Утро в аэропорту (посвящается сотрудникам «Интуриста») Tашкентцы История

РАССКАЗ.

Фахим Ильясов

Раннее утро. Время 05:00. Но солнце уже вовсю спешит показать городу свой горячий хозяйский норов. В эту пока ещё не совсем жаркую июньскую рань, когда птенцы на деревьях уже шумно галдят выражая свой отменный аппетит и просят родителей поскорей подать им завтрак, когда первые трамваи, только - только, со скрипом начинают выезжать из трамвайного парка, а сосед - тандырщик Аскар виртуозно закладывает первую партию лепешек по внутренним бокам накаленного докрасна тандыра, когда летняя сессия - уже два дня как позади, а впереди два месяца каникул, естественно, что игристое шампанское особенно вкусно. Лучи солнца проникающие сквозь широкие окна весело играют с пузырями шампанского в фужере, подчеркивая таинственность и притягательность содержимого. Само вино, ещё даже не выпитое, уже одним своим видом поднимает настроение, будоражит и радует душу предстоящими приключениями на каникулах, предвещает свободу и освобождает от всех забот и проблем. Ну хотя бы, по крайне мере откладывает все эти заботы на потом.

В это время связь с внешним миром представляется в самом радужном свете. В это благодатное утреннее время дня, когда у правоверных все помыслы до и после утренней молитвы должны быть направлены на совершение добрых дел, наш студент был совсем далек от праведных мыслей и молитв. Он вместо мечети сидел в ресторане ташкентского аэропорта и разглядывал бутылку шампанского вина на столе. Студент с наслаждением вспоминал ночные поцелуи с Лалой в подъезде её дома. Это "греховное" дело нисколько не вязалось с канонами правоверного. Впрочем, в те советские годы только небольшое количество верующих с утра планировали свой день для совершения добрых дел и ходили в мечеть на намазы. Ведь согласно кодекса строителя коммунизма, все советские люди всегда и по определению должны были совершать добрые дела, без всяких там молитв в мечетях, синагогах и церквях. Знакомая официантка Наталья приносит к шампанскому плитку шоколада. Студент попросил её принести дополнительно какие - нибудь бутерброды. Наталья приносит тарелку с несколькими вчерашними кусочками хлеба и явно увядшим сыром неизвестного происхождения.
В круглосуточно работающем ресторане аэропорта кроме нескольких застрявших пассажиров ожидающих своего вылета никого нет. Скоро ресторан закроют на санитарный час, так как грядет уборка, а после неё придет другая смена. Из -за уборки на кухне, горячие блюда временно не готовили. А вместо приветливой Натальи заступит на суточную вахту грозная официантка Клара, которая уже промелькнула в коридоре. Клара, при появлении Студента в ресторане(это было в прошлом году во время ташкентского кинофестиваля), как -то грозилась рассказать о его пьянках - гулянках родителям. Стройная и симпатичная Клара раньше работала медсестрой в махаллинской (районной) поликлинике и хорошо знала маму студента. Слава Богу, что она ушла из поликлиники, а то бы точно выдала бы меня, так думал студент. Клара с детьми жила где-то у черта на куличках, под названием "Дорога жизни" в конце Луначарского шоссе. Студент до прошлого года и не слыхивал о такой дороге в Ташкенте. После смерти мужа Клара поменяла диплом медицинского училища имени Боровского на фартук и чепчик официантки. Надо было поднимать двух девочек. На зарплату медицинской сестры это было очень тяжело сделать. Покойный супруг Клары Атабек Холбеков был доцентом и преподавал в Политехническом институте. Он умер пару лет тому назад в 16ой городской больнице после удара кастетом в голову во время драки. Студент кроме этого факта больше ничего не знал, а Клара никому не рассказывала подробности о смерти мужа. Обаятельная Наталья от себя принесла студенту яичницу - глазунью и уговаривала его поесть. Но весь погружённый в какие - то свои думы студент, едва заметным кивком благодарит её. Затем он просит Наташу принести минеральной воды, одному не пьётся даже шампанское, а Алика всё не было. Товарищ встретил знакомых в зале ожидания и о чем - то болтал с ними.

Гулянка у Студента и его друга началась вчера, когда Студент получил за выполнение нескольких работ по переводу технических документов в одной уважаемой организации целых двести сорок рублей. Это были нереально большие деньги для третьекурсника, ещё только позавчера имевшего в кармане пятьдесят копеек на обед и транспорт.

Первая работа заключалась в переводе с русского языка на иностранный названия и инструкции по использованию бытовых изделий производимых одним из богатых комбинатов города. Вторая работа - это перевод с иностранного языка на русский язык толстой книги инструкции японского магнитофона "Акай" и небольшую памятку с нераспечатанной коробки кассет "Sony" для магнитофона. Переводы делались приватно для начальника самого крутого цеха этого же комбината, авторитетного в кругах "цеховиков" Якова Абрамовича Найдина. Всю эту работу по переводу инструкций для Студента организовал его родной дядя, работавший с Яковом Абрамовичем с давних пор. Дядя студента был членом горкома партии и освобожденным парторгом на вышеназванном комбинате.

В кассе комбината студент официально получил сто рублей, а остальные сто сорок рублей ему от себя добавил Яков Абрамович который знал Студента с младых ногтей. Дядя Яша купил дефицитный и суперсовременный магнитофон "Акай" у одного из приятелей Студента вернувшегося из зарубежной командировки на Ближний Восток. Звук стерео магнитофона "Акай" с системой "Долби" был шикарным. Даже отвратительного качества записи кассет с песнями Аркадия Северного, любимого исполнителя дяди Яши, звучали из двух больших и двух маленьких динамиков блестящего и элегантного "Акая" очень даже недурно.

Студент отдал дяде на хранение двести рублей, а себе оставил на разграбление города сорок рублей. Он и его друг детства Алик (Алишер) сперва посидели в кафе "Хива" находившееся на улице Навои рядом с Панорамным кинотеатром. В этом небольшом и полутемном кафе они выпили бутылку шампанского закусив сосисками с "заморской" икрой и зеленым горошком. Затем ноги сами понесли их на сквер.
В кафе "Лотос" на сквере, в компании таких же оболтусов, ребята пропустили по стаканчику крепленного под номером 53 и не спеша двинулись в сторону бара "Зерафшан".
По дороге в "Зарик" Студент с другом встретили знакомую девушку Лалу с подругой. Девчата учились в институте народного хозяйства и жили на улице Дубовой, что на Четвертом Жилгородке. Они пригласили Лалу и её подругу Свету в бар. Ребята и девчата отметили окончание летней сессии, а Студент заодно утопил в сухом вине под названием "Гулоб" тоску от предстоящего нагоняя дома. Выйдя из бара Студент с Аликом поехали провожать Лалу и Свету, предварительно захватив коробку каких - то конфет и бутылку коньяка. По приезду в Четвертый Жилгородок девушки забежали домой, переоделись, отметились перед родителями и вышли к ребятам. Только они расселись во дворе на лавочке, как обнаружили отсутствие стаканов. Кто - то из девчат принес два граненных стакана, половину лепешки и несколько малосольных огурцов.

Кстати, коньяк под малосольные огурчики купленные мамой одной из девушек на базаре у крымской татарки пошел на ура. Наверное ребята сделали новый шаг в искусстве поглощения коньяка. Фронтовой хирург Ашхен Оганян из трилогии Юрия Германа "Дорогой мой человек" писала главному герою врачу Владимиру Устименко, что армянский коньяк надо закусывать исключительно персиком или тоненьким слоем бастурмы, и только такой мужлан как Николай Второй мог придумать чтобы коньяк закусывали лимоном. Но ведь прижилось.
Ко времени откупоривания коньяка подоспели дворовые мальчишки и девчонки, приятели Лалы и Светы.

У одного из ребят в руках был радиоприёмник "ВЭФ - Спидола", у второго вино "Бухори", а двое девушек держали в руках кульки с семечками и пачку московского печенья. Ну, с такими запасами продуктов можно и свадьбу сыграть вслух пошутил Алик. Все громко и от души рассмеялись. Контакт с дворовыми друзьями Лалы и Светы был установлен. По радио передавали концерт эстрадной песни. Под бодрящую музыку ребята и девчата негромко подпевая Владимиру Макарову побежали за последней электричкой, но она опять сбежала и они по шпалам вернулись в зеленый дворик на Дубовой. После окончания концерта артистов советской эстрады, ребята крутя ручку радио случайно наткнулись на удивление чистый и без помех "Голос Америки". Тут все присутствующие в один голос начали петь дифирамбы качеству производимых Ригой радиоприемников. Достать, именно достать, а не то что купить, приемники "ВЭФ - Спидола" было очень трудно, так как в открытой продаже они практически не появлялись. По радио передавали отрывки из книги "Один день Ивана Денисовича" всемирно известного, но опального писателя - диссидента, лауреата Нобелевской премии Александра Исаевича Солженицына. Минут пять или семь ребята наслаждались чистым звуком и слушали про захватывающую жизнь Ивана Денисовича. Но вскоре, ребята из конторы "Глушителей Радиочастот" видать проснулись и "Голос Америки" поплыл, стал непонятным, затем охрип и вовсе пропал. Пришлось вернуться на волну "Маяка". Затем одна из мам девушек начала звать свою дочь домой. Оказывается уже шел второй час ночи. Студент и Алик ещё полчаса прощались в подъезде с девушками, затем они ждали такси на кольце автобуса. Чтобы не будить домашних и избежать родительского гнева за нетрезвый вид, ребята решили до утра отсидеться в ресторане аэропорта. А утром сходить в баню и с ясными очами явиться домой. Такси уже не было, а точнее ещё не было, но водитель частного автомобиля "Жигули 2106" за два рубля с удовольствием подвез их в аэропорт. Студент и его товарищ были немного знакомы с жизнью аэропорта и даже с сотрудниками разных служб аэропорта, а если точнее, то с официантками ресторана, так как в прошлом году они работали на ташкентском кинофестивале и дежурили ночами у воздушных ворот города встречая гостей кинофестиваля.

Вскоре в ресторане появился Алик, он был не один. С ним пришел дежурный переводчик ВАО "Интурист" в аэропорту - Володя Сериков.
Студент и Алик дружили с Володей с прошлого кинофестиваля. Они вместе коротали несколько ночей встречая рейсы с прибывающими иностранцами. Володя был опытным сотрудником, он до работы в "Интуристе" несколько лет работал военным переводчиком в Египте. Под утренние звуки гимна СССР ребята разлили шампанское и пригласили Наташу посидеть с ними, но она в силу своей занятости отказалась. Появилась переодевшаяся в дежурную униформу Клара, она с осуждением взглянула на Студента, но вслух ничего не сказала. После шампанского поднялось настроение, захотелось повторить, деньги ещё оставались. Но Володя Сериков напрочь отверг эту крамольную затею.
Он как представитель "Интуриста" предложил ребятам поработать в летний период. Это была отличная идея.
Суть работы заключалась в суточном дежурстве в аэропорту, во время которой надо было встречать и провожать иностранцев, помогать им с переводами и транспортировкой в отель, а также решать возникающие проблемы и т.д.. Дело оставалось за малым - согласие руководства "Интуриста". Володя сказал, что ребятам надо отоспаться, а завтра с утра прибыть в офис "Интуриста", а он сегодня предупредит своё руководство.

НЕСКОЛЬКО СЛОВ О СОТРУДНИКАХ ВАО "ИНТУРИСТ" .

В те годы руководителем ВАО "Интурист" был Баки Фаязович Саидов, но все сотрудники называли его Борисом Федоровичем. Ташкентское отделение ВАО "Интурист" имело в своем распоряжении великолепных гидов - переводчиков. Фамилии сотрудников знающих иностранные языки не хуже самих носителей языка были на слуху всех отделений "Интуриста" СССР. Назову по памяти всего лишь малую толику имен работавших в ташкентском "Интуристе" в разные годы:

БАКИ ФАЯЗОВИЧ САИДОВ (БОРИС ФЕДОРОВИЧ) --- Управляющий ВАО "Интурист" в Ташкенте. Большая умница, скромный,
интеллигентный, надежная опора всем сотрудникам, такого авторитета какой имел Баки Фаязович больше не было ни у кого
из последующих руководителей. К нему можно было придти по любому вопросу, Баки Фаязович всегда выслушивал, давал дельный
совет и обязательно помогал. Баки Фаязович проделал огромную работу для развития иностранного туризма в Узбекистане.

ВЛАДИМИР СЕРЖАНТОВ -- Высокий, харизматичный, иронично - остроумный, знаток джаза, неплохо играл на саксофоне,
требовательный и строгий руководитель всех гидов. Сержантов никогда не стремился в начальство, хотя имел такие возможности.

ОЛЕГ ТАШХОДЖАЕВ -- Заместитель управляющего ВАО "Интурист" в Ташкенте. Спокойный, рассудительный, мудрый и тактичный человек. Бывало, что сглаживал резкие замечания со стороны руководителя группы - гидов к своим подчиненным. Сотрудники всего "Интуриста" очень уважали Олега за его порядочность. В тандеме с Баки Фаязовичем они работали четко и слаженно. Импозантный, выше среднего роста, скромный и выдержанный Олег Ташходжаев снискал уважение также и сотрудников аэропорта, с которыми "Интурист" всегда контактировал по многим и разным вопросам.

СУПРУГИ ВЯЧЕСЛАВ И ГАЛИНА ФУФАЕВЫ -- Спокойные, никогда не теряющие самообладания в работе с самыми капризными
иностранцами. Супруги Фуфаевы прекрасно знали историю Центральной Азии, а также древнего Ирака и его памятников. Вячеслав Фуфаев хорошо играл в баскетбол.

ЛЮДМИЛА ЛАТЫШЕВА -- Опытный гид, отлично знала не только иностранные языки, но и историю Москвы и Ленинграда. Часто сама
проводила экскурсии на иностранном языке по Москве и Кремлю. Всегда помогала другим гидам.

ЭЛЬВИРА ДЕНИСОВНА МУРАТОВА --- Своим оксфордским произношением диктора Би-Би -Си она сразу привораживала интуристов.
Эльвира Денисовна обладала глубокими познаниями в истории Великобритании и США, и в иногда возникающих за ужином дискуссиях с представителями этих государств, она легко и точно называла факты и даты, а также последующие значения этих фактов в истории стран. Британцы и американцы всегда бывали сражены наповал её умом и эрудицией. Эльвира Денисовна защитила кандидатскую диссертацию и преподавала в ИНЯЗе и Университете, а в "Интуристе" подрабатывала в летний сезон.

ВАЛЕРА ПЕТРОСЯН -- Всегда фонтанировал шутками, любимец французов и арабов, эдакий гасконец "Интуриста". Знаток истории Ташкента, Ферганской Долины и городского музея прикладных искусств.

ГЕННАДИЙ ШИРШОВ -- Элегантный, хладнокровный и эрудированный переводчик, знающий нескольких языков. Специалист по музеям Ташкента. Работал в Ираке, эксперт по истории древнего Вавилона и памятников языческой культуры Месопотамии. Когда Ширшов был на дежурстве, руководство могло спать спокойно.

ЭЛЕОНОРА БАКИЕВА -- Высокая, симпатичная и скромная отличница, кладезь знаний по истории Ташкента и особенно интересно она рассказывала про мечети Старого города.

ВАДИК АВАКЯН -- Неутомимый говорун и юморист, а по совместительству блестящий переводчик и хороший администратор, а также ценитель восточных кухонь. Знал несметное количество анекдотов.

ЛИЛЯ АЛИЕВА -- Красавица, певунья, зажигала в любой компании и была любимицей всех англоязычных туристов. Отлично знала все музеи Ташкента и Самарканда. Её экскурсии по Ташкенту всегда заканчивались продолжительными аплодисментами со стороны иностранцев.

НАТАЛЬЯ САЗОНОВА -- Опытный гид - переводчик и надежный товарищ. Добрая и интеллигентная Наталья была театралкой. Часто сопровождала интуристов в Москву и там старалась попасть хотя бы на один спектакль, причем с интуристами. И хотя иностранцы не понимали многого, но после рассказов Натальи о спектакле оставались весьма и весьма довольными. Отлично разбиралась в древних датах истории всей Центральной Азии. После окончания экскурсий по городу или музеям ещё долго отвечала на вопросы заинтересованных иностранцев.

ЗАХРЕДДИН (ЗОХА) РАДЖАБОВ -- Добрый и отзывчивый товарищ, владеет несколькими языками. Обладает уникальными познаниями
по истории Самарканда, Бухары, Хивы, а Кабула, Герата, Мазари - Шарифа и всего остального Афганистана.

АЛЕКСЕЙ КРАМАРЕНКО -- прекрасный лингвист, патриот Ташкента, битломан, гурман узбекской кухни и любитель англоязычной литературы. Отлично знал все музеи Ташкента. У него была мечта попасть в музей "Битлз" в Ливерпуле.

АЛЕКСАНДР КУСТ - Любитель кофе и сигар, знал ответы на все вопросы по работе такого сложного хозяйства как "Интурист". Профессионал с большой буквы. Знаток английского и американского кино, книгочей и библиофил. Тонкий ценитель иранской поэзии и эксперт по коврам ручной работы из Исфахана и Шираза. Долгое время руководил представительством "Интуриста" в аэропорту. Мечтал снова поработать в Иране, но судьбе было угодно чтобы Саша вместо его любимой Персии работал в Малайзии и Китае.

ВЛАДИМИР СЕРИКОВ -- Самый спокойный, самый добрый, самый отзывчивый и самый уважаемый переводчик в аэропорту. Помогал всем и выручал всех, причем всегда и в любой момент. Имеет энциклопедические знания по истории "The Beatles", "Rolling Stones" и других музыкальных групп. Любил и знал старый Ташкент, Самарканд и Бухару. Со временем стал заместителем управляющего ВАО "Интурист" в Ташкенте.

ВЛАДИМИР МАДИЕВ -- опытный гид - переводчик. Долго работал в "Интуристе". Вырос до управляющего "Интуристом". Серьезный и вдумчивый руководитель.

АЛЕКСЕЙ ЛУНЁВ -- Блестящий знаток истории Европы и особенно Германии, рафинированный интеллигент и опытный гид - переводчик.
Немецкие и швейцарские фрау с первого часа пребывания в Ташкенте и до самого отъезда не отходили от герра Лунёва, покоренные его знаниями, манерами и языком.

НИГМАТ МУРАТОВ, СОБИР ЮЛДАШЕВ, САША САРКИСЯН, САША АХРАРОВ и НИНА ПЕТРЕНКО --- Переводчики. Невозмутимые и доброжелательные профессионалы своего дела. Можно было бы назвать их БРИГАДОЙ, если бы они не работали в разные годы. Все они спортсмены. Например:
Нигмат Муратов - мастер спорта СССР по штанге, специалист высокого класса, много лет работал за рубежом.
Саша Саркисян - прекрасный боксер, кандидат в мастера спорта, отличный специалист, великолепно разбирается в логистике и в работе всех воздушных авиалиний. Вырос до представителя крупной авиакомпании.
Собир Юлдашев - перворазрядник по греко - римской борьбе, закончил ВУЗ в Киеве, знал несколько языков. Мечтал работать в Ираке вместе со своим братом Хасаном. Но ему пришлось работать в другой стране.
Саша Ахраров в юности был главным специалистом по уличным дракам в районе Госпитального рынка. Вместо того, чтобы стать профессиональным бойцом в боях без правил, Саша после школы ушёл от уличных приключений и драк. Он поступил в ВУЗ, а после его окончания около тридцати лет проработал в "Интуристе".
Русоволосая Нина Петренко своей стройной фигурой, ясным и добрым взглядом васильковых глаз сводила с ума как наших мужчин, так и всех иностранцев. Нина прекрасно знала свою работу и её оптимальные решения в работе с иностранцами показывали её незаурядные дипломатические способности.
Все эти ребята и Нина Петренко много - много лет (в разные годы) работали в представительстве "Интуриста" в аэропорту. Они выполняли самую незаметную, самую тяжелую работу, буквально, "таскали рояль" как для интуристов, так и для ВАО "Интурист".

БАХОДЫР РАШИДОВ -- Ответственный сотрудник представительства "Интуриста" в аэропорту. Спокойный и выдержанный сотрудник. Баходыр оставил яркий след как переводчик в городах Сане (Йемен) и Алеппо (Сирия), однако, после возвращения в Ташкент развёлся и всё оставил жене (пардон за тавтологию), а сам долго мыкался по съёмным углам.

ВИКТОР САДОВНИКОВ -- Водитель, он представлялся иностранцам - DRIVER VICTOR. Виктор Батькович (забыл его настоящее отчество) собирался на пенсию и шутя говорил, что за много лет работы водителем в "Интуристе" он выучил следующие слова и выражения на иностранных языках, - "Сенька бери мяч, o кей, ол райт, гудбай, один фрау, один шнапс и на печку".

А также многие и многие другие переводчики, сотрудники отдела приёма и оформления интуристов в гостинице, руководители группы гидов и водители.

Упомянутые сотрудники имели высокий коэффициент интеллекта - IQ, знали по несколько языков и много раз работали за рубежом.
Особенно выделялся своим знанием тонкостей английского языка и умением разговаривать на многих диалектах не только англоязычных стран, но также крупных американских и английских городов, руководитель группы гидов - переводчиков - В.В.Сержантов.
Когда Владимир Сержантов при первой встрече с туристами или с какой - нибудь иностранной правительственной делегацией начинал разговаривать на английском языке, то и американцы, и англичане, и австралийцы, и канадцы сразу принимали егоза своего.

Сотрудники "Интуриста".  Нижний  ряд:    Слева  Вячеслав  Фуфаев,   справа  Владимир  Сержантов.   Верхний  ряд:   Слева   Владимир  Сериков,  а  рядом  Александр  Куст.  Славик   Фуфаев  умер   в   конце  девяностых.  Владимир  Сержантов  умер  в  конце  девяностых. Володя  Сериков  ушел  из  жизни   16  января  2017  года. Александр  Куст  жив,  слава  Богу,  живет  на  "Светлане"  или  метро  "Горького".

АЭРОПОРТ И ПРОВОДЫ В АРМИЮ.

Студент после ухода Володи Серикова и отлучившегося в туалет Алика, сперва задумался о завтрашнем визите в офис "Интуриста".
Затем его взгляд упал на Наталью и глядя на неё он вспомнил свои, совсем недавние проводы в армию в этом аэропорту. Студент и молодые пацаны - призывники в количестве шестидесяти человек с песнями под гитару улетали в Симферополь, а юная и красивая Наталья, стояла вся в слезах от предстоящей разлуки со своим любимым Анатолием.
Призывник Анатолий Поправко, крепко взбитый и вальяжный ловелас небрежно обнимал Наташу и поверх её плеча разглядывал других девочек. Толик Поправко был на несколько лет старше призывающихся пацанов, так как задержался на гражданке из-за учебы в техникуме, а после учёбы пытался откосить от службы. Для этой цели Толик уехал работать механиком в дальний совхоз Сырдарьинской области.
Но, не тут - то было, и в тех дальних от Новомосковской улицы хлопковых краях Анатолия нашла повестка из военкомата. Через три месяца после начала службы, Анатолий Поправко перестал писать провожавшей его Наталье. Анатолий вместе с ребятами из Ташкента служил в Учебном Отряде в Севастополе. Под Новый год, по приказу старшины роты, он поехал перевозить заместителю командира Учебного Отряда капитану первого ранга Каторец тяжелые вещи с дачи домой. Обладающий хорошим чувством юмора Анатолий умудрился не только расположить к себе капитана первого ранга Каторец, но и познакомиться с его супругой и дочерью Оксаной. А с помощью шуток и своего мгновенно таранящего прекрасный пол взгляда, он сразу охмурил миловидную Оксану, но уступающей в яркости статной Наташе. После Нового года "капитанская дочка" начала приходить в Учебный Отряд к отцу, то есть к "Отцу" Анатолию. Оксана просила дежурного мичмана вызвать матроса Анатолия Поправко в кабинет капитана первого ранга Каторец. Они встречались в штабном кабинете отца Оксаны раз или два в неделю, так как в увольнение никого из новобранцев ещё не пускали.

Но по субботам матросам разрешалось ходить в культпоходы, например в театр или на экскурсии в музеи, правда, только строем. В увольнение новобранцам разрешили ходить только в конце февраля. Но многие ребята с удовольствием продолжали ходить строем в культпоходы в Севастопольский академический русский театр. Во - первых это было почти бесплатно, а во вторых, во время спектакля можно было потихонечку сбегать в соседний гастроном, и если рядом с магазином не было военного патруля, то купить бутылку спиртного. А самое главное, в театре была возможность для моряков познакомиться с девушками. В июне, перед выпуском из Учебного Отряда, в легендарном Севастополе поженилась одна счастливая "театральная" пара. Его звали Саша Наянов, он был из Ульяновска, а её Люба Тихонова, она была коренной жительницей Севастополя и единственной дочерью мамы. Отец Любы был подводником и рано ушел из жизни. Саша и Люба познакомились в театре во время спектакля Сирано де Бержерака "Ревнивая к себе самой". После учебы Сашу направили служить в Кронштадт, и Люба вместе с мамой, через три месяца последовали за ним. Знаю, что после окончания службы Саши, они уже не вернулись в Севастополь, а остались в Питере, причем тёща была инициатором всех идей и начинаний в их семье. С обменом севастопольской квартиры на двухкомнатную в Купчино ( это спальный район в Питере), поспособствовали друзья покойного отца Любы. Саша, выходец из простой рабочей семьи, был верным семьянином, обожал жену, любил и уважал тещу и всегда прислушивался к её советам. Именно по её совету он после службы закончил ВУЗ и поработал чиновником в администрации Питера. Затем руководил строительным трестом и помог нескольким бывшим сослуживцам закрепиться в Питере. Студент встретился с Сашей Наяновым в Питере в восьмидесятых годах, и Саша рассказал ему, что он очень рад тому факту, что случайный культпоход в театр , так круто изменил его жизнь, что он прямо с токарного станка попал в дружную, чудесную и интеллигентную семью. Сам Студент, за время службы в Севастополе умудрился посмотреть около десяти различных постановок в городском театре драмы, но никем из прекрасных театралок Севастополя не увлекся.

Матрос Анатолий Поправко, в отсутствие отца Оксаны, чувствовал себя хозяином в его кабинете. Студент, как - то раз, на правах земляка вместе с Анатолием и Оксаной даже выпивал марочный "Портвейн Таврический" в кабинете отца Оксаны. Вино было ароматным и вкусным, и скорее всего из запасов капитана первого ранга. Заместитель командира Учебного Отряда капитан первого ранга Каторец, практически не бывал в своем штабном кабинете, он всё своё время проводил в учебном корпусе, где у него тоже был кабинет. Откровенно говоря, в трехэтажном здании штаба пустовало множество кабинетов, так как офицеры большую часть времени проводили в учебных корпусах и ротных помещениях. Офицеры старались не попадаться лишний раз на глаза командиру части строгому вице - адмиралу Н - ову. А после шести вечера, все офицеры и мичманы сверхсрочники "закрывали море на замок" и отправлялись по домам. В Учебном Отряде оставались только дежурные офицеры и мичманы.

Отцу Оксаны, капитану первого ранга Каторец, вскоре присвоили звание контр - адмирала. А в начале июня, Анатолий и уже беременная Оксана поженились. После окончания учебы в Учебном Отряде, тесть перевел служить Анатолия в Киев, где зять начал готовиться к поступлению в киевское военно - морское училище готовивших политработников.
В отличие от многих девчонок, которые после отъезда своих любимых в армию тут же выходили замуж или начинали встречаться с другими парнями, Наташа честно ждала Анатолия. О том, что Анатолий женился и живет в Киеве, ей написал Марат Ходжаев, сосед Толика по Новомосковской. Наталья хоть и чувствовала неладное, так как писем от Толика не было, но всё равно тяжело переживала его женитьбу. Через год она вышла замуж за парня работавшего инженером в строительном тресте, но у них не сложилось из-за матери мужа. Детей у них не было и они вскоре разбежались. Сейчас Наташа работала официанткой в ресторане аэропорта и разговаривала со Студентом о жизни. В это время вернулся Алик и они попрощавшись с Натальей и подошедшей Кларой ушли.

СТАРЫЙ АЭРОПОРТ.

Здание старого аэропорта в те годы выглядело одиноким исполином на фоне многочисленных шанхайских построек и пристроек, как вокруг аэропорта, так и на его территории. Но уже близился пуск в эксплуатацию нового аэропорта. И судя по информации из центральных газет, написанных казенным и скучным слогом, новый терминал должен был затмить красотой и удобствами все большие аэропорты загнивающих капиталистических стран.
Старый и надежный аэропорт, давний друг всех горожан, он конечно же знал о своих недостатках. Знал о том, что зимой внутри здания холодно, а летом немного душновато. Да и удобства связанные с WC оставляли желать лучшего. Аэропорт знал, что в зале ожидания мало посадочных мест как для пассажиров, так и для провожающих. Скромный и молчаливый аэропорт, он как верный и добрый супруг из анекдота не догадывался, что дни его сочтены. Замена старому зданию в виде модерна из стекла и бетона, начинала вовсю прихорашиваться на соседней строительной площадке. Уже были видны узкие подъездные пути к новому терминалу, похожие на обтянутые джинсами ножки молоденькой девушки.
День ввода нового здания неумолимо приближался, никто не жалел ветерана воздушных ворот города, который сильно сдал из-за недочетов при строительстве, а самое главное из -за плохого и безалаберного обслуживания здания.

Сотрудники аэропорта во время обедов в буфете или ресторане, поедая вкусные зразы или бефстроганов с картофелем фри, только и обсуждали тему скорого переезда в новое здание.
И это несмотря на все богатства буфетов старого здания, в ассортименте которых имелось всё - всё, начиная - от черной и красной икры, жаренных и вяленых кур, индейки, вкусного холодца, разных салатов, горячих сосисок, обалденно вкусно приготовленных гречневой каши и картофеля пюре, богатого набора спиртных напитков, лимонада и даже ташкентской минеральной воды. Да что там ташкентской минеральной, родной всему городу Аэропорт, как щедрый хозяин баловал своих любимых пассажиров настоящим "Боржоми". А ведь такие запоминающиеся подарки старый аэропорт делал именно в летний период, когда в городе всегда были перебои с поставками минеральной воды. Старый и гостеприимный аэропорт, он бывало, угощал своих гостей в жарком июле месяце даже пивом, и не простым, а заморским.
Будущий терминал, будущий капризный любимец города уже украшал свои апартаменты новой системой кондиционирования воздуха, удобными клозетами и многочисленными посадочными местами для пассажиров в залах ожидания. После ввода нового здания в эксплуатацию, город не бросил своего старого и верного друга. Заслуженный ветеран начал служить горожанам в ином качестве. Уступив пальму первенства молодому сопернику, добрый и верный друг не склонил голову.
Старый аэропорт как мудрый аксакал повидавший на своём веку много разных иностранцев, учёных, героев войны и труда, писателей, космонавтов, звезд кино, театра и эстрады, ансамбли "Березка", "Бахор", имени Моисеева, имени Александрова и множество других коллективов, а также "слуг народа", достойно отошел в сторону и стал ближе к простым людям, то есть взял на себя обслуживание всех местных авиалиний.

Аэропорт, аэропорт, сколько разных людей прошло через тебя, чтобы уже никогда не вернуться в этот город. Сколько людей по всему миру вспоминали твоё серое здание и ворота в садике, через которые они шли на посадку. Ворота в садике открывались перед посадкой в самолет, или по прилету в Ташкент добрым и по семейному улыбчивым милиционером, но при появления руководства, сразу становившимся серьёзным и строгим. Наверняка, как ныне живущие горожане, так и навсегда уехавшие из города хоть раз, но вспоминали этого полного и неуклюжего старшину милиции крутившегося в районе выхода на посадку и всегда пахнущего насыщенным запахом плова и самсы. Казалось, что даже его лоснящееся лицо источало жир от плова, или для плова.... Запах плова перебивал даже запах горького пота исходящий от его просоленного казённого кителя. А разве можно забыть диспетчеров и кассиров, эдаких уверенных в себе и полновластных хозяек аэропорта, имеющих возможность осчастливить пассажира и выписать ему авиабилет в нужном направлении. Возможно, что услужливые носильщики, работавшие как старом, так и в новом терминале хоть один раз, но помогали перенести багаж до автомобиля каждой ташкентской семьи. Основной состав носильщиков в аэропорту, практически, не менялся чуть ли не сорок лет. Чтобы войти в этот закрытый клан носильщиков, надо было породниться с одним из них.

Сейчас в ташкентском аэропорту работают дети, внуки, племянники и другие родственники этих носильщиков, причем на разных должностях, и даже на командных. Что тут скажешь, молодцы. А вот дети сотен и сотен бывших сотрудников международного отдела аэропорта (прошу не путать с переводчиками представительства "Интуриста" в аэропорту), тоже работают в разных службах и на разных должностях, но в аэропортах Домодедово, Внуково и Шереметьево, а некоторые из них даже летают пилотами в разных авиакомпаниях всего мира, однако, в Ташкентском аэропорту работают всего несколько человек.

Студенту хотелось, чтобы для всех влюбленных пар, для всех горожан испытавших горечь разлуки, так же как официантка Наталья, в этом старом ташкентском аэропорту, и конечно же для нашего старого и доброго аэропорта звучали рефреном следующие слова из песни поэта Игоря Вознесенского:

Пообещайте мне любовь, хоть на мгновение,
Хочу изведать эту боль, как откровение.
Я за собой сожгу мосты, не зная жалости,
И всё прощу, но только ты,
Люби, пожалуйста, люби,
Люби, пожалуйста, люби.
Люби, пожалуйста.

Аэропорт, Аэропорт, сотни тысяч самых разных людей со своими судьбами и надеждой найти лучшую долю улетали через тебя.
Вот, только сбылись ли их ожидания в полной мере? Дай Бог, чтобы сбылись. Сколько было тяжелых расставаний, но выражаю надежду, что радостных и желанных встреч всё таки было во много раз больше.

Самолеты в старом аэропорту подкатывали почти к самым решетчатым воротам летнего садика. В этом садике внутреннего двора, где с ранней весны и до первых морозов пахло розами, в этом навсегда исчезнувшим "Патио" аэропорта, под виноградными лозами собирались пассажиры перед посадкой на самолёт. После оформления авиабилетов пассажиры вместе с провожающими рассаживались на скамейках. А если не хватало мест, то посадочным местом могли послужить и чемоданы.

В аэропорту есть много разных служб, но одна из самых главных - это служба начальника смены.
Комната начальника смены аэропорта уже давно превратилась в филиал почтового отделения. Родственники, друзья и знакомые начальника смены частенько оставляли какую - нибудь коробку или сумку в этой комнате и просили передать их с кем - нибудь в Москву. Все эти посылки предназначались родственникам и друзьям живущим в Москве.
Начальнику смены приходилось упрашивать совсем незнакомого человека захватить посылку до Москвы. Хорошо, если в Москве встречали этот багаж, а если нет, то человек вез его до дома или гостиницы, а уже оттуда звонил обладателю передачи. При всем при этом, начальник смены всегда успевал выполнять текущую работу. Почти все начальники смен были отличными специалистами, профессионально выполняли свои обязанности, ладили с руководством, а главное умели остудить кипящих от гнева пассажиров. Они действовали как пряником, так и кнутом, но больше пряником. Хотя жалоб со стороны пассажиров было достаточно, но все они были мелкого характера.
Жалобы в основном были на отсутствие нужных авиабилетов, потерю или порчу багажа, задержки рейсов и т.д.. Конечно, когда приспичит, то сразу выписывали авиабилет нуждающемуся человеку, а то и вовсе отправляли без билета. Такое иногда случалось.

ЗЕЛЁНЫЙ СКВЕРИК ПЕРЕД АЭРОПОРТОМ.

С обеих сторон перед зданием аэропорта были тенистые рощи, их рассекали две линии асфальтированных дорог с цветочными грядками и клумбами посередине. На площади перед зданием было транспортное кольцо с цветником посередине. С левой стороны перед входом в здание аэровокзала была стоянка автобусов, маршрутного и городского такси. Чуть поодаль от остановки парковались "Бомбилы".
Троллейбусы, совсем как девчата на танцах в клубе стояли в сторонке, они группировались справа от входа в здание. В скверике перед аэропортом располагались торговцы снедью. На открытом воздухе повара готовили плов, шашлык и самсу. Возбуждающие аппетит человека запахи этих основных блюд города стояли над аэропортом с самого утра и до позднего вечера. Все пассажиры прилетевшие первый раз в Ташкент сразу и наповал бывали сражены ароматами плова, шашлыка, самсы и лепешек. Они без всякой клятвы и присяги навсегда становились верными ташкентцами, готовыми в любой момент помочь городу в неравной борьбе с пловом и шашлыком. Ведь сколько бы ни приехало в город гостей, сколько бы ни поедали сами жители, но в этой неравной схватке всегда побеждали плов и шашлык. И так длится уже много - много веков.

Город всегда принимал огромное количество иностранных туристов, а ещё больше отечественных. Группы туристов приезжали со всех уголков Советского Союза. Среди отечественных туристов выделялись жители российской глубинки. Большинство из них носили на голове белые кепки. Устаревшие фасоны этих кепчонок выглядели ужасно некрасиво на головах туристов. Обязательным атрибутом этого джентльменского набора служили уродливые сандалии на ногах мужчин вместе с застиранными блекло - коричневыми носками, иногда даже без резинок. Впрочем носки абсолютно всегда солировали в летней одежде туриста. Носки могли быть в разноцветную клеточку, черными, желтыми, серыми, красными и даже белыми, но они только подчеркивали несуразность обуви отечественного туриста.

Бывало, что вылет рейсов в условный Новосибирск откладывался на пару - тройку часов. Складывалось впечатление, что сибиряки только радовались этому факту. Они всем автобусом шли в садик перед аэропортом и создавали там очередь за шашлыком и пловом.
Туристы рассаживались за переносными столиками, откуда - то появлялись бутылки и народ начинал на "посошок" поедать полюбившиеся им блюда. За высокой живой изгородью со стороны дороги людей практически не было видно. Через пару - тройку часов отъезжающих туристов с трудом собирали экскурсоводы на посадку.

С иностранцами было немного по другому. Большинство иностранных туристов после тестирования плова, уже через полчаса начинали хвататься за животы, несмотря на все предупреждения о возможных расстройствах желудка. Но разве можно было удержаться от дурманящего запаха плова. Плов готовили во многих местах вокруг аэропорта. В первую очередь его готовили в ресторане аэропорта. Но там плов был среднего пошиба. Плов отменного вкуса готовили в нескольких местах перед зданием аэропорта. Казаны с пловом, неимоверно раздражающим своим запахом ноздри человека, томились на открытом воздухе по обеим сторонам площади перед аэропортом, а также недалеко от гостиницы "Космос".
Запах и дымка от казанов с пловом, от тандыров с самсой и лепешками, а также густой и белый дым от мангалов с шашлыком окутывали площадь аэропорта совсем как лондонский туман.
Впору было объявлять задержку рейсов из-за тумана. Аппетитнейший аромат тумана - мечты эпикурейца, привораживал и заманивал к казанам и мангалам не только иностранных и советских туристов, но и сотрудников всех служб аэропорта, а также снующих взад - вперед подозрительных постояльцев серой и безликой гостиницы "Космос", как и вечно оглядывающихся по сторонам сотрудников милиции, которые бросили свой штабной якорь прямо в отсеках "Космоса".
Ну и конечно туман от казанов и мангалов притягивал также жителей нашего города, которые всегда радостно встречали рейсы Аэрофлота, но озабоченно и грустно провожали своих близких. Казалось, что провожающие усмиряли свою безутешную горечь и тоску от разлуки с родственниками поеданием плова, шашлыка и самсы. А серьёзные снаружи, но добрые внутри водители общественного и частного транспорта считай были самыми преданными клиентами точек общепита вокруг здания, так как ежедневно проводили по много часов в аэропорту и заслуживали обслуживание по первому разряду, а самое главное без очереди.

Народу комфортно сиделось в скверике перед зданием аэропорта. Специальные машины в день по несколько раз поливали дороги вдоль садиков прибивая пыль, а садовники поливали водой из шланга деревья, цветы и траву. Под тенью разных видов деревьев недалеко от казана или мангала, проголодавшийся путник мог позволить себе небольшой аэропортовский пикник с шашлыком и пивом. Некоторые московские переводчики после посадки самолета оставляли своих иностранцев на попечение сотрудников "Интуриста", а сами чуть ли не бегом направлялись в сторону казана с пловом или дымки от шашлыка. Пока иностранные гости заполняли ваучеры, ожидали свой багаж и его погрузки в автомобиль, гиды успевали поесть и вернуться к своим подопечным. Но бывало, что сотрудникам ташкентского "Интуриста" приходилось выручать московского коллегу и вместо него сопровождать гостей до гостиницы, так как прилетевший переводчик начинал оттягиваться под шашлык крепкими напитками. Особенно этим увлекался знающий несколько языков гид - переводчик Олег Васильевич из Питера. А выпив он любил помузицировать. Частенько, во время обеда, приняв граммов двести беленькой, Олег Васильевич садился за фортепиано и играл классическую и популярную музыку срывая аплодисменты не только иностранцев, но и всех присутствующих в зале. А рестораны и бары отеля "Узбекистан" всегда были заполнены народом. Откровенно говоря, большинство московских и питерских гидов сопровождали иностранцев в Ташкент уже многие годы и со временем становились хорошими приятелями. Приходилось их выручать. А случалось, что наклюкавшись вместе с приезжим гидом, дежурный переводчик ташкентского "Интуриста" отправлял москвича в гостиницу "Узбекистан" на дежурной машине, а сам шел отсыпаться в каморку ресторана, где знакомые официантки Наташа и Клара хранили скатерти и полотенца. Благо, что в аэропорту в разгар сезона дежурили по два сотрудника "Интуриста", да и сотрудники международного отдела аэропорта выручали ребят.

Международный отдел аэропорта располагался на втором этаже. Вход в него был по лестнице с внутренней стороны правого крыла здания.
По обеим бокам здания были решетчатые ворота, за которыми находилась парковка для служебных автобусов и легковых автомобилей. Также на втором этаже, но уже напротив международного отдела находился ресторан. Это было популярное заведение среди любителей европейской кухни. Там готовили совершенно чудесные бефстроганов с картофелем фри, аппетитный лангет, настоящие зразы и знаменитые расстегаи с бульоном, а также деликатесные рыбные блюда и всевозможные салаты. По своим вкусовым качествам эти вышеназванные блюда были лучше чем во многих московских ресторанах. Также в ресторане готовили вкусные блинчики с творогом, пальчики оближешь! Увы, сейчас блинчиков с творогом такого же отменного вкуса и качества уже не найти во всем городе. Шеф - повар ресторана, кажется его звали Николаем, был лауреатом многих международных и всесоюзных конкурсов кулинаров.

О работе международного отдела ташкентского аэропорта можно говорить много. Международный отдел аэропорта работал как хорошо отлаженные швейцарские часы известной марки, которые носит на правой руке президент РФ. А бессменный руководитель международного отдела аэропорта --- Эмма Константиновна Фрейтаг, как турбийон высокоточного часового механизма, всегда корректировала ход работы своих подопечных. Жалованье у сотрудников было невысоким, но так как Аэрофлот всегда перевыполнял план то, соответственно, все получали неплохие премии, поэтому ребята и девушки из международного отдела дорожили своим местом работы.
Про вскоре построенный новый терминал не пишу, так это уже совсем другая песня. Но вот ассортимент буфетов в этом новом и красивом здании для тех лет был скудным и невкусным, по сравнению с едой в буфетах и ресторане старого аэропорта.

P.S.
Студент и Алик отработали чуть более двух месяцев дежурными переводчиками в представительстве ВАО "Интурист" в аэропорту. Жаркое и красное лето 197..... года было очень интересным и насыщенным периодом, богатым на встречи с самыми разнообразнейшими людьми, начиная от интуристов из многих стран и до знаменитых советских и даже зарубежных певцов, актеров и других представителей шоу - бизнеса. Бывало, что эти знакомства плавно переходили в гулянки. Ребята набрались опыта работы с людьми из разных стран и разных национальностей. Студент и Алик (он сейчас доктор наук, профессор), вспоминают с теплотой ребят из "Интуриста", сотрудников аэропорта, международного отдела аэропорта и ресторана. Сами ребята уже больше никогда не работали в "Интуристе".

Бывшая официантка Наталья, ещё раз "сходила" замуж, родила сына и развелась. Больше официальных браков у неё не было, хотя были серьёзные и долгие отношения с одним из сотрудников "Интуриста". Уже в восьмидесятых годах Наталья начала "челночить", сперва возила товар из Прибалтики, а затем из - за рубежа. Сейчас Наталья Владимировна совместно с сыном владеет несколькими небольшими обувными магазинами в Мытищах и Пушкино. Про Анатолия Поправко она ничего не знает, впрочем как и Студент. Грозная официантка Клара Ахадовна вышла замуж за сотрудника силовых органов и уехала в Алма - ату ещё в конце семидесятых.

Студент, в каждый свой прилёт в Ташкент, выходя из здания аэропорта по привычке поворачивает голову в сторону старого здания аэропорта и принюхивается, чтобы уловить аромат плова и дымки мангала. Но уже не пахнет вокруг терминала пловом и шашлыком, все вкусные ароматы, даже если они где - то и есть, перебивают выхлопные газы автомобилей.

P.P.S.

Февраль. Достать чернил и плакать!
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочущая слякоть
Весною черною горит.

Достать пролетку. За шесть гривен.
Через благовест, чрез клик колес,
Перенестись туда где ливень
Ещё шумней чернил и слёз.

Борис Пастернак.

Пишу эти строчки в феврале с надеждой, что кто - нибудь из ветеранов ташкентского отделения ВАО "Интурист" достанет чернила и напишет хоть небольшие воспоминания об этой могущественной организации, о его талантливых сотрудниках, о Ташкенте, об иностранных гостях, которые часто и помногу раз приезжали к нам - Back in USSR.

8 комментариев

  • Елена Петковска:

    Господи, как же тепло написано, прямо снова захотелось туда, в этот «лондонский» шашлычный туман, в то, старое здание аэропорта. И вообще — в то время. Эх…

      [Цитировать]

  • Лёлик:

    По утрам шампанское пьют аристократы и дегенераты.© «Бриллиантовая рука»
    «Интурист», в СССР, был мощнейший трамплин в другую жизнь.

      [Цитировать]

  • Зухра:

    Что-то я не припоминаю точек общепита вокруг старого аэропорта…. но устройство его и расположение служб помню. Слева от главного входа под конец устоили стоянку такси, на которой за ограждением вилась огромнная очередь приезжих с чемоданами.
    Когда мы с братом встречали родителей и видели, что они уже спускаются по трапу, брат подниал меня и «переставлял» за ограду и я бежала навстречу маме)))) Помню те розы на аллейке перед фасадом и по две стороны со стороны летного поля…. Между зданием и летным полем тоже посередине шла длинная разделительная клумба со скамейками с двух сторон. Позади скамеек были низкие решетки и опять розы, розы… А сам основной зал был основательный, но темный, со стойками регистрации с двух сторон.
    Пркрепляю фотографию начала 60х, сделанную с внутренней стороны аэропорта. На ней известные люди: слева директор института востоковедения АН УзССР Сабохат Азимджанова, посередине дама в черной шляпке Татьяна Георгиевна Хатисова — жена востоковеда Якубовского, известный специалист в области французского языка и литературы…. а девочка в бертке — я.

      [Цитировать]

  • Fahim Ilyasov:

    Спасибо большое Зухра за прикрепленную фотографию и комментарии. Многочисленные точки общепита располагались в нескольких местах вокруг здания аэропорта. Было несколько мелких столовых по обеим сторонам от входа в терминал. Хорошо помнюих, так как в них одно время работали мои соседи с Кукчи. Но кроме столовых были ещё и другие точки общепита. Плюс ко всем этим точкам прибавлялись так называемые «выездные» казаны из столовых принадлежащих внутренней территории аэропорта и также гостиницы «Космос». Ошпазы продав плов сворачивали свою деятельность и казаны отвозились восвояси. Казаны были не такими гигантскими, как например в Центре плова рядом с теннисными кортами, а килограммов на десять — двадцать. Некоторые столовые умудрялись готовить плов два раза в день. А несколько раз в неделю небольшой «выездной» казан из бара международного отдела Аэропорта тоже радовал простых пассажиров пловом. Но самой вкусной пищей в буфете старого аэропорта были блинчики с творогом и жареные пирожки с картошкой. А самые вкусные, просто тающие во рту бефстроганов с картофелем фри подавали в старом ресторане.

    P.S. А фотография очень интересная, да ещё с востоковедами. Спасибо!!! К сожалению, у меня нет ни одной фотографии старого здания аэропорта.

      [Цитировать]

    • Зухра:

      Что-то я не припоминаю там терминалов))) После регистрации выходили «во двор» и шли по аллейке к решетке, через воротца в решетке прямо на летное поле и пешочком к ИЛ-18))) Я любила наблюдать как заводили винты и они крутились в одну сторону, а в какой-то момент казалось, что они закрутились в обратнуюю сторону.. и рев стоял от моторов…а мы стояли и смотрели, пока самолет оттаскивал тягач, а потом он отруливал и взлетал, и только тогда уходили домой.

        [Цитировать]

      • Fahim Ilyasov:

        Уважаемая Зухра, здание аэропорта в современной интерпретации часто обозначают словом терминал. Мне не нравится это слово, но оно уже прочно вошло в русский язык, впрочем как десятки тысяч других слов. У русского языка есть одно хорошее свойство, после внедрения в него нового слова, он долго пережевывает его, затем понемногу переиначивает его первоначальное значение. Проходит время, новое слово в русском языке меняет окончание, ему добавляют суффиксы и новое иностранное слово имеет уже совсем противоположный смысл. В результате этих изменений, появляется новое, исконно русское слово.
        В аэропорту Шереметьево есть терминал — Е, откуда вылетают в Ташкент. Если перевести на современный язык вылеты из старого ташкентского аэропорта семидесятых годов, то как мы все помним, там был всего один зал для оформления и регистрации рейсов. Значит можно было бы обозначить наш старый аэропорт как терминал — А.

          [Цитировать]

  • Программист:

    В 1973 году я учился в институте. Научился программировать. Преподаватель по материаловедению попросил меня отладить написанную им программу. За зачет. Вечером я встречал маму из Ленинграда. Сидел на скамеечке среди прекраснейших цветочных клумб аэропорта. Делать было нечего и я стал разбираться в полученной программе. Пришел к выводу, что нужно написать программу по другому алгоритму. И я стал писать новую программу. Самолет задерживался и, к прилёту моей мамы, мне удалось закончить. Прямо вдохновение охватило меня в аэропорту.
    Программу передал преподавателю. Она ему понравилась на столько, что мне выписали премию в размере стипендии. После моего окончания института, эта программа проработала ещё 15 лет, до утилизации тех компьютеров. А я заработал первые деньги за программирование.
    Вот так всю жизнь и посвятил этой профессии.

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.