Творчеством Владимира Семеновича Высоцкого увлечено уже не одно поколение слушателей и почитателей его таланта. Огромное количество ролей в кино, в театре и, конечно, его колоссальное поэтическое и музыкальное наследие. Его песни остаются живыми, и по сей день. Их хочется слушать и их хочется петь. Причем каждый знает, КАК петь эти песни, у каждого есть СВОЯ песня и, конечно, СВОЙ Высоцкий. В конце зимы Заслуженная артистка Узбекистана Ольга Володина, солист ГАБТ им.А.Навои Георгий Дмитриев и пианист Руслан Волков решили задаться вопросом, а какой ИХ Высоцкий? Чем он близок и чем далек? Почему его песни хочется и надо петь в Ташкенте в 2012 году? Ответом на эти и многие другие вопросы станет программа «ВЫСОцКИЙ» (Песни Владимира Высоцкого), которая состоится на сцене Академического Русского Драматического Театра Узбекистана 13 июня 2012 года.

тут еще подобные глупости…

Эльмира Алейникова

   Краткая справка.

   Маджерумская арча (биота восточная) — памятник природы, растет на территории создаваемого Нуратинского заповедника. Возраст — примерно полторы тысячи лет. Находится за кишлаком Маджерум в Нуратинских горах (Фаришский район Джизакской области), в 300 метрах выше водяной мельницы, в 50-60 метрах от левого берега сая. Обхват ствола около 24 метров, обхват центральной ветви 12 метров. Рядом находятся развалины мечети и старинного кишлака.

     Паломником к священным природным объектам я стала по воле случая, приехав среди зимы в кишлак Маджерум, к дереву-исполину — маджерумской биоте или, как ее называют местные жители, арче. Однако этот вид путешествия настолько пришелся по душе, что теперь меня трудно отговорить от поездки, если я знаю, что на пути будет священное дерево, священная скала, пещера, грот, родник или ещё что-нибудь, где можно загадать желание, а заодно отдохнуть в тени, попить холодной чистой воды, просто посидеть и подумать о вечном.

   О вечном поневоле задумываешься, когда оказываешься в Маджерумсае, под кроной огромного дерева, возраст которого не менее полутора тысяч лет. Три огромные ветки дерева под тяжестью времени почти лежат на земле. Хотя их трудно назвать ветками, скорее, это огромные стволы, на которых могут стоять одновременно несколько человек. Стволы поддерживают пирамидки-опоры, составленные из камней местными жителями. Забота о дереве-исполине — дело богоугодное, ведь рядом раньше располагалась мечеть. Многочисленные паломники и по сей день едут к арче-биоте просить у бога милости и исполнения желаний. На ветках висят разноцветные лоскутки, платки — подношения женщин-паломниц, просящих у святого места здоровья, семейного благополучия, долголетия, здорового и многочисленного потомства. Особенной популярностью дерево пользуется у тех женщин, кто не может зачать. Считается, что, если паломница проползет под одной из трех ветвей-стволов и повяжет платок на ветку, то ребеночек в положенный срок гарантирован.

   Местные жители рассказывают, что в начале ХХ века под биотой была школа, верю охотно, — в просторном дупле у корней дерева одновременно могут разместиться 5-6 человек.

   Святое место интересно и как реликт древних доисламских верований народов, живших в этих краях. Обожествление местных духов-покровителей, «хозяев» местности — одно из проявлений анималистических верований почти всех народов мира. Биота не известна так широко, как находящиеся сравнительно недалеко нуратинские святыни (родник с рыбой маринкой, мечети, курганы и захоронения святых), поэтому поклоняются ей в основном жители окрестных кишлаков, приезжая в определенные дни. Некоторые неподалеку, около старой мельницы закалывают в жертву богу овцу, здесь же на глиняных печках, в казане готовят нехитрую еду, которой угощают всех присутствующих.

Биота-арча растет далеко от дорог. Чтобы добраться до нее нужно проделать немалый путь. Если ехать из Нураты (Навоийская область) в Джизак через Фаришский район, то нужно с большой дороги свернуть направо и ехать в сторону кишлака Маджерум. В Маджеруме, как и в других близлежащих горных кишлаках, проживают этнические таджики. Если повезет, встретите несколько мужчин на узкой дорожке, что вьется между каменными заборами и домами. Они обязательно поздороваются с вами, приложив руку к груди. Но вот границы кишлака заканчиваются, а с ними кончается и дорога, пригодная для машины. Дальше в горы вдоль сая ведет широкая, пробирающаяся среди камней, тропка. Журчит вода. Кругом тишина. Только коровы-скалолазки, пасущиеся вдоль сая, на склонах гор, напоминают о том, что край здесь обитаемый. За одним из поворотов перед вами предстанет сюрреалистическая картина: склон горы с заброшенными каменными домами-крепостями. Стены кое-где осыпались и поэтому дома похожи на древние руины сказочного города. Это старый кишлак-курган Маджерум. Население горных селений еще до недавнего времени жило в укрепленных кишлаках (кургон или кала), расположенных в глубине ущелья на скалистой труднодоступной горе, куда обычно вела одна узкая тропа, чтобы враги-кочевники не могли застать их врасплох. Жители Маджерума выселились из кургана уже в 90-х годах XIX века, когда после присоединения Средней Азии к России прекратились набеги кочевников.

   Поодаль от старого кишлака, ближе в речушке, — развалины маджерумской мечети. Возле развалин мечети и зеленеет громадная арча, наполняя всю округу устойчивым ароматом хвои. Если у вас будет проводник из местных таджиков, то обязательно расскажет вам легенду о том, что дерево посадил не кто иной, как сам великий Александр Македонский в честь погибшего в боях любимого военачальника. Вот только имени полководца никто не помнит… Если начнете самостоятельно подсчитывать и сопоставлять с историческими фактами, — разочаруетесь сами и раздосадуете вашего гида, поэтому лучше согласиться с красивой легендой, хотя это и вымысел чистой воды.

   Из истории известно, что войска Александра Македонского, покорив Малую Азию, Сирию, Финикию, Египет, Иран, весной 329 года до нашей эры перешли хребет Гиндукуш. За три года Александр завоевал Бактрию и Согд, захватил Самарканд и двинулся к Сырдарье, в земли саков. Однако до Нуратинских гор он не дошел.

   А вот то, что когда-то арчовыми лесами были покрыты все окружающие горы, — не вымысел. Однажды геологи за горами южного Нуратау нашли золото, и древесный уголь, который заготавливали для плавильных шахт из арчи. Сегодня в это трудно поверить — на горных склонах растут только трава да редкий кустарник. Вокруг не осталось ни единой арчи, а во всех Нуратинских горах их сохранилось чуть больше сотни. Поэтому чудом уцелевшее дерево, выросшее до сегодняшних исполинских размеров, удивляет и радует вдвойне. Молчаливый свидетель событий целой вереницы веков, оно притягивает к себе как магнитом. Кажется, что в пахучей хвое своей оно скрывает тайны мироздания.

   Наверное, поэтому маджерумцы когда-то построили здесь мечеть. Ее стены сохранились почти на всю высоту. Внутри мечети и перед ней лежат деревянные резные колонны, балки перекрытий. К счастью для памятников истории и культуры, среди местных жителей сохранилось табу на использование предметов, лежащих в мавзолеях, мечетях, святых местах. Местное население, несмотря на острую потребность в древесине, не использует деревянные части мечети для своих нужд, так как подобный поступок считается греховным. Эти материалы можно использовать только для мечети или мавзолея. Вот эта нетронутость и заброшенность притягивает меня как паломника к этому удивительному дереву, уцелевшему вопреки человеческому практицизму. Здесь нет толп верующих и просто любопытных, здесь тишина и прохлада, здесь чистая вода и запах хвои, который окутывает и убаюкивает под журчание воды в Маджерумсае.

Для записи надо вступить в эту группу в Фейсбуке.

В соответствии с пунктом 22 протокола совещания Кабинета Министров №01-14/1-299 от 27.12.2012 НК «Узбектуризм» совместно с Ассоциацией частных туристических организаций (АЧТО) разработали ряд логотипов и слоганов. Из 60 вариантов логотипов после обсуждения, анализа и оценки осталось 9, а слоган необходимо будет выбрать из 110. 

Предлагаем вам помочь в выборе логотипа и слогана, которые будут ассоциироваться с нашей страной на всевозможных выставках и других международных мероприятиях.

Выбирайте лицо нашей страны и голосуйте на сайте apta.uz.

Все вопросы и предложения принимаются на office@apta.uz.

Голосуйте за логотип Узбекистана!

К  слову о Чинарах в Ходжикенте.  В Нуратинском заповеднике в кишлаке Маджерум есть дерево:

28 мая в Центре UZINFOCOM в 16:00 состоится встреча Хакима Ганиева с кулинарами, форумчанами и блоггерами Узнета. И всеми любителями узбекской кухни конечно же.

Больше информации о кулинаре можно узнать на сайте Хакима Ганиева http://dastarxan.ru/hackim/ (для тех, кто его не знает.)

Приглашаются читатели нашего сайта.

Просьба желающим прийти на встречу отмечаться в комментариях.

ОАО «ОАК — Транспортные самолеты» завершило на Ташкентском авиационном производственном объединение им. Чкалова (ТАПОиЧ) постройку и испытания третьего самолета Ил-76ТД-90ВД.

В апреле самолет был доставлен в Ульяновск из Ташкента, а затем покрашен в цвета авиакомпании «Волга-Днепр». Новому воздушному судну присвоен бортовой номер RA-76511.

Транспортный самолет Ил-76ТД-90ВД является модификацией Ил-76ТД и предназначен для перевозки широкой номенклатуры грузов и техники общей массой до 50 тонн.

Ил-76ТД-90ВД оснащен двигателями ПС-90А-76, новейшей авионикой – пилотажно-навигационным комплексом Купол-III-76М-ВД и соответствует всем современным и перспективным требованиям Международной организации гражданской авиации (ICAO) и может выполнять полеты по всему миру без ограничений.

Дата публикации:
22 мая 2012 г. 13:15

Новость для тех, кто хотел бы осмотреть лайнер.
2 июня с 9-00 до 12-30 и с 17-00 до 19-00 можно будет совершить экскурсию и осмотреть лайнер.
Проход через Ташкент-3. Фрии
(Будут пускать по 150 чел за раз).

Одна из самых интересных задач истории мысли, проследив все повороты конкретной судьбы, показать, какие различные формы может принимать под влиянием времени, места и обстоятельств возникшая в гениальной голове мысль. Как она дробится и переливается всеми оттенками чувства и настроений в неисчерпаемом разнообразии умов ученых. Но еще интереснее, пожалуй, вглядеться в обратный процесс синтеза, когда в критической литературе и сознании общества из всех этих разнородных впечатлений мало-помалу слагается образ, который затем на долгие времена остается господствующим отчасти в литературе предмета, но в особенности в общественном мнении. Духовный портрет мыслителя готов. Он помещен в галерею истории, в залу какой-либо более к нему подходящей, школы, занесен в каталог науки и занумерован. О тонком сходстве не может быть и речи: слишком велико законное нетерпение слушателей вновь появившегося могучего мыслителя поскорее создать себе цельный образ его духа и… успокоиться на разрешенной задаче. А потом трудно будет нарушить ценой таких усилий и тревоги добытый покой. И целые века уйдут на поправку скороспелой работы, при упорном сопротивлении консервативной мысли, которая будет отстаивать каждую черту освященного годами традиционного образа.

В данной статье мы подвергнем тщательному анализу философское наследие одного из самых замечательных мыслителей Средневековья Абу Али Хусейна ибн Абдаллаха ибн Сины, более известного под именем Авиценны.

В истории философии нет единого мнения о его личности. Вот как описывает это разногласие известный востоковед А.В. Сагадеев: «Некоторые считают его представителем «иудейской традиции», основанной на идее трансцендентного бога²; или разновидности «натуралистического мистицизма»³ и «интеллектуалистического гностицизма»⁴; другие же, напротив, – поборником «материалистического мировоззрения»⁵; сумевшим «прийти к философскому монизму, с помощью которого им было обосновано материальное единство мира»⁶; либо философом, который «не был последовательным материалистом, но… не был и законченным идеалистом»⁷; мыслителем, коего «нельзя рассматривать как чистого материалиста», но чье мировоззрение по общей своей направленности и исходным посылкам может быть охарактеризовано как материалистическое⁸.»⁹

Данное разногласие не должно нас смущать, ибо оно вызвано сменой одной правящей идеологией другой. В дальнейшем мы коснемся этого вопроса, а в данный момент нам предстоит все же определить для себя некоторый круг вопросов, на которые мы должны дать более или менее вразумительный ответ.

Во-первых, к какой школе можно отнести философию Авиценны, во-вторых, самостоятельна ли эта философия, и, в-третьих, если она самостоятельна, то в чем же состоит ее суть?

Начнем с первого вопроса. Философия Авиценны не может быть полностью отнесена к какой-либо одной школе философии, и вот по какой причине. Дело в том, что ибн Сина, несомненно, преклонявшийся перед авторитетом Аристотеля, все же не был простым комментатором его произведений, как это обычно принято считать на Западе. Взяв от Аристотеля лишь его терминологию, и основные утверждения философии, уже не нуждающиеся в каком-либо подтверждении опытом, он создает свою философскую систему, которая лишь по форме напоминает аристотелизм, но «дух» которой, если так можно выразиться, уже иной. И вот чем это объясняется. На мировоззрение Авиценны повлиял не только один Аристотель, но еще и весь Восток: эллинский, арабский и византийский.

Ибн Сина был достаточно знаком, как с философией Платона, так и с мировоззрением Плотина. И потому, когда говорят о философской неграмотности арабов, принявших «Теологию» за подлинный труд Аристотеля¹⁰, следует возразить на это, что это вовсе не последствия неграмотности, а скорее намеренное внедрение неоплатонических элементов в «сухую материальность» Аристотеля. Можете назвать это причудой, но только не ошибкой. Ибн Сина никогда не принимал «Теологию» за подлинный труд Стагирита. «Мы не говорим уже о том, – пишет А.В. Сагадеев, – что в «Объяснениях» ибн Сины содержится высказывание об «уязвимости» книги «Теология», которое исследователи толкуют как прямое отрицание философом ее аутентичности»¹¹.

Нельзя не упомянуть и об арабских философах, таких как Аль Кинди и Аль Фараби, которые также внесли свою лепту в философское образование Авиценны. Первый из них, Аль Кинди¹², является создателем принципиально нового направления в истории арабской философии, известного под названием «восточного перипатетизма». Аль Фараби же явился его систематизатором и идейным вдохновителем. Оба этих замечательных мыслителя оставили после себя оригинальные произведения, а также выдвинули ряд проблем, решение которых связано с философией Авиценны.

Говоря о влиянии византийской философии, а точнее византийского богословия на ибн Сину, мы рискуем быть побитыми камнями как восточного, так и западного происхождения. Ведь для нынешнего, радикального Востока, всякое высказывание в пользу здорового восприятия арабской философией христианского богословия, влечет за собой гул недовольства отдельных фанатиков. Запад же твердит вообще о бессмысленности изучения арабской философии, и принимает ее только лишь как простое комментирование, но не как что-то самостоятельное и значимое в истории развития мировой цивилизации.

В своем классическом исследовании арабской культуры X века, один из лучших исследователей арабского Востока, Адам Мец делает следующее заключение: «В IX – X вв. культура арабского мира претерпела трансформацию, под влиянием древних неарабских элементов культуры, прежде всего элементов эллинизма и переработанного христианства»¹³. Это недвусмысленное заявление заставило многих здравомыслящих людей взглянуть на эту проблему более серьезно. Для начала предполагалось определить, в какой степени проявилось это влияние. Все более и более смелые заявления не заставили себя долго ждать. Были даже расширены границы данной проблемы, как в географическом, так и во временном планах, как это видно хотя бы из слов академика В.В. Бартольда: «Общим признаком европейского и мусульманского Ренессанса является возрождение к новой жизни греческой науки и эллинистической философии»¹⁴. Но вернемся к византийскому богословию, названному у Адама Меца «переработанным христианством». Попробуем определить, что входит в это понятие. Переработанное христианство представляет собой новое богословие, которое появилось благодаря заимствованию некоторых аспектов неоплатонической философии. Ярким примером такого богословия являются следующие книги: «Книга о высшем Добре»¹⁵ и «О Божественных именах». Автором первой является Петр Ивер¹⁶, а вот вторая принадлежат автору-анониму – Псевдо-Дионисию. Вот какие мысли по поводу этих книг приводит исследователь восточного Ренессанса Ш.И. Нуцубидзе: «Имя неизвестного философа проступило из забвения благодаря усилиям ученых многих стран лишь в 1952 году, более чем через полторы тысячи лет после его смерти. Его книга «О высшем Добре», которую Фома Аквинский назвал «Книгой о причинах», так и шла из века в век под именем Аристотеля. В Европу она попала с арабского Востока. И вдруг обратили внимание на то, что таинственная эта книга похожа на книги так называемого Псевдо-Дионисия Ареопагита, которые были обнародованы в 532 году в Константинополе на Вселенском Соборе. Но странное дело – книги, обнародованные в 532 году, содержали в себе выдержки из Прокла. После этого автора этих книг стали называть Псевдо-Дионисием. Тщательный анализ текста определил возможное место и время создания этих книг – Сирия, V – VI века»¹⁷. Конечно, данное предположение не может служить для нас чем-то уже устоявшимся, но в нем есть что-то притягательное. Не касаясь проблемы авторства, заметим, что эти книги сыграли не последнюю роль в развитии арабской философии.

Этот факт очень тонко подмечен Г. фон Грюнебаумом: «При изучении взаимовлияния Востока и Запада в рассматриваемый период часто недостаточно учитываются все последствия того факта, что средневековый Восток и средневековый Запад имеют в значительной степени одни корни. Неоплатонизм, например, является неотъемлемым компонентом общего интеллектуального багажа, который остался живым и активным элементом во всех трех возникших культурах: латинской, византийской, мусульманской. Псевдо-Дионисий на греко-сиро-язычном Востоке, Эриугена на Западе и ибн Сина на арабском Востоке являют собой последовательные высшие точки в развитии в средние века именно этой составляющей общего наследия. Взаимосвязь между Востоком и Западом в средние века никогда не будет точно определена и оценена без осознания и учета их фундаментального культурного единства»¹⁸.

Чем объяснить такую популярность неоплатонизма? Дело в том, что античная философия не создала свою систему. Да и вообще, греки смотрели на создание системы как на что-то «вульгарное». Ведь система, в их понимании являлась остановкой. Все счастье греков заключалось не столько в самой Истине, сколько в ее поиске. «Даже когда Истина неожиданно открывалась, они убивали ее своим скепсисом. И если после этого она все же выживала, признавали, но продолжали следить за ней. Ценился критерий Истины, ее палач. У Платона им было мыслимое. У Гераклита и Эмпедокла – чувственное. У Аристотеля – и мыслимое, и чувственное. У Протагора – выгода. Ксеанид же угрюмо сказал: «Нет ничего истинного»»¹⁹. Принято считать, что вся средневековая философия находилась под безраздельным господством авторитета Аристотеля. Прежде всего, потому, что Аристотель был единственным греческим философом, труды которого были по возможности переведены на арабский и латинский языки, а вот труды Платона не удостоились такой чести и потому были менее известны. Вот что пишет по этому поводу А. Койре: «Платона изучали плохо. Форма диалога не является школьной формой. Течение его мысли прихотливо, она трудноуловима и зачастую предполагает наличие значительного и, следовательно, довольно мало распространенного знания. Вот почему, без сомнения, начиная с конца классической античности, Платон вне Академии больше не изучался. Вместе с тем повсеместно текст заменялся учебником-энциклопедией Аристотеля по всем отраслям человеческого знания»²⁰. Из сочинений Платона «Менон» и «Федон», переведенные в XII веке, остались почти неизвестными, зато «Тимей», переведенный и снабженный пространным комментарием Халкидия (IV в.), получил широкое распространение²¹. На Востоке дело обстояло иначе. Арабский мир знал Платона гораздо лучше, чем его могли знать латиняне, особенно его политическую доктрину²².

Первую попытку спасти античный идеализм, через шесть веков после Аристотеля, предпринял Плотин (204 – 269). Этот великолепный мыслитель привнес в философию три новых идеи, ожививших идеалистическое учение:

1. учение об эманации Бога, т.е. истечения Его в мир;

2. извечный дуализм, борьбу Света и тьмы, Добра и зла; и

3. учение об экстазе – постижении единой сути Бога через божественное откровение, любовь, слияние мира множественности и мира Единого.

4. 
   

В своем развитии неоплатонизм прошел три этапа: александрийский (Плотин), сирийский (Ямвлих) и афинский (Прокл). Впоследствии, идеи Прокла (410 – 485) были переработаны Псевдо-Дионисием в ряд новых идей, которые просто поражали своей богословской бесстрашностью в решении столь сложных задач:

1. Различение катафатического и апофатического методов богопознания;

2. Учение о божественных энергиях;

3. Описание ангельского мира;

4. Учение об обожении.

Н.К. Гаврюшин считает, что произведения Псевдо-Дионисия попали на Запад уже в середине XII века, и стали известными по переводам Иоанна Сарацина, нашедшего эти рукописи где-то на Востоке²³. А что касается влияния неоплатонизма на арабоязычную мысль в средневековье, то И. Гольдциер рассматривает его в трех направлениях: 1) в суфизме, особенно в его теософии; 2) в философии «Братьев чистоты», где неоплатонизм выступает во внешних формах перипатетической философии и, наконец, 3) в аристотелевской философии, выступавшей в неоплатоновской оболочке²⁴.

Влияние христианского богословия на философию ибн Сины заметно как в его учении о трехсоставности человеческой природы, так и в именовании им Бога словами Истина и Любовь. В одном из своих стихов Авиценна с восторженностью и решимостью, достойной христианина, пишет о стремлении очистить душу посредством крещения, в подражание Христу:

«Из дома чуть свет я уйду за высокой звездой,

Уйду от сует, что меня окружают ордой.

Оставив одежду в руках материнских, уйду я,

Чтоб, как Иисусу, омыться святою водой»²⁵.

Как пишет Александр Койре: «Авиценна не является аристотеликом в строгом смысле этого слова, ибо он – верующий»²⁶. Если мы окунемся в мир Средневековья, то заметим, что для средневекового философа Бог является Творцом, и никак иначе. «Эта концепция – сотворения мира во времени, для философии трудно воспринимаемая, а может быть даже невозможная»²⁷. Именно этот факт позволяет нам говорить о некотором благородстве и даже мужестве средневековых философов, а тем более ее князя – Авиценны.

Итак, уяснив для себя факт влияния византийского богословия на Авиценну, перейдем к еще одному принципиальному вопросу: как относился ибн Сина к личности и учению Аристотеля? Вот что пишет Авиценна в своей «Логике», оставшейся от уничтоженной книги «Философия восточников» («Хикмат ал-машрикийин»): «Все-таки мы признаем [Аристотеля] как великого ученого, величайшего из всех прежних перипатетиков, ибо он открыл то, чего его друзья и учителя до него не знали, дифференцировал науки, наилучшим образом систематизировал их, во многих вопросах нашел правильное решение и обо всем этом сообщил народу, своим согражданам. Нужно было исправить его ошибки, обратившись к самому здравому смыслу. Но его последователи этого не делали, они не могли выйти из-под его сильного влияния и истратили всю жизнь на стремление понять верные моменты в его учении и фанатически защищали нелепые и неверные его взгляды»²⁸.

Признавая Аристотеля «главой мудрецов и учителем философов»²⁹, ибн Сина подчеркивает, что сам он творчески подходил к изложению его философии: «Между тем, мы дополнили те моменты, которые они (перипатетики) хотели объяснить, но сделать им этого не удалось. Мы закрыли глаза на ошибки перипатетиков, хотя знали о них, и нарочито старались мотивировать и оправдать эти ошибки. Лишь в тех местах, где оправдание явных ошибок было невозможным, мы были вынуждены, открыто возражать»³⁰.

Исходя из всего выше сказанного, можно сделать некоторые выводы. Во-первых, отметим тот факт, что на арабскую философию влиял не один Аристотель, но еще неоплатонизм вкупе с византийским богословием. Во-вторых, мы убедились в том, что Авиценна не простой комментатор, а человек, привыкший судить своим судом, и прекрасно разбирающийся во всех течениях античной и средневековой философской мысли.

А теперь перейдем к еще одному вопросу, который просто не может нас не интересовать: можно ли назвать философию Авиценны оригинальной и самобытной? Однозначно ответим: «Да можно». Подобного рода заявления требуют дополнительных комментариев, которые мы и попытаемся предоставить. Для начала зададим себе вопрос, что нужно для того, чтобы признать философию оригинальной? Ну, наверное, как минимум это присутствие в ней каких-то новых мыслей, которые явно отличают ее от уже существующих систем и школ. Какие же новые идеи (мысли) присутствуют в философии Авиценны? Представляем вашему вниманию далеко не полный перечень (неполный потому, что многие сочинения ибн Сины до сих пор не опубликованы, а рукописи его произведений разбросаны по всему миру) этих идей:

• Создание упорядоченной терминологии в арабской философии;

• Учение о трехсоставности человеческой природы (впервые выдвинуто в философии как постулат);

• Учение об обожении;

• Троякое существование универсалий;

• Обоснованное различение сущности и существования;

• Доказательство бытия Бога из случайности существ;

• Учение об интуиции;

• Учение об импульсе (стремлении) и т.д.

• 
  

Эти философские открытия заставляют нас пересмотреть существующие формулировки, которые относят философию Авиценны к различным школам, или направлениям, и отвергнуть их. И, несмотря на то, что одна из этих формулировок очень даже привлекательна по своей сути, где философию Авиценны относят к направлению называемому «восточным перипатетизмом»³¹. Увы, мы должны отвергнуть и ее, ибо философия ибн Сины по своей широте выходит далеко за ее рамки. Это видно из его учений о Боге и человеке.

Мировоззрение Авиценны настолько самобытно, что достойно называться отдельным именем – «авиценизм». Это не дерзкое заявление, а всего лишь констатация фактов. Ведь философия Фомы Аквинского, по меткому замечанию Ч.Ф. Коплстона, не является самостоятельно созданной философской системой: «Он не был охотником за оригинальностью, т.е. человеком, который любой ценой стремится сказать новое слово. Его оригинальность состоит, скорее всего, в том, что он терпеливо просеивал разные мнения, стремясь добраться до того, что представлялось ему истиной, и систематически объединял разные позиции посредством применения всеобъемлющих философских принципов и категорий»³², но, однако же, она выделена в отдельное направление «томизм». Так почему же философия ибн Сины, влияние которой ощутил весь Запад, не имеет права называться тем, что она на самом деле представляет? Пора избавиться от предрассудков советской школы, заклеймившей всю арабскую философию печатью материализма и социализма. Все свидетельства историков философии о будто бы явном материализме, дуализме и пантеизме Авиценны на самом деле просто пустой фарс, так как не подкреплены никакими ссылками на произведения этого автора. Этих людей нельзя осуждать, нужно понять, что все их определения в материалистическом духе были вызваны давлением со стороны правящей социалистической идеологии.

Нужно уяснить для себя, что двойственности, а тем более мистицизма в философии Авиценны не было. Двойственность была бы в том случае, если бы он слепо шел по пути, проторенному Аристотелем, между тем как именно против этого говорят его труды³³.

Учитывая все вышесказанное, мы вынуждены признать, что исследовательскую работу по изучению философии Авиценны нужно начинать почти что с нуля, ибо то, что мы имеем на данный момент, только еще больше запутывает ситуацию. Ознакомившись тщательным образом с философией Абу Али ибн Сины, на основании написанных им произведений, мы сможем провести адекватную переоценку основных его положений, что позволит нам без пристрастия сделать приемлемые всеми выводы.

Хочется верить, что данная статья послужит началом к более серьезному и детальному изучению богословия и философии Авиценны. Это поможет нам понять истинную роль этого среднеазиатского философа в деле развития средневековой философской мысли, изменит существующую систематизацию направлений Восточной арабской философии, создаст прекрасную платформу для общения Востока с Западом, и тем самым укрепит этот поистине шаткий союз.

Очень проникновенно и точно сказал С.М. Афнан о дне гибели Авиценны: «Умирает голова, если не сердце, Востока и Запада»³⁴.

Кашкадарьинская область,

город Китаб

2009 г.

34 Afnan S.M. Avicenna. His life and works. London, 1958, p. 287

17 мая выкачен на ЛИС еще один Ил-114-100 для Хаво. (91109)

 Гимнастика на территории Средней Азии и в частности, в Узбекистане была «завезена» уже в оформившемся сокольском  виде, имеющем зачатки спортивного стиля, тогда как элементы и целые направления лечебной, оздоровительной, прикладной физической культуры в Узбекистане уже имели глубокие и нередко научно обоснованные корни. Свидетельство этому находим в эпосе Алпомыш, в трудах Ибн Сино, в эпохе Амира Тимура.

В истории гимнастики имеются множество значимых дат и событий, многие из них относятся к 20-му столетию.

В 1904 году было создано «Общество любителей гимнастики и физических упражнений». Следует отметить, что в то время в понятие «гимнастика» входили и такие упражнения как бег, прыжки, метания и др. Но это было первое гимнастическое общество, и оно играло большую роль в процессе дальнейшего развития этого вида спорта. Оно было организовано по инициативе групп спортсменов и насчитывало всего 15-20 человек.

В уставе «Общества любителей гимнастики и физических упражнений» отмечалось, что членами общества не могут быть учащиеся учебных заведений, так как при них присутствовали гимнастические классы. Так в 1880 году специальная комиссия разработала программу для четырехгодичных приходских училищ туркестанского края, которые предусматривали проведения занятий по гимнастики, в дополнение к основным урокам.

Когда же в Ташкенте была открыта гимнастико-фехтовальная школа, то она получила еще большую популярность, и количество членов этого общества значительно увеличилось, но по-прежнему она включала в себя еще ряд упражнений, которые не отвечали требованиям гимнастики. Соревнований, как таковых, не проводилось.

В 1912 году с целью комплектования сборной команды России к Олимпийским играм в Стокгольме были проведены официальные соревнования по спортивной гимнастике в Туркестане, победителем которых стал поручик Волчанский. Эта дата первых официальных соревнований стала считаться днем рождения спортивной гимнастики в Туркестане. Вслед за этим событием начинают создаваться гимнастические общества в Коканде, Фергане, Самарканде.

В 1915 году в Ташкенте открываются первые гимнастические курсы при женской гимназии. Эти курсы окончила Полина Владимировна Гарфунг, которая в дальнейшем очень много сделала для развития гимнастики в Узбекистане. Спортивная гимнастика, как и другие виды спорта, стала достоянием широких народных масс. Оздоровление населения через физическую культуру и спорт стало делом государственным. Таким образом, гимнастика заняла прочное место в общей системе физического воспитания трудящихся Узбекистана. Необходимо отметить, что некоторое время еще продолжали существовать оставшиеся от царской России сокольская и шведская система гимнастики, но вскоре они были заменены новой системой гимнастики, соответствующей задачам социалистического государства. Гимнастика начинает проникать в Бухару, Каттакурган, Наманган, Ургенч. Наибольшее развитие в эти годы она получает в воинских частях и военно-учебных заведениях.

В 1918 году был открыт «Детский спортивный клуб», где проводились занятия играми и гимнастикой. 1919 год характеризуется тем, что, начиная с этого года, проводятся различные соревнования среди учащихся, которые называются «Олимпийскими играми».

10 октября 1920 года открылась Первая Среднеазиатская олимпиада, которая явилась большим событием для физкультурников и смотром их достижений. В этом же году Ферганский областной военкомат издал «Краткую программу преподавания физического воспитания». Она предусматривала занятия гимнастикой, бегом, прыжками, играми. Во введении указывалось: «Гимнастика имеет цель: дать правильное физическое развитие, исправить недочеты организма выработать умение координировать движения, развитие дисциплины и укрепление нервной системы — балансирования».

Большим событием 1921 года явилось создание Центрального Совета физической культуры при управлении Всеобуча Туркфронта. Его цель заключалась в объединении различных физкультурных организаций и планомерном руководстве

делами физического воспитания трудящихся Туркестана.

В 1928 году на второй всеузбекской спартакиаде ташкентский гимнаст Мечислав Мурашко завоевал звание абсолютного

чемпиона СССР.

В 1933 году на первом официальном первенстве по спортивной гимнастике в Ташкенте, а затем и в последующие годы больших результатов добиваются Е. Дахин, Б. Ястребов, Е. Елецкая, Б. Богатова, В. Назаров, Н. Котин, А. Петухов и другие.

Заметную роль в развитии гимнастики в Узбекистане сыграл открытый в 1935 году в Ташкенте техникум физической культуры, где преподавателем гимнастики работал Ян Халилович Муртазин, выпускник Московского института физкультуры, а также преподаватели Рашид Хамидов и Умар Асадов.

В 1936 году впервые в Узбекистане состоялось детское первенство по спортивной гимнастике. В. Лебедев, и Р. Томилина стали чемпионами республики. Отличных результатов добиваются юные гимнасты Г. Куст и О. Соколовская. В это же время успешно выступает один из сильнейших гимнастов республики Червиченко из Самарканда.

В 1949 году в Узбекистане появилась блистательная гимнастка Галина Шамрай — чемпионка республики, затем заслуженный мастер спорта, олимпийская чемпионка в командном зачете, первая абсолютная чемпионка мира 1954 г.

Эльвира Саади — заслуженный мастер спорта СССР, награждена орденом Дружбы Народов (1976) и медалью «За трудовое отличие» (1972). Олимпийская чемпионка 1972 г. В командном первенстве, абсолютная чемпионка СССР 1973 года, чемпионка СССР 1972 года в вольном упражнении и на бревне, 1973 года — в упражнении на бревне.

В 1955 году открывается Узбекский Государственный институт физической культуры, кафедра гимнастики участвовала в подготовке и проведению массовых гимнастических выступлений на всех праздниках республики на стадионах «Спартак», «Пахтакор», на площади торжеств.

В 1962 году кафедра гимнастики и гимнастическая общественность отмечала 50-летие гимнастики в Узбекистане. Были выпущены памятные значки, которыми награждали тренеров, спортсменов и общественников.

На этом данные в источнике заканчиваются? Кто знает последующую историю, поделитесь пожалуйста. ЕС.

Далее в источнике… Обсуждения не будет так как мнение посетителей по этому вопросу никому не интересно :-0) ЕС

Я, например, в том году осенью шел мимо своего дома, в соседних подъездах на улице мыли ковры, некоторые сушились и я обратил внимание на один, подошел поближе рассмотреть… вижу сушится хороший персидской большой старенькой ковер Heriz, ручная вязка, натуральные красители… с удовольствием на него полюбовался, пощупал ))) С хозяйкой познакомился, пожилая дама узбечка, говорит много лет назад в приданное этот ковер получила, когда была совсем молодой. Сходил домой за камерой, попросил разрешения сфотографировать, правда фото общего вида во весь размер не получилось сделать, ковер слишком большой, где-то 4 на 2.5 метра… Для уровня наших музеев ковер вполне бы потянул! В общем ковер красавец ))), не сказать, что он прям такой ценный для коллекционеров и знатоков ковров, но качества все равно очень хорошего и по дизайну и по краскам.
В общем, «красоту в повседневной жизни» не пропустил ))). Посмотрим, может и куплю его у ней.

А что у вас связано с коврами? Любители в их? Понимаете ли в них толк? Я, например, обожаю ковры… единственный в семье, все оствльные считают их пылесборниками… ЕС

В мою поездку в Бухару задался целью найти Бухарский Еврейский квартал, и самое главное центр-Синагогу. И вот получилось.

 Синагоге 420 лет.

 Хранится в ней Тора которой 500 лет.

Были в ней гости

А также