Куш Искусство История

Рустам Шагаев
Куш

Эпоха застоя, 90-е годы прошлого века.
В Ташкент из ТАСС – главного правительственного органа страны - пришла телефонограмма с грифом «СРОЧНО»: нужно интервью со знатным чабаном Амангельды Пердикуловым.
А чабан этот – Герой социалистического труда, депутат Верховного Совета СССР - жил у черта на куличиках - где-то под Тамды.
И вот отправляют на это задание одного из самых опытных журналистов Юрия Константиновича Кукаркина. А Кук - так, шутя, его прозвали в честь печально известного мореплавателя - тогда возглавлял редакцию республиканской информации. Он фронтовик, имеет награды.

Через депутатский зал, первым же рейсом, Кук вылетает в Бухару. А там, у самого трапа самолета, его встречает первый секретарь Тамдынского райкома партии Палвонбек Назаров. На его служебной «Волге» они три часа без остановки мчатся до райцентра.
Посты ГАИ передают друг другу по рации номера машины хозяина района и открывают «зеленую» дорогу. Все гаишники отдают честь.
В райцентре они пересаживаются в «уазик» и еще три часа трясутся до пастбищ того пастуха. Коротая томительную дорогу и унылый пейзаж за окном, они разговорились.
Палвонбек рассказывал о суровой степной жизни, о его людях с виду угрюмых и неразговорчивых, но в душе открытых и добрых.
И Кук тоже делился столичными новостями, вспомнил свою боевую молодость, как брал с однополчанами Берлин.
Одним словом, в дороге Палвонбек и Кук подружились.
Но, наконец, они нашли пастуха. Тот был настоящий батыр, весил десять пудов! Когда садился на коня, тот бедняга, прогибался аж до самой земли.
Жил тот чабан посреди необъятной степи, где стояла его юрта у колодца с пресной водой.
А рядом была и вторая юрта, в которой штабелями высились ящики с русской водкой, армянским коньяком и советским шампанским, коробки со шпротами и много всякого другого добра. А позади этой сказочной пещеры Али-Бабы – автопарк, где пылились машины «Волга», «Жигули», «Москвич» и мотоцикл «Иж-Планета». И все - без номеров!
Ведь на триста километров вокруг – ни одного гаишника.
Чабан, естественно, устроил пышную встречу, тут же зарезали самого жирного барана.
И вот на этом необъятном просторе расстелили ковер, постелили одеяла. Гости расселись по рангам, по бокам положили подушки. Два сына пастуха принесли ящик водки. Хозяин открыл бутылку, опорожнил в касу – посуду для супа - и протянул гостю. А на столе, ничего, только сухие лепешки и айран – кислое молоко со специями.
Кук, фронтовик, был, конечно, пьющий, но не ведь не в таких лошадиных дозах. Отказался.
Пастух же удивился и позвал жену, которая возилась у котла.
Она мгновенно прибежала, прикрываясь рукавом. Ведь на Востоке не принято показывать чужим мужчинам лицо.
- Выпей за дорогих гостей!
Она посмотрела на сурового мужа, подумала, если откажется, то убьет, и, не раздумывая, хватила касу до дна.
Занюхала грязным рукавом, воскликнула: «Ой, мясо подгорит!» и помчалась к котлу…
Долгая дорога и кызылкумские просторы нагуляли гостям такой аппетит, что они не заметили, как съели барана.
И хотя Амангельды не знал ни слова по-русски, а Кук - по-узбекски, но беседа, которую переводил сам секретарь райкома, была конструктивной.
Амангельды сознался, что если утром на завтрак не съест две курицы, то его организм не выдерживает до обеда. Признавался, что не знает, сколько у него в совхозном стаде своих баранов: тысяча или две? Ведь они плодятся в геометрической прогрессии.
И когда прощались, славный узбекский Гаргантюа достал из своих широких штанин пачку денег – десять тысяч рублей в банковской упаковке.
Новенькие, муха не сидела!
Пастух разорвал упаковку, поделил стопку на глаз пополам и с широкой улыбкой протянул гостям. Но тут Кук, который отроду не держал в руках таких шальных денег, шарахнулся от батыра, как от прокаженного, стал бить себя кулаком в грудь:
- Вы что, я коммунист!..
А раз не взял корреспондент из самой столицы, пришлось отказаться и Палвонбеку. Когда возвращались назад, он всю дорогу сидел, отвернувшись от Кука. Он сожалел о том, что зря прожил этот день, ничего не заработав.
Эх, из-за этого верного ленинца упустить такой куш!
И Кук сидел, прижавшись щекой к холодному стеклу, смотрел на огромные звезды. Думал о том, что если бы не партбилет, то купил бы сыну квартиру, а жене – желанные золотые сережки в форме сердечка…

Источник.

3 комментария

  • ANV:

    «Эпоха застоя, 90-е годы прошлого века.» — если эти годы «эпоха застоя», то сейчас вероятно «перестройка»! )))
    А в Тамды можно было летать на АН-24 за 14 руб. 50 коп в настоящую «эпоху застоя». Сам летал на пару ночей выходных шоб в окрестностях по срочному заказу пресмыкающихся «гадов» половить .

    P.S.
    Аэропорт в Тамды закрыли после разбившегося там ЯК-40.

      [Цитировать]

  • Негрубый Ден:

    мне вот очень интересненько — откуда же тов. Шагаев такую информацию то раздобыл? Мне, как внуку Юрия Константиновича, ничего подобного не известно — особенно, конечно же, порадовало про «купил бы квартиру сыну» Во первых, у Юрия Константиновича дочь, а во вторых — в 90 «застойные»годы купить квартиру за 10 000 РУБЛЕЙ? в общем, «аффтар, пеши исчо»!

      [Цитировать]

  • Шөмекей:

    Больше было бы похоже на правду, если бы пастуха звали Амангелді Бердіқұлов, первого секретаря Палуанбек Назаров, а слова звучали казахские…

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.