С первого же дня организации Туркестанского государственного университета в стенах его физико-математического, а затем биологического факультетов развивались многие отрасли биологии, в том числе зоологические науки – зоология позвоночных (ихтиология, герпетология, орнитология, териология), бес­позвоночных  (протозоология, паразитология, энтомология), физиология и биохимия животных и многие др. Вместе с тем готовились вы­сококвалифицированные научные кадры биологов, в том числе и зо­ологов.

→ Continue

Основы гео­логических знаний заложены в трудах таких русских ученых, как П. П. Семенов-Тянь-Шанский, Н. А. Северцов, И. В. Мушкетов, Г. Д. Ро­мановский, В. А. Обручев, А. П. Павловский, К. И. Богданович, К. П. Калицкий, В. Н. Вебер. В Ташкенте в 1918 г. был организован гидрогеологический отдел в составе Турке­станского управления водного хозяйства, где работали ленинградские ученые И. И. Никшич, С. Ф. Машковцев, А. В. Николаев, а затем, с 1924 г.    московские гидрогеологи О. К. Ланге, Б. М. Георгиевский, Ф. Ф. Мужчинкин  – организаторы гидрогеологической и инже­нерно-геологической службы Средней Азии, а также подготовки спе­циалистов из представителей местных национальностей. Инженерная геология получила бурное развитие в послевоенные годы. Сотрудники Академии наук и Министерства геологии Узбекистана и спе­циалисты производственных организаций Средазгипроводхлопок, Узгипроводхоз, Саогидэп, Узбекского геологического управления, Узбекского гидрогеологического треста, Узгоспроекта  выполнили глубокие инженерно-геологические исследования, как для отдельных сооружений, так и в региональном масштабе (Г. И. Архангельский, В. Л. Дмитриев, П. М Карпов, Д. Н. Круглов, В. И. Толсутонов, М. С. Салмин, В. В. Толоконников, В. З. Чечет, С. Кейзер, К. Я. Опрышко, М. Е. Коротков). Им принадлежит заслуга сооружения Голодностепского, Ферганского, Ташкентского и Кировского каналов, Азатбашской плотины, Чирчикской, Фархадской и Кайраккумской ГЭС, Каттакурганского, Карамазарского, Туя-Бугузского, Чардарьинского водохранилищ, а также большинства культурно-бытовых и промышленных зданий.

→ Continue

Ч а с т ь  II

ВКЛАД РОССИЯН

В РАЗВИТИЕ НАУКИ, ЭКОНОМИКИ И КУЛЬТУРЫ

УЗБЕКИСТАНА

На территории современного Узбекистана научные центры и очаги культуры возникли в глубокой древности. В IX–XI вв. Средняя Азия стала одним из важнейших центров научной мысли Востока. В Мерве, Бухаре, Ургенче, Самарканде, Ходженте и других городах возникали «Дома мудрости», астрономические обсерватории и библиотеки. В IX–XV вв. значительное развитие получили работы в области точных и естественных наук – математики, астрономии, геодезии, минералогии, медицины, ботаники и др. Труды Мухаммада Хорезми, Ахмада Фергани, Абу Насра Фараби, Абу Райхана Беруни, Махмуда Кашгари, Абу Али ибн Сино, Улугбека и других предвосхитили результаты исследований, осуществлявшихся в других странах в более поздние века. В XVI–XVII вв. широкое развитие на территории Средней Азии получили медицинские науки. В XVIII – начале XIX в. начались исследования территории Средней Азии русскими путешественниками и учеными.

→ Continue

Летом 1840 г. из Хивы в Оренбург прибыл посланец Атанияз Ходжа Рейс Муфтий и с ним 418 человек пленных. Вслед за ним прибыл особый караван с новым посланцем и 7 русскими, пожелавшими вернуться на родину. Учитывая воз­вращение русских пленных и запрет хивинским ханом на­падений на караваны, Николай I велел принять посланников Хивы в Петербурге, разрешить хивинским купцам «сво­бодное обращение в местах их жительства», вернуть отобранные товары, а потом отправить их домой. 19 октября 1840 г. Атанияз Ходжа Рейс Муфтий прибыл в Москву, а в конце месяца – в Петербург. 17 ноября 1840 г. состоялась царская аудиенция для посланца хана Аллакули; он осмотрел достопримечательности российской столицы, был окружен вниманием, которое должно было подчерк­нуть удовлетворение царского правительства по поводу из­менения политического курса Хивинского ханства. 19 янва­ря 1841 г. Атанияз Ходжа двинулся в обратный путь. 15 марта 1841 г. Николай I утвердил грамоту, адресован­ную хивинскому хану, в которой отмечалось, что желание властей Хивы установить дружественные отношения с Рос­сийской империей и прекратить враждебные действия про­тив нее, принято к сведению.

→ Continue

На протяжении всей истории взаимоотношений Хивин­ского ханства и России периоды добрососедских отноше­ний нередко сменялись периодами конфронтации, во вре­мя которых караванная торговля продолжала развиваться. В источниках XVIII в. содержатся сведения о дипло­матических переговорах между двумя странами, о разреше­нии возникавших межгосударственных осложнений в сфе­ре политики и торговли. Обмен посольствами между Хи­винским ханством и Россией был, по существу, формой торговых отношений. Среди крупных проблем, интересо­вавших обе стороны, следует указать на расширение торго­вых связей и создание необходимых условий для торговли как русских купцов в ханстве, так и хивинских купцов в России. Кроме того, российскую сторону всегда интересо­вала судьба русских подданных, оказавшихся, в силу тех или иных обстоятельств в хивинском плену, заботило рас­ширение политического влияния России в ханстве, в част­ности, достижение договоренности с хивин-скими правите­лями об условиях допуска посольств и миссий с обеих сто­рон, об открытии российского коммерческого представи­тельства в Хиве и пр. Эти вопросы всегда занимали важное место в инструкциях внешнеполитического ведомства Рос­сии руководителям и членам миссий и посольств, отправ­лявшихся в ханство.

→ Continue

Официальные посольские связи между Россией и Бу­харой получили дальнейшее развитие после завершения длительного периода упадка и феодальной раздроблен­ности ханства и укрепления в Бухаре мангытской дина­стии. В Москве побывали посольства Ирназара Максютова (1774–1776 и 1779–1780 гг.) и Палванкули-курчи (1797 г.)

На протяжении первой половины XIX в. из Бухары в Россию приезжали различные делегации, сообщавшие царс­ким властям о важных событиях в ханстве, и дипломатичес­кие миссии, которым поручались конкретные задания в об­ласти экономики, политики и международных отношений. В начале века в Петербург один за другим прибыли три бухарских посольства. Первое из них возглавлял мулла Хаит Мухаммад, который привез «грамоту» от эмира Хайдара, вступившего на бухарский престол после смерти своего отца эмира Шах-Мурада (1785–1800). Получив аудиенцию у рос­сийского императора Александра I, а также ответные доку­менты с поздравлениями в адрес Хайдар-хана и соболезно­ваниями по поводу кончины его отца, мулла Хаит Мухам­мад отправился в конце 1801 г. в обратный путь. В конце 1802 г. с таким же поручением в Петербург прибыло новое посольство, возглавляемое диванбеги Ишмухаммадом Байкишиевым. Привезенная им «грамота» снова извещала о вступлении на бухарский престол эмира Хайда­ра, в ней новый правитель поздравлял Александра I с вос­шествием на трон.

→ Continue

ИСТОКИ ФОРМИРОВАНИЯ

ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ

РОССИИ И СРЕДНЕЙ АЗИИ

История взаимоотношений между Россией и народами Востока, в частности Центральной Азии, уходит своими кор­нями в глубокую древность. На протяжении всего раннего средневе­ковья эти связи осуществлялись в определенном смысле опос­редованно, т.е. через кочевников и степняков, населявших, по образному выражению Л. Гуми­лева, «Великую степь».

Долгое время взаимоотношения Руси с Востоком иг­рали в ее отношениях, да и во всей жизни более важную роль, чем таковые с западными государствами. Хотя между степняками и оседлым населением Руси военные столкновения были нередким явлением, происходил доволь­но интенсивный процесс внедрения кочевого населения на русские земли и его закрепления здесь. Кроме того, часть знатных представителей половцев (кипчаков) переходила в православие, все чаще связи крепились дипломатическими и династийными браками, что говорит о том, что обе сто­роны имели стремление к укреплению взаимных уз и к доб­рососедству. Этот симбиоз, однако, был нарушен в XIII в. в результате завоевания Руси монголами. Золотоордынский период, безусловно, оставил глубо­кий след в истории Руси. Вместе с тем это влияние отнюдь не было односторон­ним. Русские князья также играли активную роль в поли­тической жизни Золотой Орды. Чем дальше, тем больше ордынское правительство передоверяло контроль над Ру­сью князьям (это было обусловлено внутренней слабостью и нестабильностью в самой Орде), что особенно ярко про­явилось во второй половине XIV в., когда великие князья активно начали вмешиваться в политическую борьбу меж­ду претендентами на верховную власть в Орде. После падения Золотой Орды, которому в немалой сте­пени способствовала централизаторская политика Амира Темура и ближайших к нему Темуридов, процесс становления и кон­солидации России, безусловно, ускоряется.

→ Continue