Сказки об Италии. Поцелуй Литература Разное

София Вишневская

Собака называется мопс, по-итальянски – carlino, по-английски – pug – от латинского "pugnus", что означает "кулак", на который похожа голова мопса. Есть и другая версия – название породы связано с шутливым английским прозвищем веселых обезьянок – "pug". Обожаемый нашим семейством, абрикосовый Винни П-у-х – веселый и затейливый. Теплый, пушистый. Лает на солнечных зайчиков, любит финики.

На челе (не знаю, как называется у собак лоб) сложнейшая вязь черных иероглифов, несущих тайный мистический смысл. Чем сложнее переплетения линий, тем больше поводов для гордости владельцев. Рисунок – знак хорошего происхождения, а также высшей мудрости. Действительно мудрый – он научился нами управлять по собственному разумению. Выполняем все его команды, стоим на задних лапках…

Китайцы носили мопсов на носилках, впереди бежал главный слуга с колокольчиком, чтобы уступали место для процессии. И еще у мопсов были свои ошейники с колокольчиками. Звон, событие, явление собачьей знати.

Зачем нужна такая собака, не представляла, пока мое внимание не привлекли понятливость, дружелюбие, игривость, сочетающиеся со смешной важностью и самомнением. Мопса очень приятно обнимать, снимает любой стресс. И хорошо разговаривать – он слушает, молчит и внимательно смотрит прямо в глаза.

Я его полюбила.

Гуляю я с ним по Сало всегда с удовольствием – вдоль набережной озера Гарда, по зеленым лужайкам, клумбам, паркам и оливковым рощам, все маленькое – мы с мопсом хорошо вписываемся в ландшафт. Он нам по размеру.

Иногда он даже уговаривает меня пройтись до Duomo – старинный собор на старинной площади. Там всегда монашки едят мороженое.

Это самый конец городка, скорее, его начало. Я устаю быстрее собаки. И поэтому однажды решила сократить путь и вернуться домой через торговую улицу – узенькую, прелестную, всегда прохладную, даже в отчаянный зной, каждый дом – история архитектуры. Самая дорогая улица города. Вся в магазинах, ресторанах, кафе. И знаменитой старинной кондитерской. Запах корицы, шоколада, ванили, духов, цветов– все эти запахи перемешиваются в единый аромат курортной жизни.

На Рождество улицу покрывают красной ковровой дорожкой. Пикируют огромные снежинки, проходят сотни ног. Красиво, и почему-то дорожка никогда не бывает мокрой и грязной. Я испытываю душевный трепет, когда вступаю на нее. Тут всегда многолюдно. Все очень хорошо одеты – модно, красиво, весело. Даже на Манхэттене такого разнообразия не увидишь, хотя там можно увидеть все, что угодно. Я однажды видела нищего одноногого негра, бьющего чечетку под аккомпанемент собственного костыля. В новом костюме от «Ralph Lauren».

Но вот такой итальянской стильности, небрежно продуманного изыска линий и кроя, безумства сочетаний цветов и оттенков, – не найдешь нигде, ищут по всему свету, в конце концов, находят только приезжая в Италию.

К итальянской моде мопс презрительно равнодушен. Остановился. Стоит, как истукан. Команды игнорирует. Даже лег в знак протеста. Видимо, вспомнил свое знатное

происхождение, а меня принял за непослушного слугу. Делать нечего. Взяла его на руки и пошла. Иду и чувствую взгляд. Пристальный, обжигающий. Пытаюсь отгадать источник, вглядываюсь в толпу – вижу мужчину в кашемировом пальто, борсалино и красном шарфе – просто пожирающего меня взглядом. Вылитый Колин Ферт. Может быть, чуть моложе. О Колине Ферте я думаю больше, чем о себе. У него еще есть шанс стать великим, у меня уже нет. Еще мужчина был похож на Аристида Брюана со знаменитой афиши Тулуз-Лотрека. Шарф красиво и стильно завязанный лежал свободно и небрежно. Призывно алел, и не заметить этого мужчину в любой толпе, было невозможно – высок, красив, наряден. Но он смотрел только на меня. Честное слово, было отчего закружиться голове и предаться самым смелым мечтам неожиданного направления. Не все еще проиграно, когда видишь такой взор. Не все еще в прошлом, когда взгляд столь легок и радостен. Такое горение глаз дорого стоит особенно при вечернем освещении. И вообразила я себе нечто фантастическое, безумное, романтический ужин с незнакомцем при свечах, прогулку вдвоем вдоль темнеющего в вечерних сумерках озера, серенады и даже арию: «Я здесь, Инезилья»… А что?

Расстояние между нами стремительно сокращалось. Один шаг – и все, лицом к лицу.

– Добрый вечер, синьора, – голос приятного тембра, и говорит так, что я все понимаю. Не быстро, но и не медленно.

– Я счастлив, что встретил вас, – сердце у меня бьется, и думаю вот он случай, последний счастливый случай, роман на закате дней.

– Фортуна! – мой скудный словарь не позволяет изъясняться красивыми предложениями и длинными фразами. Но я сказала это столь выразительно, что он все понял. И мне не пришлось блистать эрудицией и рассказывать про самую привлекательную древнеримскую богиню удачи. И что о ней писал Плиний Старший.

–   Мне очень повезло, я встретил вас, синьора, – голос становился все теплее, а глаза нежнее.

–   Могу я попросить вас об одолжении, мне даже неловко вас просить…

–   О!!! Просите, просите, пожалуйста.

– Моя просьба столь необычна, как и неожиданная встреча с вами…

–   Шутка судьбы, – подумала я и мгновенно перевела, чего бы ни смогла сделать ни на одном экзамене, ни под страхом смертной казни –   scherzo del destino.

Он внимательно посмотрел на меня, я на него. Взгляды совпали – в них была надежда.

– Вы позволите мне поцеловать вашего мопса, синьора?

FullSizeRender

В Одноклассники
В Telegram
ВКонтакте

6 комментариев

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.