Большое путешествие по маленьким горам Фото

© Сергей Дёнин (Protey)
Фотоснимки автора и Ильмиры Дёниной (И.Д.).

Обычно при слове «горы» мы представляем заснеженные пики, манящие своей красотой и неприступностью. Сложно изменить устоявшиеся фото- и кинематографические штампы, но горы это не только завораживающие виды и альпинистская романтика, но одна из важнейших форм рельефа, формирующая климат нашей планеты и влияющая на многие сферы деятельности человека.

sd04_12_002new

Горы с восточной стороны Ташкента. В 30 км от городской кольцевой автодороги высоты достигают 1000 м над у.м. На расстоянии 60 км пиковые высоты превышают 3000 м. Ещё через 30-40 км на высотах более 3500 м – ледники и «вечный» снег, до поздней осени питающие главные горные реки долины Чирчика: Чаткал, Пскем, Угам и Коксу.

В наших жарких краях горы без преувеличения источник жизни. Ведь хребты создают препятствие для холодных северных масс и иссушающих пустынных ветров, снижают суточные и сезонные колебания температуры, накапливают влагу и тем самым формируют зоны с благоприятным для проживания климатом. Кроме того в горах естественным образом вскрыты горные породы из которых относительно легко извлекать полезные ископаемые, что во все времена привлекало людей и способствовало заселению предгорных участков и освоению гор в целом.

sd16_17_002
Грот Оби-Рахмат – прибежище обитателей рода Homo среднего палеолита.

История пребывания человека в горных районах насчитывает многие тысячи и даже десятки тысяч лет. К примеру, в результате археологических исследований в гроте Оби-Рахмат на Чаткальском хребте (Ташкентская обл.) установлено, что культурные слои на месте стоянки древнего человека непрерывно накапливались в период с 70 до 40 тысяч лет назад.

sd16_17_011
Вид из грота Оби-Рахмат. Вряд ли за последние 40 тысяч лет очертания окружающих гор сильно изменились.

Благоприятные условия предгорий и межгорных долин способствовали появлению оседлых форм ведения хозяйства и возникновению экономических и культурных центров, напрямую связанных с горами. В ряде случаев географическая обособленность способствовала возникновению государственных образований в пределах естественно ограниченных территорий, а границы некоторых античных и средневековых государств практически не выходили за пределы бассейна единственной реки. К примеру: Илак – в долине реки Ахангаран, Чач – в долине р. Чирчик, Уструшана и Согд – в долине р. Зеравшан.

Тепе в маленьком кишлаке Теракли по Абджазсаю (Курминский хребет) на высоте ок. 1200 м над у.м. На подобных искусственных холмах в наших предгорьях устраивались поселения с конца 2-го тысячелетия до н.э. и до начала эпохи Тимуридов (конец 14 века). Наглядная иллюстрация исторической преемственности – современные кишлаки на местах древних поселений.
Тепе в маленьком кишлаке Теракли по Абджазсаю (Кураминский хребет) на высоте ок. 1200 м над у.м. На подобных искусственных холмах в наших предгорьях устраивались поселения с конца 2-го тысячелетия до н.э. и до начала эпохи Тимуридов (конец 14 века). Наглядная иллюстрация исторической преемственности – современные кишлаки на местах древних поселений.

Очевидно, что разные горные массивы и предгорья осваивались по-разному. Если широкие горные долины Тянь-Шаня и Гиссаро-Алая с полноводными реками и огромными плодородными поймами способны прокормить миллионы людей, то низкие засушливые отроги и невысокие маловодные горные массивы могут «приютить» лишь небольшие кишлаки или отдельные усадьбы. Зато благодаря невысокой привлекательности для захватчиков такие уголки реже подвергались опустошительным набегам и политико-экономическим пертурбациям и потому сохранились в большей «первозданности» по сравнению с урбанизированными центрами.

Отлично сохранившееся поселение первой половины 1 тыс. до н.э. в долине р. Кызылсай (левый приток р. Чирчик).
Отлично сохранившееся поселение первой половины 1 тыс. до н.э. в долине р. Кызылсай (левый приток р. Чирчик).

В малонаселённых и неосвоенных горных уголках до сих пор можно повстречать следы древнего рудного промысла и ирригации, следы поселений и руины, наскальные рисунки древних художников и надписи средневековых путешественников, а также живую природу в меньшей степени пострадавшую от близкого соседства с человеком.

Проехав буквально несколько десятков километров от крупных магистралей можно попасть в мир с укладом жизни из смеси исторических традиций и достижений современной цивилизации. Где люди не диктуют природе свои условия, но приспосабливаются к ней. Где существуют ценности, совершенно непонятные жителям суетных городов. Где стёрта граница между прошлым и настоящим.

Весеннее путешествие сезона 2016 года мы посвятили низкогорной «глубинке». Наш маршрут пролегал мимо небольшого останцового кряжа Писталитау, возвышающегося на южном берегу озера Тузкан. Через Северный и Южный хребет Нуратау и по Зирабулак-Зиядинским горам. Несмотря на то, что эти горные образования центрального Узбекистана обозначены лишь на детальных картах, нисколько не умаляет их привлекательности для любителей природы, истории и путешествий, а значит пора в путь.

id16_09_012
В горах Писталитау. Вдали виднеется северный Нуратинский хребет. (Фото И.Д.)

На первый взгляд сухой и обветренный хребет Писталитау максимальной высотой 542 м и длиной менее 30 км ничем особо не примечателен. Но заехав вглубь ущелий на несколько сот метров, попадаешь в другую природную зону – окраина пустыни Кызылкум с присущей её полупустынной растительностью превращается в горную степь с сочной зеленью. Несмотря на то, что Писталитау сухой хребет и с него не вытекает ни единого ручейка, горы накапливают достаточно влаги за зимний период, чтобы питать растения, обычно растущие в более влажных местах.

Повстречавшийся нам в Писталитау симпатичный, но агрессивный «варанёнок» демонстрировал весь защитный арсенал взрослого животного: оскалившись, бросался на протянутые руки, шипел, раздувался и настолько яростно хлестал хвостом, что при ударах заваливался на бок.
Повстречавшийся нам в Писталитау симпатичный, но суровый «варанёнок» демонстрировал весь защитный арсенал взрослого животного: оскалившись, бросался на протянутые руки, шипел, раздувался и настолько яростно хлестал хвостом, что при ударах заваливался на бок.

Название горного хребта «Писталитау» отсылает нас к узбекскому слову «пистали» – фисташка. Но по моим наблюдениям ни на данном хребте, ни на окрестных возвышенностях фисташка не встречается. Отроги Нуратинских гор, к которым геологи относят Писталитау, покрыты обычными для большинства тянь-шаньских и гиссаро-алайских предгорий разреженными зарослями миндаля колючейшего. Так что с точки зрения ботаники более уместным было бы название «Бодомчатау». Хотя возможно, что во времена возникновения топонима здесь могла расти фисташка.

В известняках Писталитау в изобилии встречаются окаменелые следы древней морской жизни. Строматопоры. Поздний девон, 383-372 млн. лет назад. [1] [2]
В известняках Писталитау в изобилии встречаются окаменелые следы древней морской жизни. Строматопоры. Поздний девон, 383-372 млн. лет назад [1, 2].

Пересекая наутро 20-километровое равнинное пространство между Писталитау и Северным Нуратинским хребтом, мы повстречали огромные стаи журавлей, пасущихся на степных просторах. Никогда прежде я не видел столь крупного скопления этих грациозных птиц в одном месте.

Журавли. (Фото И.Д.)
Журавли. (Фото И.Д.)

Я не знаю других мест в Узбекистане, где на расстоянии всего в несколько километров можно наблюдать такое же многообразие природных зон, как в северном Нуратау. Подъезжая к горам, в сотнях метров от пустынных подножий в сухих руслах из ниоткуда появляется чистая прохладная вода и ущелья покрываются сочной травой. Ещё несколько сот метров вверх и укосный травостой сменяется густым кустарником и заболоченными лугами, а за ними уже темнеет хотя и не протяжённый, но местами непролазный горный лес. Ещё немного вверх и заросли редеют, а взору открываются каменистые и щебнистые выжженные горные склоны со степной и полупустынной растительностью. И лишь подпитываемые грунтовыми водами ярко-зелёные пятна мочажин разнообразят унылый буро-жёлтый пейзаж.

И хотя годовой прирост ивы в годы активного роста (10-30 лет) может достигать двух метров в высоту, исполины с подобным обхватом ещё могли застать караваны, двигающиеся на север из долины Зеравшана.
И хотя годовой прирост ивы в годы активного роста (10-30 лет) может достигать двух метров в высоту, исполины с подобным обхватом ещё могли застать караваны, двигающиеся из долины Зеравшана на север.

Очевидно, что горная пастораль на краю пустыни издревле привлекала человека и потому здесь в изобилии встречаются отголоски прошлого: петроглифы, следы ирригации, выположенные рукотворные террасы, загоны для скота, горные выработки и т.п.

Тысячелетиями вода точила себе путь сквозь скальную породу.
Тысячелетиями вода точила себе путь сквозь скальную породу.

В настоящее время многие нуратинские ущелья по-прежнему обжиты и вдоль мелких горных речушек на километры растянулись небольшие живописные кишлаки.

Из подобных родников начинается большинство нуратинских ручьёв и речушек.

В очередной раз полюбовавшись на своеобразие нуратинской природы и вкусив прохладной воды из родника, мы выехали из ущелья на трассу.

Дорожные встречи. Крупные перламутровки (Argynnis pandora) подчас настолько увлекаются вкусностями, что не обращают на фотографа ни малейшего внимания.
Дорожные встречи. Крупные перламутровки (Argynnis pandora) подчас настолько увлекаются вкусностями, что не обращают на фотографа ни малейшего внимания.

Причину нового подозрительного стука по правому борту автомобиля, замеченного при выезде на шоссе, при поверхностном осмотре обнаружить не удалось. А так как лишние звуки со стороны подвески могут быть предвестниками серьёзных проблем, было решено детально осмотреть транспорт в ближайшем автосервисе.

Количество населённых пунктов вдоль Нуратинских гор и их размер не вселяет уверенность в решение дорожных проблем, но нам повезло – в нескольких километрах впереди лежал довольно крупный Янгикишлак.

Установленный в центре Янгикишлака «памятник погибшему в автосервисе автомобилю» оптимизма не вызывает.
«Памятник погибшему в автосервисе автомобилю» в центре Янгикишлака навевает грустные мысли…

На яме даже мой невооружённый автомеханическими знаниями взгляд, направленный замасленным пальцем местного авто-гуру, без напряжения отметил серьёзность проблемы. Верхний кронштейн правой передней пружины частично отломился от рамы и требовал основательных сварочных работ по восстановлению целостности. Настроение ухудшилось…

Все взгляды на Волшебника Механика, в руках которого дальнейшая судьба путешествия. (Кадр из видео фильма; съёмка – И.Д.).

Привычный к недоразвитому столичному автосервису я рисовал себе безрадостные картины предстоящего «квеста» по поиску сварщика в окружающей глубинке. Но благодаря знанию узбекского и самоотверженным действиям участника нашей команды (за что Рустаму отдельная благодарность!) среди местных был добыт и расколот «язык», по наводке которого среди кишлачных трущоб была найдена сомнительная на вид автомастерская с не менее сомнительной командой механиков.

Удачный ремонт и «мороженка» чудесным образом повлияли на настроение. (Кадр из видео фильма).
Удачный ремонт и «мороженка» чудесным образом повлияли на настроение. (Кадр из видео фильма).

Я не верю в чудеса, но спустя полтора часа наше разобрано-заварено-собранное средство передвижения как ни в чём не бывало ожидало, когда пассажиры закончат трапезничать уже ставшей традиционной при проезде через Янгикишлак (бывший Фариш) фаришской «мороженкой» и можно будет дальше мчаться навстречу приключениям.

Из-за специфического «болотного» запаха и жужжания комаров закат на берегу Айдаркуля романтического настроя не пробудил.
Из-за специфического «болотного» запаха и жужжания комаров закат на берегу Айдаркуля романтического настроя не пробудил.

Айдаркуль встретил нас уже по-летнему тёплой водой, запахом тины и жужжанием комаров. Наскоро смыв дорожную пыль в солёной айдарской воде, мы на пару километров отъехали от берега и встали на ночлег среди кызылкумских песков.

Утро в пустыне. (Кадр из видео фильма).
Утро в пустыне. (Кадр из видео фильма).
«Песчаные» бараны. (Кадр из видео фильма).
Шоссе от берега Айдаркуля до трассы вдоль нуратинского подножья получше некоторого асфальта и позволяет двигаться со скоростью более 100 км в час. (Кадр из видео фильма; съёмка – И.Д.).

Следующим этапом путешествия было повторение части прошлогоднего маршрута по пересечению северного Нуратинского хребта. Год назад наскоро пройдённая древняя дорога и окружавший ландшафт произвели на нас сильное впечатление и потому в нынешнем сезоне на детальный осмотр горного участка мы выделили целый день. А потому не торопясь мы преодолели перевал, основательно погуляли по гранитным интрузивам, искупались в кристально-чистой и бодрящей горной речке.

Многие миллионы лет работала природа над причудливым дизайном.
Многие миллионы лет работала природа над причудливым дизайном.

sd16_10_029

Не требуется богатого воображения, чтобы в гранитных нагромождениях различить узнаваемые формы вроде этой хрюшки или…
Не требуется богатого воображения, чтобы в гранитных нагромождениях различить узнаваемые формы вроде этой хрюшки или…
…ладьи. (Фото И.Д.)
…ладьи. (Фото И.Д.)
Бивуак в гранитном окружении. (Фото И.Д.)
Бивак в гранитном окружении. (Фото И.Д.)

Переночевав в окружении скальных изваяний, вблизи древней караванной дороги, мы спустились в межгорную долину.

В нуратинском межгорье поля посевов перемежёвываются простирающимися от подножий до подножий лугами, поросшими маками и ирисами. (Фото И.Д.)

Нуратинское межгорье образует довольно широкую протяжённую равнину на высоте ок. 800 метров над уровнем моря. О благоприятности здешних условий свидетельствуют как многочисленные следы древних поселений, так и десятки современных кишлаков. Особенно впечатляет северный склон южной Нуртинской гряды, где практически каждая складка круто обрывающегося в межгорную долину хребта «запечатана» усадьбами небольших кишлачков. Мы не упустили возможность осмотреть это рациональное использование людьми естественного рельефа и проехали в максимальной близости от подножия крутого склона по причудливо вьющейся дороге. Во-первых, асфальтовой, а во-вторых, оказавшейся достаточно качественной для сельских мест.

Подобные 3-4 усадьбы считаются отдельными кишлаками с официальными административными названиями. (Кадр из видео фильма; съёмка – И.Д.).

Таканлы, Баткак, Курук, Кирхаут, Курабулак, Октуяли, Барак, Кадак… Почти 20 километров мелькали сплошной вереницей крохотные кишлаки в несколько домов, разделённые подчас лишь дорожными указателями. Но вот дорога упёрлась в довольно крупный посёлок Чуя – финальный пункт нашего путешествия по межгорной долине и начало подъёма на южный Нуратинский хребет.

Дорога через перевал Лянгар. Вышка РТПЦ скрыта низкими облаками.
Дорога через перевал Лянгар. Вышка РТПЦ скрыта низкими облаками.

Несмотря на изрядную потрёпанность, асфальтовая дорога через посёлок Лянгар в последнее время сделала это живописное место популярным среди жителей близлежащих населённых пунктов и городов Навои и Каттакурган. Для нас, предпочитающих безлюдные путешествия, повсеместные толпы «пикникующихся», восседающих на обложенных снедью курпачах, нисколько не украшают пейзажи. Также как сонм фотографирующихся и «селфящихся», словно чёртики из коробок, возникающих аккурат в том месте, куда только намереваешься направить объектив. Но что поделаешь, приходится мириться с углубляющейся автомобилизацией и повышающемуся интересу населения к собственным достопримечательностям.

Состояние перевальной дороги не вселяет уверенности, что нисколько не смущает тамошних жителей. (Кадр из видео фильма; съёмка – И.Д.).
Настораживающее состояние перевальной дороги нисколько не смущает тамошних жителей. (Кадр из видео фильма; съёмка – И.Д.).

Следуя своему паталогическому историко-географическому любопытству, я попытался выяснить историю топонима Лянгар и одноимённых окрестностей.

Название населённого пункта Ленгер/Лянгар в работах многих учёных толкуется как «якорь; монастырь; караван-сарай; мазар; шест канатоходца». Но если проследить повторяемость второго компонента этого названия, нетрудно заметить сходство не только фонетическое, но и семантическое в языках разных систем. Афганское и согдийское – гар; албанское – qur; славянское – гора, монгольское – хара; казахское – кара в топонимах Аманкара, Берткара; Кашгар, Талгар, Шавгар (в древности Ясы, ныне Туркестан), Анкара (современная столица Турции, основана в VII в. до н.э., называлась Анкире, сравните анкер – «якорь» из индоевропейского «ank» – «изогнутый, крючкообразный»). В первой части топонима Лангар, очевидно, просматривается древнеиранское слово ланг – «хромой» (ср. Тимура Ланг – Тамерлан). Судя по реалиям – овраг, речка, позже – город, топоним Ленгер/Лянгар можно толковать как «пересечённая местность, предгорье» [3].
Термин «лянгар» можно встретить и в Иране, и в Афганистане, и в Западном Китае на старых караванных дорогах, где он означает постоялый двор, дом для приезжающих, почтовую станцию. И сейчас еще остались на карте Азии десятки кишлаков и селений с этим древним именем «Лянгар». И по этим названиям историки могут определить давние пути торговли и культуры [4].

Быть может природа предупреждает нас о чём-то?..
Быть может природа предупреждает нас о чём-то?..

В ряде интернет-публикаций мне встретились упоминания нуратинского кишлака Лянгар как «поселения рудокопов полудрагоценных камней». Но поиск официального подтверждения данного факта результата не дал. Можно предположить, что во времена так называемого Тимуридского Ренессанса – экономического и культурного расцвета государства Тимуридов в XV веке, – стали осваиваться многие минеральные месторождения. Возможно, тогда здесь началась разработка каких-либо ископаемых. К примеру, гранита, который добывают и в настоящее время. Вероятно тогда же могло появиться поселение и топоним.

Достоверную известность Лянгар получил лишь в 40-х годах XX века, когда здесь была начата добыча вольфрамовой руды. В 1942 году посёлку, построенному для работников рудника, был присвоен статус ПГТ (посёлок городского типа).

Немного побродив по остовам древних вулканических процессов, мы начали спуск на южную сторону Нуратау. Расширилась и улучшилась дорога, зазеленела внизу густонаселённая Зеравшанская долина, но… пастораль цивилизации не наш выбор. А потому руль вправо и мы уже трясёмся по просёлку, где, словно гигантский пунктир, разбитые бездорожные промежутки во много раз превышают по длине уцелевшие асфальтовые чёрточки. Обычная для сельской глубинки дорога, соединяющая по верхам небольшие кишлаки, заполнившие цепочкой в один двор неглубокие ущелья южных склонов. Наконец многочисленные выбоины и ямы сливаются воедино, стерев последние неразборчивые пятна асфальта и, вздымая неотъемлемые для среднеазиатских бездорожий облака пыли, мы погружаемся в глухую провинцию…

Южные склоны южного Нуратау выглядят довольно зелено. Вероятно, это обусловлено влиянием микроклимата орошаемой долины Зеравшана.

Ещё несколько крутых подъёмов и спусков и мы попадаем в необыкновенный кишлак, вернее в цепочку кишлаков. Где главной и единственной дорогой между домами является река, утопающая в зелени ветвей окружающих садов. Где основным транспортом является двухколёсный мотоцикл эпохи строительства коммунизма. Где на небольших сухих выступах приютились магазинчики, размером с уличный сортир на пару посадочных мест. Где появление ташкентского джипа можно приравнять к посадке НЛО.

По техническим причинам в объектив не попали главные дороги-речки, но даже по данному кадру можно представить, как устроена дорожная сеть в нуратинской глубинке. (Кадр из видео фильма; съёмка – И.Д.).

Жаль, что эти крохотные Венеции сложно разглядеть из-за густо заросших берегов и вынужденного движения только по руслам речушек. Но даже увиденное в очередной раз поражает умению людей приспосабливаться к необычным географическим условиям.

Натужно рыча, мы выбираемся из водного мира на водораздел и… въезжаем в странную группу людей, окружённую разношёрстными транспортными средствами: от ишаков до современного узбекского автопрома. Во взглядах настороженность, удивление и испуг одновременно. По свежим шурфам и разбросанному вокруг скарбу нетрудно догадаться, что это старатели – довольно распространённая «профессия» в Нуратинских горах.

Вряд ли частная добыча золота в ладах с законом, но весьма сложно устоять перед блеском жёлтого металла, вот уже многие столетия будоражащего умы авантюристов во всех уголках планеты.

Несмотря на упорство, сомнительно, что кто-либо из этих обветренных и загорелых людей разбогател или когда-либо разбогатеет на добыче золота. Причина в геологических особенностях его залегания в наших краях. Дело в том, что у нас встречается только рудное золото. Так называют металл в виде мелких (0.001 – 1 мм) вкраплений в кварцевую породу. В отличие от рассыпного золота, встречающегося в виде наносного песка и самородков, для переработки рудного металла надо выломать тонны скальной породы, размолоть её в песок и потом извлечь из этого песка драгоценный металл.

Если принять за основу данные Госкомгеологии Узбекистана, по которым в промышленных месторождениях Зармитан и Гужумсай (горы Нуратау) среднее содержание золота составляет 10.2 грамма на тонну породы и цену золота в 43.3 доллара США за грамм (Лондонская биржа, на 10.08.2016), то в результате переработки тонны скальной породы теоретически можно выручить до 400$. Хорошие деньги даже для обеспеченных стран. Но в реальности всё по-другому.

1. Содержание металла неоднородно и зачастую старатели вынуждены разрабатывать участки, нерентабельные для промышленной разработки.

2. Ручная разработка кварцевой породы весьма трудоёмка и с помощью ручного инструмента не позволяет извлекать и перерабатывать большие объёмы.

3. При промышленной добыче золота процент извлечения в лучших случаях достигает 95% (в среднем 75-80%). В кустарных условиях выход существенно ниже, особенно при ручной промывке. В свою очередь химические методы извлечения металла вредны для здоровья и требуют дополнительных реагентов, как правило, недоступных частникам.

Вероятнее всего наши вольные старатели используют наименее затратный метод, при котором после дробления породу промывают водой на решётке. Метод считается неэффективным, когда фракции меньше 1 мм или когда после дробления металл не отделяется от породы.

Я не вхож в круг старателей Узбекистана и не владею информацией о применяемых у нас технологиях добычи золота в кустарных условиях. Но в любом случае добыча связана с огромными затратами низкоквалифицированного физического труда, который у нас пока в избытке. А значит, несмотря на низкую рентабельность, старатели будут выходить в поле до тех пор, пока не появятся более привлекательные рабочие места.

В мировой истории зафиксировано немало достоверных фактов о находках богатых жил, крупных самородков или обильных россыпей жёлтого металла, позволивших отдельным счастливчикам подняться на новую ступень социальной лестницы. Некоторые легенды можно услышать и в наших краях. Я лично слышал от «очевидца» историю о находке «двоюродным братом племянницы подруги жены» золотого самородка размером с лошадиную голову. Хотя эта легенда имеет хождение в районе Кураминского хребта, исстари известного своими золотыми и серебряными рудниками, наверняка нечто похожее вам расскажут в любом уголке Узбекистана. И рассказчиков нисколько не смущает факт, что самородное и рассыпное золото в наших краях не встречается, а добыча рудного золота мало зависит от везения, но в основном от очень тяжёлого труда.

Если не считать бензин, залитый в г. Навои в нашу дизельную машину, и последующий слив получившейся смеси с повторной заправкой полного бака солярки, а также потраченные полчаса на бесполезный шиномонтаж, то пересечение долины реки Зеравшан прошло без приключений.

С Зиадинского водораздела видна долина Зеравшана и город Навои. На горизонте Нуратинские горы.

Встретившие нас на левой стороне долины Зиадинские горы к середине мая довольно унылы. Эфемеры уже отцвели и пожелтели, а многолетняя растительность в этих засушливых каменистых горах довольно скудна. Что вполне объяснимо, т.к. горы низкие и значительно оторванные от высокого «материнского» Зеравшанского хребта и в целом от Гиссаро-Алайской горной системы. К тому же они расположены в зоне пустынного климата и принимают на себя напор знойных иссушающих ветров, дующих с южного направления через Каршинскую степь.

В 2005 году мне уже посчастливилось побывать в этих горах вместе с геологами, которые вели здесь разведку на золото. Судя по многочисленным новым карьерам, разведка была результативной. Возможно, не на всех действующих рудниках добывают драгоценный металл, но я не ставил задачу это выяснить. Меня вообще мало интересуют современные рудники, но манят древние. В их окрестностях можно встретить следы минувшего – осколки посуды и бытовой утвари, фрагменты инструментов оружия и украшений, остатки сопутствующих сооружений и строений. В некоторых местах рудники соседствуют с древними городищами или транспортными узлами, что позволяет воссоздавать картины минувшего. Неспроста объекты древнего рудного промысла вызывают стабильный интерес археологов и историков, т.к. позволяют найти и изучить древние артефакты, оценить технологические возможности и экономический потенциал общества и по результатам химического анализа полезных ископаемых выяснить пути движения технологий и товаров.

Масштабы выработки в каменоломне Копкаклы поражают. Апрель 2005 г.
Масштабы выработки в каменоломне Копкаклы поражают. Апрель 2005 г.

С обширными следами горнорудной деятельности мы столкнулись на седловине перевала. Вблизи водораздельной части с южной стороны Зиадинского хребта хорошо заметны крупные карьеры, заложенные в сланцевой породе. Назначение каменоломни объясняют найденные в ней заготовки жерновов. Замечу, что это уже третье известное мне место производства жерновов в Зиадинских горах. В нескольких километрах ниже по северному склону находится более масштабная древняя каменоломня Копкаклы, на которой, судя по окружавшим зинданам, использовался каторжный труд. Вблизи Копкалы были найдены фрагменты средневековой керамики и монета второй половины X века [5], что позволяет отнести время работы каменоломни к саманидскому времени. Форма и размеры жерновов, обнаруженных нами на перевале, аналогичны и, по-видимому, также относятся к концу саманидского периода.

Фрагмент жернова из сланцевой породы. Каменоломня Копкаклы, апрель 2005 г.
Фрагмент жернова из сланцевой породы. Каменоломня Копкаклы, апрель 2005 г.

Общие объёмы производства жерновов на каменоломнях Зиадинских гор поражают. В статье Канаша А.Д. приводятся следующие данные [5]:

Каменоломня Булямуш (Булямуш-сай, Зиадинские горы):

Объем карьеров – 700 м3;
Объем добычи – 200 м3;
Объем жернова – 0.18 м3;
Средний вес жернова – около 450 кг;
Объём производства – более 1 100 жерновов.

Каменоломня Копкаклы:

Объем главного карьера более 75 000 м3;
Объём добычи – 20 000 м3;
Объем жернова – 0.2 м3;
Средний вес жернова – около 500 кг;
Объём производства – более 100 000 жерновов.

Столь огромное количество жерновов не могло предназначаться для мукомольного дела. В X веке ирригация в долине Зеравшана в районе современного г. Навои практически отсутствовала, а значит здесь проживало небольшое количество жителей (2-3 человека на гектар орошаемой территории [6]) и потребность в муке была небольшая. С глубокой древности и вплоть до начала XX века в мелких хозяйствах Средней Азии в производстве муки повсеместно использовались зернотёрки, во множестве встречающиеся как при археологических раскопках, так и при обычном осмотре территории древних городищ. При жерновом помоле производительность производства муки возрастает в 12-15 раз и потому строительство мельниц оправдано лишь при больших объёмах производства в плотно населённых районах. Даже если предположить, что полутонные жернова транспортировались на расстояние в 100 км до Бухары, где в конце первого тысячелетия нашей эры проживало по разным источникам от 40-50 до 200 тысяч человек [6], то количество жерновов, изготовленных только на трёх известных мне Зиадинских каменоломнях вряд ли можно было истереть за все историю Бухарского оазиса!

Сохранившийся зиндан. Каменоломня Копкаклы, апрель 2005 г.
Сохранившийся зиндан. Каменоломня Копкаклы, апрель 2005 г.
Полуразрушенный зиндан. Каменоломня Копкаклы, апрель 2005 г.
Полуразрушенный зиндан. Каменоломня Копкаклы, апрель 2005 г.

Напрашивается логичный вывод, что жернова использовались не в мукомольном производстве, а для размалывания руды при добыче полезных ископаемых. Пожалуй, только добычей золота для государственной казны можно оправдать огромные масштабы производства и затраты. Это предположение доказывают многочисленные зинданы вокруг каменоломни Кокпаклы, означавшие, что здесь использовался труд каторжников. Как известно, каторжный труд в пенитенциарной системе с глубокой древности был прерогативой государства.

Если учесть, что жернова в Зиадинских горах изготавливались из относительно мягкой сланцевой породы, а золото извлекали из твёрдого кварца, то происходил быстрый износ жерновов и, следовательно, постоянно требовались новые изделия.

Путешествие продолжалось и у южных подножий Зиадинских гор нас ждал Карнаб, один из старейших центров древней металлургии. Мировую известность небольшому кишлаку на краю Каршинской степи принесли археологические исследования последних лет.

В процессе исследований в Узбекистане и Таджикистане было выявлено несколько рудников, а также поселение рудокопов возле селения Карнаб в Самаркандской области. Фактически установлено, что они являются древнейшими в мире известными на сегодня объектами по добыче и переработке олова, функционировавшими уже в начале II тыс. до н.э. [7].

Интерес историков к олову вполне объясним. Ведь открытие сплава меди и олова дало название целой эпохе в истории человечества – бронзовому веку. Потому детальное изучение оловянных рудников, кстати, намного более редких, чем медные, даёт ценные исторические сведения об этапах развития технологий и взаимоотношениях культур.

По данным современной науки эра бронзовой металлургии в истории человечества началась в середине 3-го тысячелетия до н.э. в Месопотамии и Передней Азии. Из этих районов сплав меди и олова достаточно быстро распространился по Древнему Миру и во 2-м тысячелетии до н.э. стал основным материалом для изготовления инструментов и оружия.

…Вопрос, почему самые ранние оловянистые бронзы появляются именно в Месопотамии, где даже если иметь ввиду соседние регионы, нет месторождений соответствующих металлов, остаётся до сегодняшнего дня предметом научных дискуссий.

Клинописные тексты и находки различных импортных изделий свидетельствуют о дальних связях между Месопотамией, Ираном, Центральной Азией, долиной Инда и через Персидский залив вплоть до Аравийского полуострова, которые воплощались не только в обмене, торговле товарами, но и в культурном обмене. Уже давно было замечено, что в Месопотамии наряду с ляпис-лазурью в течение относительно короткого периода времени молниеносно и одновременно появляются так же нефрит, золото и оловянистые бронзы. Наличие такой комбинации видов сырья (олово, золото, ляпис-лазурь, нефрит) в Древнем Мире известно лишь в Центральной Азии. Описанные выше факты стали почвой для поиска источников олова в Центральной Азии, поскольку эта территория была в 3-2 тыс. до н.э. включена в сеть дальней торговли, и клинописные таблички сообщали об импорте олова с «Востока» [8].

Так на космоснимке Google Earth выглядят древние рудные выработки в километре к северо-западу от окраины Карнаба (масштабный жёлтый отрезок – 100 м).

Трёхлетний узбекско-германский научный проект «Добыча олова в доисламское время» был призван найти новые факты и доказательства среднеазиатского происхождения олова на заре бронзового века.

…Горные выработки на основе находок керамики были отнесены к андроново-тазабагьябской культуре, причём, судя по радиокарбоновым датам, выработки Карнаба были в эксплуатации между 1600-1000 гг. до н.э.

Носители андроново-тазабагьябской культуры были в состоянии вести добычу металлических руд как с помощью открытых, так и подземных выработок. При этом горные выработки могли достигать глубины до 21 м, и проходка велась вглубь горы более чем на 40 м.

Во всех выработках были установлены следы огненной проходки. Этот способ проявил себя наиболее эффективным в отношении кристаллических пород (гранит, кварц) при применении каменных молотков. Как показывают эксперименты, даже использование полыни, богато представленной в степях, позволяет получить необходимую температуру для достижения желаемого эффекта. После охлаждения можно вести проходку по граниту даже молотками, изготовленными из относительно мягкого камня – известняка. Наряду с различными типами молотков, закрепляемыми на рукояти при помощи желобков, а также боковых выемок, были использованы изделия из кости, например, из рога, лопаток и рёбер [8].

И хотя результаты проекта превзошли все ожидания, прямых доказательств подтверждающих или опровергающих среднеазиатское происхождение первых бронз Месопотамии найдено не было. Возможно будущие раскопки позволят найти новые факты, которые позволят разрешить научный спор. Ведь «в Карнабе, где известно более 100 отдельных выработок, зондажные раскопки были проведены только на восьми» [8].

Во время осмотра следов древнего поселения, замеченных на космоснимке, я среди мусора середины прошлого века нашёл изделие совершенно из другого времени. Найденные в археологических публикациях по Средней Азии датировки схожих изделий позволяют отнести этот бронзовый нож ко времени работы оловянных рудников Карнаба (XVI-X вв до н.э.).

Древние оловянные выработки со стороны не особо заметны. Можно проехать вблизи и не понять, что небольшие складки рельефа это следы добычи ископаемых. Остаётся лишь осознание, что окружающие земли когда-то стали центром зарождения новой эпохи в истории человечества – бронзового века.

Дорожные встречи. Туркестанская агама.
Дорожные встречи. Туркестанская агама.

Переночевав невдалеке от кишлака Карнаб у крупной древней цитадели, мы двинулись дальше к следующему отрезку нашего путешествия – Зерабулакским горам.

Дорожные встречи. Такырная круглоголовка.
Дорожные встречи. Такырная круглоголовка.
Зерабулакский горный массив также изобилует свидетельствами вулканических процессов.
Зерабулакский горы также изобилуют свидетельствами вулканических процессов.

Зерабулакский горный массив оказался гораздо зеленее Зиадинского. Это обусловлено близостью к Гиссаро-Алайской горной системе и несколько большими высотами хребтов (до 1115 м). Проехав сквозь западную часть массива, горы Мирхайдар, мы выехали к живописному кишлаку Тим.

Древнее поселение (тепе) в кишлаке Тим. Правее виден купол средневековой мечети.
Древнее поселение (тепе) в кишлаке Тим. Правее виден купол средневековой мечети.

К сожалению, про здешний исторический памятник мавзолей Араб-Ата, я узнал лишь во время написания этого отчёта, потому мы не уделили объекту должного внимания, а осмотрели лишь издалека. Но зато получили массу удовольствия от детального осмотра расположенной в кишлаке небольшой Ак-мечети, построенной, по словам Смотрителя, в XIV веке.

Средневековая мечеть в кишлаке Тим с общительным смотрителем на переднем плане. (Фото И.Д.)
Средневековая мечеть в кишлаке Тим с общительным Смотрителем на переднем плане. (Фото И.Д.)

sd16_10_066

Внутренне убранство мечети. Несмотря на неудачный ремонт с применением цемента, вызвавший внутреннее отсыревание, мечеть продолжает функционировать по прямому назначению.

Мне не удалось найти заслуживающих доверия сведений о «белой» мечети в Тиме, но мавзолей Араб-Ата упоминается довольно часто.

Появление в Мавераннахре в «век Саманидов» памятника развитой портально-купольной архитектуры, <…> принадлежащего в деталях искусству старосогдийских зодчих, мавзолей Араб-ата являет собой в целом торжество нового направления в архитектуре средних веков» [9].

Смотритель мечети с гордостью демонстрирует керамические сосуды, найденные, по его словам, на местном кладбище. По стилю и материалу можно предположить, что кувшин изготовлен в раннем средневековье или даже в античный период.

Примечательно, что благодаря надписи на портале установлена точная дата строительства мавзолея – 977/78 год, позволяющая исключить споры, возникающие из-за не всегда достоверных письменных источников.

Мавзолей Араб-Ата. (Фото И.Д.)
Мавзолей Араб-Ата. (Фото И.Д.)

Возможно в одном из следующих путешествий мы сможем уделить памятнику больше внимания, но в целом я нисколько не жалею о времени, потраченном на осмотр уютной Ак-мечети в отдалённом от современных трасс кишлаке Тим.

Раскинувшийся в устье небольшого ущелья и отгороженный с трёх сторон от жарких ветров и любопытных взоров Тим когда-то, по-видимому, был важным центром в жизни Мавераннахра. Об этом косвенно свидетельствует сохранившийся мавзолей, предназначавшийся, по мнению учёных, важной государственной фигуре.

Портал мавзолея Араб-Ата. (Фото И.Д.)
Портал мавзолея Араб-Ата. (Фото И.Д.)

В 999 году под натиском тюрок-караханидов пала столичная Бухара и вместе с ней прекратило существование государство Саманидов, оставив после себя лишь несколько дошедших до наших дней архитектурных сооружений, одно из которых можно увидеть среди современных могил на қабристоне (кладбище) затерявшегося в Зиядинских горах кишлака Тим.

Дорожные встречи. Сыч домовый.
Дорожные встречи. Сыч домовый.

Оставив день на финальный бросок до Ташкента, мы заночевали в живописном месте у подножья Зеравшанского хребта. Прохладный ветер с гор, зелёные луга, поля пшеницы с васильковыми межами стали приятным эпилогом нынешнего путешествия. Оказалось, что мы далеко не первые, кто отметил комфортные условия этих мест. То, что на космоснимке я принял за естественные складки рельефа, вблизи оказалось следами огромного древнего поселения.

Посевы у подножия Зеравшанского хребта.
Посевы у подножия Зеравшанского хребта.

Отрадно осознавать, что современные люди, избалованные благами цивилизации, при выборе постоя не слишком отличаются от далёких пращуров. Видимо чувство комфорта и безопасности заложено в наше подсознание. Тысячи лет назад предки, очарованные окружающей пасторалью, слезли здесь с лошадей и разбили лагерь, ставший впоследствии крупным городищем. А может десятки тысяч лет ранее небольшое стадо полулюдей устроило привал на предгорных лугах и удовлетворённое обилием дичи и растительной пищи решило основать стоянку…

Края и межи посевов пестрят васильками.
Края и межи посевов пестрят васильками.

Угасли за горизонтом лучи последнего дня путешествия. Мы открыли для себя новые уголки нашей удивительной земли и повидали невиданные прежде места. С наших карт исчезли очередные белые пятна, а уже нанесённые земли прибавили деталей. Путешествие закончилось, но открытия продолжаются, о чём свидетельствуют факты, приведённые в этом отчёте. Значит не утихает в умах ветер странствий и грядут новые приключения.

© Сергей Дёнин
Июль – октябрь 2016 г.
г. Ташкент, Узбекистан

Литература и ссылки

  1. Стратиграфия и палеонтология Узбекистана и сопредельных районов. Книга первая. – Ташкент: изд. АН Узб. ССР, 1962.
  2. Стратиграфический словарь Узбекистана//тр. ИМР. – Ташкент: ГИДРОИНГЕО, 2001
  3. Попова В.Н. «Ареально-ретрогрессивный метод А.П. Дульзона в исследовании субстратной топонимии». «Вопросы языкознания» №3. – M.: «Наука», 2000.
  4. Сергеев И.В. Тайна географических названий. – М: «Детская литература», 1963.
  5. Канаш А.Д. «Жернова: анализ фактического материала по древним каменоломням». Рукопись, 2005.
  6. Беленицкий А.М. и др. Средневековый город Средней Азии. – Л: «Наука», 1973.
  7. Интернет-ресурс «Узбекистан на Великом шёлковом пути»: http://www.silkway.uz/newsmore/5329
  8. Jennifer Garner. Das Zinn der Bronzezeit in Mittelasien II. Deutsches Archäologisches Institut, Eurasien-Abteilung, 2013
  9. Пугаченкова Г.А., Ремпель Л.И. История искусств Узбекистана с древнейших времён до середины XIX века. – М.: «Искусство», 1965.
 
 
В Одноклассники
В Telegram
ВКонтакте

5 комментариев

  • над:

    Узбекистан прекрасен. Надо много снимать фильмов и показывать по ТВ.

      [Цитировать]

  • guarik:

    Спасибо за статью: столько нового удалось узнать о нашем богатом крае!

      [Цитировать]

  • Фома:

    офигенно интересно..жаль многие снимки не свежие 2000х годов, но и на этгм спасибо

      [Цитировать]

  • Мансур:

    Здравствуйте! Спасибо, это интересно. В молодости я с братом исходил Нуратинские горы на север от Койташа и далее на запад. Немного работал как геофизик в горах Актау. Тогда еще не было Арнасайских разливов. С хребта на север, в пустыне, просматривались солончаки — два пятна белых с голубизной в центре. Вопрос: «Южные Нуратинские горы» это же Актау?

      [Цитировать]

    • ANV:

      Судя по снимкам и описанию маршрута автор очерка пересёк Каратау, поскольку с Актау стоящего отдельного массива никак на «асфальтовую» дорогу Самарканд-Бухара не выйти. Но поскольку автор известный сноб, который верит только дворецкому вплывающему на лодке в гостиную с восклицанием -«Темза сэр!», даже спорить не стал с «гуру». А описание «зинданов» в очередной раз подтверждают широчайшие «фэнтези».

        [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.