, которым будут пользоваться исследователи еще многие десятилетия.

Тема первобытного искусства была одной из центральных в творчестве ученого. Еще в 1929 г. в верховьях Лены он обследовал Шишкинские петроглифы, несколько рисунков с которых приводятся в знаменитых портфелях «отца сибирской истории» академика Г. Ф. Миллера, руководителя первой Камчатской экспедиции, над проектом которой работал еще Петр I. Первая встреча с первобытным искусством народов Сибири потрясла Алексея Павловича. «Охваченные глубоким волнением, — пишет Окладников, — как зачарованные, переживали мы на Шишкинских скалах волнующие часы встречи с первыми художниками человечества. Перед нами пробивался маленький, но уже чистый и звонкий ручеек искусства, которому предстояло в будущем стать могучей полноводной рекой. Оставалось только идти все дальше и дальше, по изгибам этого ручья, навстречу последующим тысячелетиям: а затем и к железному веку».

За петроглифами Лены в 1935 г. последовали еще более значительные открытия на Ангаре, где на трех Каменных островах были десятки, сотни прекрасных рисунков: своеобразно стилизованных человеческих фигур, изображений рыб, загадочных, фантастических знаков. Смысл иных композиций разгадать уже невозможно. На многие десятки метров протянулась эта удивительная картинная галерея каменного века, где нередко одни рисунки налегали на другие. Конечно же, наскальные изображения Каменных островов были созданы не одним каким-то талантливым художником и, возможно, даже не одним племенем и народом. Десятки поколений древних людей сменялись у этих скал и оставляли своим потомкам все новые произведения.

В писаницах нашли отзвук не только обряды, связанные с охотой на дикого зверя, но и космогонические представления древних людей. Это изображения солнечного лося, змей и другие рисунки, которые хорошо расшифровываются на основании легенд и преданий коренных народов Сибири. Племена каменного века так же, как и они, пытались понять тайны окружающей природы, заглянуть в будущее.

Десятки статей, более 15 блистательных книг посвятил Алексей Павлович древнему искусству народов мира, но, пожалуй, самые увлекательные и выстраданные страницы относятся к творчеству народов Сибири и Дальнего Востока. Особое значение имеет книга «Утро искусства», изданная в 1967 году. В ней с подкупающим лаконизмом и красочностью языка дана интереснейшая панорама истории первобытного искусства от первых шагов и предпосылок художественного творчества до скрупулезного анализа всех известных памятников эпохи палеолита. Особенно важно, что ученый не только внес большой вклад в теоретическую разработку проблем первобытного искусства, но и значительно раздвинул своими открытиями в Сибири, а затем и в Центральной Азии географические границы происхождения и становления искусства, открыв миру новые великолепные образцы и шедевры художественного творчества.

Много времени и сил отдал А. П. Окладников изучению древнейших культур российского Дальнего Востока. Первую свою экспедицию на одну из величайших рек мира — Амур, он совершил еще в 1935 году. Во время многочисленных экспедиций в различные районы Дальнего Востока им открыты десятки стоянок и поселений палеолита, неолита, бронзового и железного веков. Им разработана периодизация древних культур Приамурья и Приморья, которая сохраняет свое значение до настоящего времени. В восьми книгах и десятках статей введен в научный оборот огромный фактический материал, который будет сохранять значение первоисточника многие десятки лет.

Особое место в научном наследии А. П. Окладникова занимает изучение древнейшего прошлого человечества — эпохи палеолита. В начале 1938 г. в Институт истории материальной культуры Академии наук, где в то время работал Алексей Павлович, пришло письмо из Ташкента. Известный советский ученый профессор М. Е. Масон, блестящий знаток и исследователь древних культур Средней Азии, ставил вопрос о необходимости исследования каменного века Узбекистана.

К тому времени, благодаря трудам русских ученых-востоковедов В. В. Бартольда, И. Н. Веселовского, археологов В. Д. Вяткина, А. Ю. Якубовского, С. П. Толстова и других исследователей Средней Азии, открылся удивительный мир земледельческих цивилизаций. А что было до них? Совершенно очевидно, что древние культуры должны были иметь более ранние этапы, на основе которых и развивалась в последующем среднеазиатская цивилизация. Встал вопрос о поисках каменного века.

Возглавить работы по изучению ранних этапов истории народов Средней Азии было поручено Окладникову. Вместе с ним долгие годы в Средней Азии работала и его жена В. Д. Запорожская. Талантливый художник, хороший организатор она почти 20 лет ездила с Алексеем Павловичем в экспедиции — и на о. Фаддея в Северном Ледовитом океане, и на Чукотку, и во многие другие регионы Северной и Центральной Азии.

Работы по изучению каменного века было решено начать из долины реки Турган-Дарьи, над которой поднимались вершины гор, покрытые белоснежными шапками снега. Отсюда начался долгий и утомительный путь вверх, в горы, где охотникам за дикими козлами издавна были известны пещеры.

Иллюстрация
1938 г., Тешик-Таш (А.П. Окладников — крайний справа).

Долгих восемь дней карабкались путешественники с проводниками, пастухами из поднебесного кишлака Юкары-Мачай по крутым, извилистым тропам, по узким карнизам над зияющими внизу жерлами пропастей и ущелий. На высоте двух с половиной тысяч метров над уровнем моря зелень арчевников вплотную подступила к вечным снегам высокогорного пояса. Наконец, вдали показалось темное отверстие в скале. Это и был таинственный грот Тешик-Таш, «камень с щелью», куда археологов вели проводники. В нем было светло, просторно и даже сухо, несмотря на прохладу подземелья, столь драгоценную в это жаркое время. Только с потолка в самой середине грота медленно и ритмично падала капля за каплей чистая прозрачная вода. Там, где падали капли, образовалась ямка глубиной не более двадцати сантиметров, а в ней лежали кости животных, раздробленные человеческой рукой. Они давно пожелтели, но еще сохранили твердость. С первого взгляда было ясно, что они пролежали в земле не одно тысячелетие, пока их не обнажили капли, падающие с потолка. Самой же замечательной находкой оказался кусок камня, безусловно, тоже обработанный человеком.

Сразу же появилось убеждение, что, судя по характерным приемам обработки камней, это поселение мустьерского человека, жившего 80-60 тыс. лет назад. До сих пор еще никто не находил следов этого времени ни в Средней Азии, ни в соседних с ней областях Азиатского материка, если не считать Индии, отгороженной от Средней и Центральной Азии высокой стеной Гималаев и Тибетским нагорьем.

Прошло несколько дней раскопок. Найденные каменные орудия и кости животных не оставляли сомнений, что в пещере 80-60 тыс. лет назад обитали неандертальцы. И вот однажды нож одной из сотрудниц экспедиции наткнулся на кость, явно принадлежащую не животному — это был череп человека! Он находился в необычном положении, опрокинутый сводом вниз. Прошло несколько дней тщательной расчистки и оказалось, что в пещере найден не только череп, а захоронение подростка. Найден первый в Азии скелет неандертальца!

Когда ученый мир облетело известие о замечательном открытии в Средней Азии, к Окладникову пришли десятки писем и телеграмм. В 1949 году вышла в свет книга «Тешик-Таш», в которой тщательно и скрупулезно были проанализированы факты, связанные с раскопками и обнаруженным скелетом. Обвалившаяся со свода грота глыба раздробила череп на десятки мелких кусочков, но благодаря ювелирной работе антропологов он был полностью восстановлен. Известный скульптор и антрополог Герасимов, давний друг Алексея Павловича еще по иркутскому археологическому кружку, на основании разработанной им методики восстановления лица по черепу, в 1942 году сделал первую реконструкцию неандертальца из Тешик-Таша, сперва вдвое меньше настоящего размера, позднее в натуральную величину. За открытие в гроте Тешик-Таш мустьерского захоронения А. П. Окладников был удостоен Государственной премии.

Иллюстрация
1965 г., с А.П. Деревянко на Зее.

За пятьдесят пять полевых сезонов Алексей Павлович успел поработать в Таджикистане, Узбекистане, Туркмении, Сибири, на Аляске. Но самым любимым местом для него была Монголия. Здесь наиболее ярко проявился его талант полевого исследователя.

Еще в 20-е годы прошлого века в Монголии работала большая американская Центрально-азиатская экспедиция под руководством профессора Ш. Эндрюса. Основная цель экспедиции — поиски прародины человека. В конце XIX — начале ХХ века была популярна гипотеза американского ученого Г. Осборна и академика Сушкина о том, что в связи с поднятием Центральной Азии, в Монголии раньше, чем где-либо должны были исчезнуть тропические леса, и обезьяны с изменением экологической ситуации должны были спуститься на землю, что дало дальнейший толчок к необходимости прямохождения и перехода от собирательства к охоте на мелких и крупных животных. Участниками экспедиции удалось открыть ряд палеолитических местонахождений в Долине Больших озер, в пустыне Гоби, но главное открытие было связано с открытием в Баиндзаке скоплений динозавров.

В 1949 г. в Монголии начинает работать Советско-монгольская историко-археологическая экспедиция под руководством члена-корреспондента АН СССР С. В. Киселева. Отряд по изучению каменного века Монголии возглавил А. П. Окладников. Уже в первый полевой сезон Алексею Павловичу удалось открыть более двух десятков палеолитических местонахождений, уникальных петроглифов каменного и бронзового веков. Одно из важнейших открытий — хорошо стратифицированное многослойное палеолитическое местонахождение Мольтын-Ам на Орхоне, вблизи древней столицы Чингизхана — Каракорума.

Иллюстрация 1978 г., съемка петроглифов на реке Чулуут в Монголии.

В Монголии Алексей Павлович проработал около 20 сезонов. За это время было открыто несколько сотен стоянок каменного века, десятки галерей каменного и бронзового века, разработана первая периодизация культур каменного века, опубликовано три монографии.

Последняя поездка ученого в экспедицию состоялась весной 1981 года. Уже тяжело больной, он выехал вместе с ленинградскими учеными на стоянку Улалинку в Горном Алтае, которую открыл и многие годы исследовал, считая ее древнейшей в Сибири и на Дальнем Востоке. А 18 ноября его не стало.

Иллюстрация
1970-е гг., с М.А. Лаврентьевым у коттеджа.

Более 60 книг, около тысячи статей, рецензий и заметок написано им. Его книги и статьи переведены и опубликованы во многих странах мира. Поражает широта эрудиции и интересов Окладникова: проблемы становления человеческого общества, происхождения искусства; история древних культур Центральной, Восточной и Северной Азии от первоначального заселения этих территорий человеком до средневековья, история первоначального заселения человеком Америки. И во всех этих вопросах А. П. Окладников был признанным авторитетом не только у нас в стране, но и за рубежом.

За выдающийся вклад в науку Герой Социалистического Труда академик Окладников удостоен двух Государственных премий. Ему было присвоено звание Заслуженного деятеля науки РСФСР, Бурятской и Якутской АССР. Академии наук Венгрии, Монголии, Британская королевская академия избрали его своим действительным членом.

Иллюстрация
1970-е гг., с новосибирскими школьниками в музее ИИФиФ.

Необходимо отметить еще одну грань таланта Алексея Павловича. Он был непревзойденным популяризатором своей любимой науки. С одинаковой страстностью и убедительностью он выступал в академической аудитории, перед студентами, школьниками, сельскими тружениками. В течение дня он мог по несколько раз рассказывать всем, кто посещал раскопки, о находках, о тех, кто жил в этих местах тысячи или десятки тысяч лет назад. А. П. Окладниковым опубликовано около десятка популярных книг, написанных ярким языком, которые привлекли к археологии сотни и тысячи сердец людей разного возраста. И в экспедициях нас всегда поражала готовность Алексея Павловича рассказать местным жителям о том, что делают археологи.

Иллюстрация
1979 г., Индия (слева от А. П. Окладникова — Г. М. Бонгард-Левин, справа — С. Н. Рерих).

Окладников был не только прекрасным ученым и хорошим педагогом, но и крупным организатором науки. Долгое время он работал в одном из ведущих археологических учреждений страны — Ленинградском отделении Института археологии АН СССР. А в 1961 году, когда было создано Сибирское отделение АН СССР, по приглашению М. А. Лаврентьева он переехал в Новосибирск и возглавил работу гуманитариев Сибири. Им был организован сначала Отдел гуманитарных исследований, а в 1966 г. — Институт истории, филологии и философии СО АН СССР, бессменным директором которого он оставался до самой смерти.

Во многих областях и краях Сибири и Дальнего Востока, Европейской России и за рубежом работают археологи — ученики Окладникова, или специалисты, которым он оказывал большую помощь и внимание. Будут проходить годы, десятилетия, но многие идеи, высказанные им в статьях и книгах, сохранят свою значимость и актуальность. Археологи раскопают много новых памятников, откроют новые культуры, но огромный исторический пласт, впервые поднятый Окладниковым, всегда будет занимать достойное место в исторических построениях настоящих и будущих исследователей.

Фото В.П. Мыльникова,
В.Т. Новикова и из архива
Е.А. Окладниковой.

3 комментария

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.