Поединок Искусство

Уйгун

Перевод с узбекского С. Северцева

 

ПОЕДИНОК

 

(Отрывок)

 

Еще рассвет не наступил,

и все вокруг дремало

в объятьях ласковых апрельской темноты.

Еще ресницы чутких звезд

над городом мерцали

и спали соловьи, чинары и цветы.

Огромный город отдыхал,

и вдоль пустынных улиц

еще бессонные светились фонари,

И ни один из петухов,

глашатаев рассвета,

еще не возвестил пришествия зари.

 

Как вдруг в глубинах вековых

родился гул зловещий

и глухо дрогнула земля, сходя с ума…

Разнесся жалкий вой собак,

почуявших несчастье,

и стали шаткими, как пьяницы, дома.

Сильнее затряслась земля,—

и паутина трещин

по кладке каменной зловеще поползла,

И старых глинобитных стен

посыпались обломки,

смешавшись с брызгами оконного стекла.

И с малышами на руках,

бледны, полуодеты,

пронзая криками предутренний туман,

Из всех домов, из всех дверей

в смятенье устремились

врасплох застигнутые толпы горожан.

В иных домах, перекосясь,

не открывались двери,

и люди, очутясь внезапно взаперти,

Метались, будто в западне,

уже отчаявшись спасение найти…

Мир опрокинулся во тьму,

огни в домах потухли —

электронервы их, как видно, порвались…

Что это? Ураган? Пожар? —

Одна другой тревожней

догадки-молнии в мозгу моем неслись.

Лавина ль рухнула в горах?

Иль грозный сель нахлынул?

Что за подземные грохочут жернова?

Что с нашим городом стряслось?

От этих страшных мыслей

вот-вот расколется, казалось, голова.

Иль выпер из земли вулкан,

расшвыривая пламя?

Иль небо рушится и будет вечный мрак?

А может, атомный удар

на нас обрушил кто-то

и мирный город наш захватывает враг?

Иль это Судный день настал?

Потоп небесный хлынул?

Мир погружается в космическую тьму?..

Но сердце бьется, длится жизнь,—

так почему же ужас

когтями грудь мою сжимает — почему?

И почему дрожит земля —

дрожит, как вол на бойне,

когда удара он губительного ждет?

И почему в висках стучит

и в горле пересохло,

а с масленого лба течет холодный пот?..

Да, друг-читатель, сотни раз

та страшная минута

уже описана и в прозе и в стихах,

Но в годовщину той беды

во мне перед рассветом

вновь пробуждается тот первобытный страх.

Когда идет навстречу мне,

держа в руках тюльпаны,

апреля нового двадцать шестой рассвет,

Я вспоминаю всякий раз

удар землетрясенья —

начало той борьбы, которой равных нет.

Когда алмазным гребешком

по косам трав душистых

проводит ласково весенняя заря,

Украдкой вздрагиваю я

и чуть заметно хмурюсь,

взглянув на будничный листок календаря.

Ничем, наверно, не стереть

из памяти ташкентцев

предательский удар — нежданный, громовой,

Гул кирпичей, и звон стекла,

и плач детей надрывный,

и в узких улочках старух истошный вой.

Не позабыть осевших стен,

потрескавшихся зданий,

панелей уличных в щебенке и в пыли,

Но и людей забыть нельзя,

что с гибельной стихией,

не тратя времени, сраженье повели.

Гляжу сегодня на дворцы,

на новые проспекты,

на парки пышные, а слышу до сих пор

Ташкента раненого зов

и злобный рев стихии —

два мощных голоса, ведущих грозный спор.

Я этот гневный разговор

запомнил слово в слово —

он до сих пор звучит, гудя в моих ушах:

Ташкента богатырский клич

и мрачный рев стихии,

грозящий все смести и превратить во прах.

Прошло совсем немного лет,

а грозный спор окончен,

и ясно каждому, кто выиграл его:

Стихия отступила прочь,

а люди победили —

их стойкость и любовь, их труд и мастерство.

Весенним утром прохожу

вдоль улиц обновленных —

громад внушительных из камня и стекла.

С отцовской гордостью гляжу

на молодых рабочих,

с утра берущихся за олавные дела.

Светлы их лица, веселы,

уверенны движенья,

и радостно глядеть, как спорится их труд.

А краны движутся легко,

как стройные танцоры,

в руках громадный груз играючи несут.

Гляжу, у перекрестка встав,

налево и направо —

повсюду ярусы строительных лесов,

И состязаясь в красоте,

как сказочные замки,

растут плечистые громады корпусов.

Вот дружбы истинный пример!

Со всех родных республик

сюда строителей бригады собрались,

И всюду новые дома,

как памятники братства,

рядами врезались в безоблачную высь.

Спасибо, верные друзья,

за то, что в час тревожный

по зову первому к нам поспешили вы

Из Ашхабада и Баку,

из Вильнюса и Минска,

из сердца Родины — прославленной Москвы.

Хвала упорству ваших рук,

сноровке и отваге,

орлиной зоркости, восторженным сердцам!

Вам, ленинградцы, москвичи,

эстонцы, киевляне,

мы шлем от всей души узбекский

наш салам!

На деле доказали мы,

что значит сила дружбы,

и гордо высится наш общий монумент:

Прекрасный, солнечный,

стихию одолевший,

счастливый, заново отстроенный Ташкент!

Комментариев пока нет, вы можете стать первым комментатором.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.