Уважаемая Гузаль выложила на Fromuz фотографию Панова «Ташкент. Сплетающиеся карагачи в сквере Революции». Фото выловлено из сети и выглядит очень бледно, и не даёт всех оттенков и деталей того, как же действительно выглядел Сквер 80 лет назад (нижнее фото).

Я попытался, используя некоторые специальные программы, увеличить, откорректировать и сделать фото более смотрибельным… что из этого получилось, смотрите сами. Для сравнения обе фотографии совмещены…

Но вся зима не ушла, в Чимгане она в разгаре… это Настин первый выезд в снежные горы

А в городе зато сегодня видел несколько человек в шортах-майках и шлепках… и на шиповнике листики вылезли. Но фоткать не буду (пока) и так в ЖЖ скоро будет много цветущих урюков :-0)

03.03.2010 Текст: «Газета.uz» Фото: «Газета.uz»

Участок улицы Матбуотчилар между супермаркетом Mir Store и сквером Амира Темура закрыт для движения автотранспорта. На этом месте появится зеленая зона.

На отрезке улицы Матбуотчилар перед Газетным корпусом с начала недели ведутся работы по снятию дорожного полотна. Как стало известно «Газете.uz», здесь будет создана зеленая зона.

По словам дорожных строителей, нетронутой останется левая часть дороги шириной в 6 метров. По ней будет обеспечиваться доступ автомобилей к Государственному юридическому институту.

Судя по ускоренным темпам работ, озеленение участка будет завершено до праздника Навруз, который отмечается в Узбекистане 21 марта.

На сквере Амира Темура, между тем, продолжается строительство подземных переходов. На данный момент практически завершено строительство тоннелей и начата внешняя отделка спусков.

Напомним, что новые переходы, призванные повысить безопасность дорожного движения в районе сквера, должны быть открыты к Наврузу.

Постоянная ссылка

Позволю себе вернуться к старому письму, которое появилось в конце прошлого лета. Вы задавали вопрос о здании бывшего Государственного банка, несправедливо назвав его «пристройкой». Исчерпывающий ответ был получен быстро, сообщалось, что это одно из старейших зданий в окрестности сквера, создавал его архитектор В.С.Гейнцельман.
Любопытна, однако, история большого здания, находящегося на углу бывшей улицы Пушкина. Возможно, что эта тема уже обсуждалась, что ответ большинству читателей известен. (Вы, конечно, можете и не публиковать данное письмо в таком случае). На следующей фотографии (она была опубликована среди фотографий старого Ташкента) справа хорошо виден навес над входом во двор банка, который находился со стороны Пушкинской улицы.

Фотография (замечательные элементы барокко) сделана осенью 1980 года приблизительно с этого места.

Этого навеса мне не довелось увидеть, очевидно, он был разрушен, когда построили большое здание рядом на углу Пушкинской. По рассказам старого жителя Ташкента, прекрасно знавшего его до войны, это здание возводилось перед войной, то есть в 30-е годы. Любопытно, что строил его какой-то трест производивший вино! Тогда я мог узнать более точные сведения, но ничего не запомнил. В справочнике по Ташкенту 1937 года есть две организации «Узбеквино 1″ и «Узбеквино 2″. Возможно, что это всего лишь две конторы одного треста «Узбеквино». Во время войны трест лишился этого здания, в нем разместились партийные и правительственные учреждения. Во времена моего детства в нем размещался Горком партии, так в памяти и держится название этого здания. Затем там оказалось правление союза писателей, поначалу они занимали, кажется, всего лишь несколько комнат.  Дальнейшая история здания всем известна.
Действительно ли это здание построил трест «Узбеквино»? Представляется неожиданным и удивительным, что им удалось возвести такое большое здание в самом центре города (по адресу Пушкинская 1). В то время, можно предположить, это было самое представительное здание в городе. На противоположной стороне (Пушкинская 2) находилось здание «Узбекторга», скромное здание, его надстроили всего на один этаж. Но в любом случае можно лишь благодарить руководство тогдашнего треста, за то, что они подарили такое замечательное здание городу. Возможно, что тогда их упрекали за чрезмерное расходование средств, упрекали и архитектора, за создание столь «несовременного» здания.
Фотография сделана в самом начале 50-х годов. На противоположной стороне хорошо видна густая зелень нашего любимого сквера.

Фотографии  сделаны осенью 1980 года. (Страна готовиться к съезду партии).

На последней можно разглядеть две мемориальные доски, находившиеся на этом здании. Если мне память не изменяет, там сообщалось на русском и узбекском языках, что улица получила свое название в 1899 году.
С уважением Михаил Головин.

Не ясно: какой год и кому памятник? Кто знает? Источник.

Отсюда. Комментарии отключены так как они примерно известны и уже были не раз.

23.01.2010 Текст: «Газета.uz» Фото: «Газета.uz»

На месте наземных пешеходных переходов, ведущих к скверу Амира Темура от курантов и юридического института, построят подземные переходы.

На сквере Амира Темура в центре Ташкента началось строительство трех новых подземных переходов, призванных повысить безопасность дорожного движения.

Как стало известно «Газете.uz», один переход будет выходить к зданию старых курантов и два – к зданиям Ташкентского юридического института.

Завершить строительство новых переходов планируется к празднику Навруз, отмечаемому в Узбекистане 21 марта.

В настоящее время на сквере имеется один подземный переход, ведущий к гостинице «Узбекистан» и станции метро «Амир Темур хиёбони».

В связи со строительством со следующей недели ожидается закрытие движения на участке возле курантов и частичное изменение маршрутов общественного транспорта.

В частности, по данным ассоциации «Тошшахартрансхизмат», автобусы №№ 7, 21, 26, 37, 68, 93 и 120 будут следовать от проспекта Амира Темура по улицам Шахрисабз, Истикбол и далее по своим маршрутам.

Автобусы №№ 33, 55 и 58 будут двигаться по улице Шахрисабз, а №№ 1, 51, 60, 67, 71 и 85 – от проспекта Амира Темура по улицам Шахрисабз, Тараккиёт и далее по своим маршрутам.

В качестве бонуса за «проблемы» две не такие уж известные фотографии старого Сквера.

К вопросу о возрасте чинар. На фото видно, что в 50-х годах (Куранты уже стоят и Сталин еще стоит) они не такие уж и большие. На Фромузе обсуждали и пришли к выводу, что Сквер не раз «перепланировали» с заменой деревьев. В 50-х  годах им на вид лет 10-15, не больше.

Это, конечно, не аргумент за их вырубание, просто к тому, что им не 120 лет, а поменьше.

Фото из альбома Елены Чаусовой

Фото от Kalumika, в ее ЖЖ еще есть фото.
Поздравляю Kalumika с Днем рождения! Побольше фотографий и статей, мы все ждем :-0)

В свое время я училась в знаменитой ныне школе № 50. Когда мы перешли в седьмой класс, первого сентября классная руководительница подозвала к себе нескольких девчонок из нашего класса, выдала нам денег из фонда класса и велела купить цветы для нашей классной комнаты. Мы отправились в ближайший цветочный магазин в Сквере революции и накупили цветов. По дороге фотографировались. Одна из этих фотографий цела. Мы с цветами, веселые и не подозреваем, какая долгая и разная жизнь ждет нас впереди. В ряду девчонок я стою вторая справа. Это сентябрь 1975 года.

Это моя любимая фотография: папа, мама и я во дворе нашего ташкентского дома в 1960 году. Папа совсем недавно закончил вуз и стал инженером. Мама – молодой преподаватель. Они познакомились на Памире, где мама проходила практику под руководством папы. Он тогда работал топографом после окончания техникума. Когда я родилась, учиться в институт пошел папа. Мама, окончив университет, преподавала именно в этом Ташкентском политехническом институте. Первый свой экзамен в вузе папа должен был сдавать ей. На лекции мама его не пускала, чтобы он ее не смущал.

Жили мы в Ленинском районе на улице Сталина. Совсем рядом от дома, за железнодорожной веткой начинались поля. В детский сад меня определили при инкубаторе – большом птицеводческом хозяйстве. Тогда наш район был фактически пригородом Ташкента. Жили почти натуральным хозяйством с садом, огородом и курятником, воду брали из колодцев, готовили на керогазе и примусе, молоко покупали у соседей. До трамвая надо было идти полтора километра, на улице гораздо чаще автомобилей встречались ишаки. Соседка-узбечка ходила в парандже. Мои родители одни на нашей улице имели высшее образование. Мальчишки обидно дразнили меня: «Интеллигенция».

За полтора года до моего рождения умер Сталин. В семейном альбоме нашла фотографию Сквера революции, сделанную в марте 1953 года, где тогда стоял памятник вождю. Я этого памятника уже не помню. В моей сознательной ташкентской жизни сквер украшал факел революции: голова Карла Маркса выбивалась из факела вместо пламени.

Карл Маркс смотрел в сторону улицы, носившей его имя. Она шла между корпусами Ташкентского университета. И на следующей фотографии середины 50-х годов именно на нее сворачивает автобус. В Ташкентский университет приехала учиться из Семипалатинска моя мама. Здесь она жила в общежитии. В этом же здании мне пришлось работать полтора последних года перед отъездом из Ташкента. По улице Карла Маркса от сквера до дворца великого князя, где в советские годы находился Дворец пионеров, я ходила второклассницей в кружок юного чтеца. Перед занятиями я заглядывала в маленький кафетерий, где брала маленькую чашечку черного кофе и булочку с маком. Ничего вкуснее тогда для меня не было. А дворец окружали огромные дубы и чинары – необыкновенно красивые и таинственные в дождливый майский день.

Хотя я никогда не жил особо близко к Скверу, значительная часть моего ташкентского полувека связана с ним и соседними улицами.   И, когда он назывался Сквером Революции, и, когда – Инкилоб хиёбони, и, когда – Амир Темур Хиёбони. Я начал учиться в 32-й школе, на Шевченко, в десяти минутах ходьбы. Потом учился в университете на проезде Романовского, то есть, прямо напротив Сквера, а потом 30 лет работал на ФОТОНе, на Пролетарской – доезжал до Сквера на троллейбусе или метро, а оттуда шел на работу. Так что, связано с ним немало. И часть воспоминаний отразилась в «Мыльной опере» http ://world .lib.ru /m /miller _r /, несколько отрывков из двух ее «юношеских» частей: «Сады Лицея»  и «Искушенная Леди» я предлагаю читателю.

«…Между тем развеселая компания, распевая советскую народную вариацию на тему «Сент-Луи блюза»: «Сент-Луи, передовой колхоз, там вместо хлеба жуют навоз…», двинулась в сторону сквера Революции. Компанейское настроение подхватило Леву, тоска скукожилась, сменилась даже какой-то дикой радостью, и он еще яростней навывал свои джазовые партии.

Вскоре на пути студентов попалось трехэтажное здание, заселенное профессорско-преподавательским составом мединститута. Юрка Калантаров, неожиданно оборвав армстронговский хрип, бросился в подъезд, выкрикивая: «Сейчас пойду к нашему декану Иргашеву и скажу ему, что он сволочь!». Янкель рванул за ним. Леву тоже было потянуло, но его притормозил Сашка: «Помнишь, что говорил Остап Бендер? – Не люблю иметь дела с милицией!». Этого хватило, чтобы удержать Леву на минуту-другую, но потом из подъезда послышались странные скрежещуще-грохочущие звуки, и любопытство затащило Леву внутрь. Сашка остался на улице.

Янкель с Юркой, видимо, изменив намерение, решили выместить свои претензии к декану на телефоне-автомате, висевшем в вестибюле. В конце концов, это действительно было гораздо проще, да и, пожалуй, разумнее, чем искать в полночь деканскую квартиру и ломиться туда. Они изо всех сил дергали несчастную трубку, но та, кроме шнура, была прикована цепочкой, которая подошла бы для выгула средних размеров бульдога. Лева прицепился к тандему, и усилиями троих трубка была вырвана! Троица радостно взвыла и бросилась на улицу. Сашка с откровенным испугом взглянул на них, но остался с друзьями.

И вот – последний квартал до сквера. На улице – никого, кроме наших полуночников. Неожиданно ребята увидели, что шагах в ста не доходя последнего угла, улица перегорожена грузовиками, а за ними в сквере, освещенном прожекторами, что-то творит подъемный кран. Возле грузовиков стояло множество милиционеров, и ребята притихли. Лева, до того шагавший впереди с оторванной трубкой, которую он крутил в воздухе за цепочку, горланя: «Ура! Телефонная трубка! Каждому по трубке! Обязуюсь в этот вечер оторвать четыре трубки!», увидев издалека блюстителей порядка, замолк и нес незаметно, как ему казалось, трубку в руке, обмотав ее цепочкой. Неожиданно Янкель забрал ее из левиных рук и сунул в карман своей умопомрачительной «болоньи».

Свернули на Первомайскую и по трамвайным рельсам дошли до Куйбышева. Однако и со стороны Куйбышева было не подойти к скверу. И там стояло оцепление. Двинулись к Пролетарской, и возле проходной большого завода, ярко освещенного даже ночью, им на глаза опять попалась будка с телефоном-автоматом. Милиционеров поблизости не было. И вообще никого не было.

У Левы взыграл заснувший было охотничий инстинкт, он влетел в будку и яростно рванул трубку. Но и эта была прикована цепью. Янкель помчался Леве на помощь, но и удвоенных усилий не хватало. Они толкались, ругались, трубка и цепь колотили по будке, создавая немалый грохот.

Неожиданно открылась дверь заводской проходной, из нее на шум выскочили два охранника. Один из них схватил Янкеля, торчавшего в дверях будки, за плащ, но Янкель рванулся, «болонья» затрещала, разорвалась, половинки ее остались у охранника в руках, к тому же вохровец потерял равновесие и чуть не упал, поскользнувшись на прихваченной ледком лужице. Янкель, отбрасывая оторванные рукава, умчался в сторону темного переулка, не оставив оторопевшему, подымающемуся с тротуара, охраннику никакой надежы. Зато второй вохровец, здоровенный мужик, зажал Леву в глубине будки и выкрутил ему руки.

Калантаров с Завгородним стояли рядом, буквально в десяти шагах и, стиснув зубы, мучились от невозможности как-то помочь.

Вохровец, держа Леву за заломленные назад руки, пинками погнал его в проходную.

Через 15 минут появился милицейский «воронок», въехал в заводские ворота и вскоре выкатил оттуда, по-видимому, с Левой на борту…

…В сквере напротив университета, неподалеку от Левы и еще нескольких пятнадцатисуточников, подметающих под надзором мильтона дорожку, с виноватой улыбкой стояла Она. Смотреть на Левину работу собралась дюжина знакомых студентов, и все сочувственно веселились, приветственно махали руками, подбадривая его, и хором скандировали: «Живи не по лжи! Живи не по лжи!..» И Леве было весело вместе с ними и ужасно стыдно. Если бы хоть Ее там не было!..

…Лева еще сидел на зачете, когда его приятели-медики узнали от Сашки Завгороднего о благополучном финале ночного похождения. Там же, за раковым корпусом, выпили за это дело бутылочку сухенького. И пошли к университету. Не торопясь, снова брели по Карла Маркса к скверу, дважды заглянув в попадавшиеся на пути магазины за студенческим «Красным столовым» по цене 47 к., включая тару, которое приняли с горла, можно сказать, в гомеопатических дозах, дабы не вернуться ко вчерашнему буйству. Калантаров что-то бренчал на гитаре…

Вот и преподавательское общежитие. Янкель заглянул в вестибюль и увидел, что пока что ничего не изменилось: с телефона-автомата сиротливо свисал обрывок шнура…

Сквер на сей раз был открыт со всех сторон, вчерашних грузовиков и милиции как не бывало. Но еще издалека они заметили, что что-то изменилось. И только перейдя дорогу, и оказавшись на центральной круглой площадке, поняли, что же произошло.

Исчез каменный истукан Отца народов, поставленный ему еще при жизни и простоявший на этом месте 10 лет.

Стоит заметить в скобках, что это место оказалось проходным двором для увековечивания разного рода великих людей.

Сначала разбившие сквер русские колонизаторы установили памятник своему герою-завоевателю генералу Скобелеву.

В революцию его сбросили.

Года через два прижизненно поставили памятник знаменитой эсерке Марусе Спиридоновой.

После подавления эсеровского путча его скинули.

В начале двадцатых устроили сооружение из непригодного промышленно-сельскохозяйственного металлолома в стиле, через десятилетия названном поп-артом, – Памятник Свободному Труду. Вскоре это безобразие убрали, и лет двадцать центральная площадка работала цветочной клумбой.

Вторую половину века начали с сооружения Монумента Отца народов.

Именно, «монумента», ибо за термин «памятник» при жизни Отца можно было хорошо схлопотать.

(Эх, не могли ребята знать тогда, сколько еще пертурбаций ожидает этот пятачок, как, впрочем, и их судьбы!)

И вот, за ночь от монумента-памятника остался лишь пьедестал, который облицевали новыми плитами из коричневого мрамора.

На плите, обращенной в сторону университета, который ранее строгим взглядом обозревал Великий Вождь и Учитель, теперь было начертано:

МИР

ТРУД

СВОБОДА

РАВЕНСТВО

БРАТСТВО

СЧАСТЬЕ

«МТС РБС», – тут же сложилась в голове у Юрки Калантарова новая аббревиатура.

– Ну, ребята, такое дело грех не отметить! – предложил он, – Пошли в «Дружбу»!

И заскочили в недавно сооруженную в сквере модерновую стекляшку «Дружба», где рассевшись на высоких стульях у бара, заказали дешевенькую кислятинку по имени «Белое столовое»…

…Возбужденная чудной музыкой, его юная душа жаждала романтики, приключений, а интуиция подсказывала, что нечто новое совсем рядом… И он решился. В кармане отыскалась двушка, а ближайший телефон-автомат, как он помнил, был рядом с гостиницей «Восток», в двух шагах от зала Свердлова.

Он проходил мимо открытых окон ресторана, шумевшего на первом этаже гостиницы. На улицу вырывался модный шлягер про черного кота. Певица выкрикивала слова, а саксофон наяривал твистовый мотивчик.

«Однако, не Джекки!» – усмехнулся Лева.

За столиком возле окна, на котором возвышались бутылка шампанского и вторая – коньяка, восседал все тот же «армян» Бершадский и его дама-блондинка. И увидев ее вблизи, Лева узнал Жанку, старшую янкелеву сестру. Она была сильно накрашена и соорудила на голове высокую «бабетту». «Во, выпендрилась!» – Подумал он. – «И не узнать издалека!».

А вот и телефон! Лева с бьющимся сердцем затолкал монетку в щель, набрал номер. 33516. Длинные гудки. Никто не отвечает.

Еще раз. Опять – никого…

…А Леву понесло на Энгельса. Тогда, на зачете Бескакотова говорила ему, что живет где-то там, на углу Первомайской. Под курантами пожилая узбечка продавала белые розы. На последний рубль он выпросил у нее семь штук, и с колючим букетом, обмотанным газетой, шел через сквер. Сзади, с танцплощадки парка Горького доносились завывания «Черного кота». Лева пересек сквер и через минуту добрался до пересечения Энгельса с Первомайской. Где?

Из парка ОДО, с самой стильной танцплощадки города, вытвистовывал все тот же «Черный кот».

Лева зашел в телефон-автомат, но трубка его была оторвана. «Получай, фашист, гранату!» – усмехнулся он в душе. Но аппарат в кабинке за углом оказался в порядке. С бьющимся сердцем он набрал номер. На этот раз телефон ответил знакомым приятным голосом:

– Слушаю!

– Светлана Павловна, это я, Лева. Балтер. Я где-то недалеко от вас, у Дома офицеров…

– Ой! Лева! Как хорошо, что вы позвонили! Но я уже там не живу, мой дом теперь на третьем квартале Чиланзара. Вы можете приехать?

– Да, конечно.

– Тогда садитесь на 23-й и доезжайте до Гагарина, знаете?

– Да, знаю. Я ходил в прошлом году туда к репетитору.

– Выйдете из автобуса и идите в сторону арыка. Слева у вас будет стройка кинотеатра. А справа – три дома торцами. Вот в третьем, прямо на берегу я и живу. Второй подъезд, четвертый этаж, двадцать вторая квартира. А вообще, когда приедете, позвоните. Я выйду вас встретить.

– Хорошо! Еду!

Светлана Павловна поглядела на себя в зеркало, обменялась недоуменной улыбкой со своим отражением, а затем стала рыться в шифоньере, пытаясь отыскать гипюровый комплект: лифчик и трусики, купленный в позапрошлом году в Юрмале…»

Проезжал сегодня мимо Сквера, увиденное меня поразило, – лунный ландшафт.., – нет того Сквера, который хранил в себе историю города. Можно смириться с чередой памятников людской слабости в области ублажения своего тщеславия, но как(!) смириться с порубленными деревьями?.. Теперь, это место тяжело будет назвать «Сквер», скорее, – «площадь» перед Форумом.

В сквере Амира Темура обновят зеленые насаждения, дорогу перед Юридическим институтом расширят, а на месте отеля «Пойтахт» построят административное здание.

С прошлой недели в центральном сквере столицы ведутся работы по обновлению зеленых насаждений. Как сообщило в среду онлайн-издание Press-uz.info, обновление сквера является частью комплексной программы озеленения и благоустройства города.

Ссылаясь на Главное управление благоустройства, издание отмечает, что росшие на сквере айлантус, ясень и другие растения не обладают должной устойчивостью к местным климатическим условиям. А тот факт, что многие деревья появились здесь в результате самопосева (выросли из семян), привел к их скученности и «тесноте».

«Из-за несоответствия санитарным нормам и отсутствия надлежащего ухода многие деревья потеряли декоративность, нередки случаи их облома во время сильных ветров», – пишет издание. «После соответствующих мероприятий на месте старых засохших, пораженных вредителями деревьев будут высажены клен, каштан и другие ценные породы».

Одновременно с обновлением сквера ведутся работы по расширению дороги возле Юридического института. По словам дорожных строителей, количество полос на ней будет увеличено с трех до пяти.

В среду также получила свое подтверждение циркулировавшая уже около года информация о сносе гостиницы «Пойтахт». Это четырехэтажное здание было построено в середине прошлого века.

Помимо гостиницы начат снос здания бывшей церкви (построена в 1898 году) Ташкентской учительской семинарии (нижнее фото слева).

«Газете.uz» удалось узнать, что на их месте появится современное административное здание, которое будет визуально продолжать расположенный на этой же улице газетный корпус (многоэтажное здание на фото справа).