Я родился в России… Tашкентцы История

Tashkent Retrospective:

Я родился в России, в городе Ташкенте. Рядом с Собором, Госпиталем и Базаром на берегу речки Чульи. Летом по ночам, когда мы спали с распахнутыми окнами, шумел близкий вокзал, шумела железная дорога, которую делали мои прадеды. Этот железный шум и крик маневровой «кукушки» перекрикивали сверчки. Тише слышался Аэропорт с рокочущими восемнадцатыми «Илами» и высоко свистящими «Тушками».

С крыльца прадедовского дома на Тезиковке в ясную жаркую погоду я видел снежные вершины гор, до которых были сотни километров. Памир — Крыша мира. Эти же горы изображали на сигаретах.

У старшего приятеля первоклассника и второгодника Сереги я учился курить (украл у отца сигарету из пачки «Памира») и писать по-русски (листки бумаги, исчерканные загогулинами, предупреждали об опасности и развешивались по двору на железные шкафы с газовыми баллонами).

Чуть позже, года в четыре, от друзей я узнал, что дальше на Север есть большая Россия совсем непохожая на нашу, Россия с лесами, с озерами и речками посреди этих лесов. Когда я слушал о ней, глаза у меня стекленели, и я смотрел внутрь себя, видя всю эту сказочную красоту, среди которой родились мои прадеды и прабабки.

Боже, как мы мальчишки любили ту неведомую далекую Россию, и слушали невероятные истории побывавших там сверстников. Они, конечно, бессовестно врали и преувеличивали, и описывали войну с немцами, которая недавно была там, показывая ржавые гильзы и немецкие монеты. Они рассказывали о героях-партизанах, совсем не похожих на безногих инвалидов, обутых в подшипниковые каталки, что сшибали копейку на бутылку вина у ворот Госпитального базара.

Рассказчики и сами были среди нас героями.

Летом 62-го или 63-го родители возили нас с сестрой к морю. Через Москву. Я увидел лишь краешек Кремля и невероятно высокую стену книгохранилища ленинской библиотеки, напротив которой мы ночевали в квартире у знакомых. Вечером прилетели и ранним утром улетели. Сказочную Россию я так тогда и не увидел.

Это произошло лишь в 1964 году в Июне. Я увидел лес по дороге из Внуково в Москву. Сердце уходило глубоко в пятки от строя берез, и волосы становились дыбом. Эту радость, как щекотку, казалось, невозможно пережить. С отцом мы ехали в «известинскую» Пахру почти на целый месяц.

После я сладострастно рассказывал своей тизяковской босоте о нашествии Наполеона, о французах, которые пировали в Манькином кабаке, подлинные развалины которого я видел на Манькиной горе. Я, должно быть, что-то врал про найденные кремневые пистолеты и шпаги. Но и без этого вранья с походами за грибами и встреченной на тропе гадюкой (что там гюрза или стрелка, или сушеный варан!) в остекленевших глазах своих слушателей я видел себя во всем своем геройском величии.

Вскоре после ташкентского землетрясения мы уехали в Ярославль, в места дивные и чудесные. Но там зимой очень морозной я затосковал о другой России, где я родился, о Ташкенте. Затосковал бессмысленно и отчаянно. По бесцветному зимнему небу, по дождю и глиняным дувалам с облупившейся побелкой, по родне, которая осталась там.

В русское сердце имперское чувство входит с тоской от масштабов великой Отчизны, и нужно созреть, возмужать и научится у России любви ко всему великому и необъятному, как не сразу привыкаешь к очень быстрой езде, о которой говорил Гоголь.

Мой прадед со стороны матери Яков Пархоменко происходит из воронежских малороссов, украинцев, хохлов, которого царская полиция за революционную деятельность сослала в Асхабад на обустройство железной дороги. Там он и погиб бесславно от рук защитников отечественного порядка во время расклейки возмутительных листовок осенью 1905 года. Другой прадед Михаил Тимофеевич Борисов был великороссом с Волги — из Поники, что под Симбирском. Он был другом Якова Пархоменко, но не любил революционеров: двух его сыновей они соблазнили в свою веру. Этого единственного прадеда я и застал живым. Он успел повоевать и за белых и за красных, скончался 5 Декабря году в шестьдесят четвертом, в глубокой старости.

Мать отца наполовину шведка. Ее мать — русская — Евдокия Ильинична, отец же Карл Классон. Он тоже работал на железной дороге. Они в прошлом веке приехали в Туркестан из Виленской губернии — город Дубенка. Сейчас там Польша, но это тоже Россия. Мой дядя — Леонид Болотин, для домашних — Лека, сложил свою голову на нашей земле в Латвии в 1944 году.

24 Февраля 1995 года.
Из сборника «Слушая сверчка» Леонид Болотин.
Историк, публицист и общественный деятель.
Родился 5 декабря 1957 года в Ташкенте в русской семье журналиста Е.М.Болотина и преподавательницы русского языка и литературы Ларисы Сергеевны, урожденной Пахоменко. С малых лет увлекался отечественной историей и литературными опытами.
С 1968 живет в Москве, трудовую деятельность начал в сент. 1974 грузчиком на овощебазе. Окончил в 1980 факультет журналистики МГУ, работал в газетах и журналах.

Источник: ruskline.ru/analitika/2009/07/23/ya_rodilsya_v_rossii/

9 комментариев

  • Русина Бокова:

    А у меня в самую мою первую московскую зиму после ташкентского климата были жуткие лицевые боли. Я застудила тройничный нерв и мне от болей казалось, что это снег и мороз меня душат. В первый же настоящий московский морозный день- а было минус 40, я на улице потеряла сознание. Теперь же я плохо переношу даже московскую жару, зимой расцветаю от радости, так как 22 года назад стала МОРЖОМ

      [Цитировать]

  • Светлана:

    Имперские замашки прямо какие-то у автора…Россия без конца и края.

      [Цитировать]

  • Бывает...:

    Прадед моего знакомого тоже родился в России, недалеко от Сан-Франциско, и прабабка тоже родилась в России, в форте Ситка, Аляска. Поэтому моего знакомого постоянно тянет в Россию.

      [Цитировать]

  • Gangut:

    Повезло Ташкенту — Проханов в Тбилиси родился. )))

      [Цитировать]

  • Мих. Мачула:

    Никакого «имперского гона» у автора нет. Он высказывает свои ощущения и переживания, своё личное, если хотите, мнение. Вы что же даже в этом ему отказываете, в праве на собственное мнение?
    Кроме того в ваших комментариях просматривается откровенный конформизм, что никогда не украшало думающего человека. Мы можем войти в ваши обстоятельства, но это не дает вам право сворой накидываться на человека, позволившего себе высказать мнение, отличное от вашего.
    Вот здесь, кстати о конформизме: http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_philosophy/555/%D0%9A%D0%9E%D0%9D%D0%A4%D0%9E%D0%A0%D0%9C%D0%98%D0%97%D0%9C

      [Цитировать]

  • Иностранный местный:

    Арык Чилья никогда не тёк на «тезиковке», он пересекая ул. Полторацкого между ул.Фисташковой и 2-м Кафановским проездом, в районе Кенафной фабрики, впадал в канал Салар, так что автор тут лепит что попало…

      [Цитировать]

    • татьяна:

      Автор не «лепит,что попало»!Просто Вы невнимательно прочитали изложенное.Он пишет,что «родился на берегу Чаули» или как мы ее называли Чульи,а на Тезиковке был дом его прадеда.А вот у Вас вкралась неточность — между Чульей и кенафной фабрикой были еще 3-я детская инфекционная больница и баня с «вошебойкой» и парикмахерская.

        [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.