Звезда Востока № 1 2015 года. К столетию Зульфии Tашкентцы Литература

Думы
То ли годы спешат и меня заставляют спешить.
Чередою вершины, а юность в далекой дали…
То ли это дороги, меня научившие жить,
Подарившие песни о счастье людей и земли.
Или это вся жизнь – та, которую хочешь объять,
Словно добрая мать, говорит мне о долге моем.
Не утих мой родник ,пробивается гулко опять,
Беспокойное сердце горит беспокойным огнем.
Будто рою колодец невидимой тонкой иглой –
И поет мой родник, и рождается чистая речь.
Если сердце мое остывать начинало порой,
Загоралась сама и его заставляла гореть.
Снег отцовских седин на вершинах заоблачных гор –
Начинаюсь оттуда, несметные силы беру.
Чувство жажды познав, я в степной устремляюсь простор,
Малый куст на пути напоить постараюсь в жару.
Дорог мне этот мир – сочетание красок простых.
Я, любви не тая, постигаю земную красу.

Всех младенцев земли я держу на ладонях своих
И, боясь уронить, осторожно и нежно несу…
Счастье – жить и творить. Не хочу быть прибрежным песком.
И желаю я людям того, что желаю себе:
В мире этом большом, став хотя б ручейком,
Целиком быть причастной народной судьбе…
Я как птица лечу, разрезая в пути облака.
Сколько солнца вокруг, сколько жизни в любимом краю, –
И пока бьется сердце, пока не устала рука,
Вдохновенье и труд я родимой земле отдаю!

Перевод Раима Фархади
Зульфия (1915—1996)

ЛУЧЕЗАРНАЯ ЗВЕЗДА ЗУЛЬФИИ
О своих ярких впечатлениях от встречи с прекрасной поэзией Зульфии известная русская поэтесса Римма Казакова писала: «Когда я впервые услышала имя Зульфии, для меня это было так же странно, обворожительно и нереально, как Сафо, Эзоп или Аспазия…
Зульфия… Когда я сейчас произношу это имя, оно – живое и теплое, как земля перед севом, как цветок урюка, согретый солнцем, как золотая спелая дыня, как человеческая ладонь».
Мне бы хотелось добавить, что в имени Зульфии, как в капле росы, отражается весеннее солнце, не жгучее, а теплое, ласкающее. И это не случайно. Ибо она родилась в первый день весны 1915 года и этот, быть может, случайный подарок судьбы отразился в ее имени и поэзии, излучающих нежно-весеннюю теплую гамму цветов.
Сто лет тому назад в другую эпоху и Узбекистан, и его люди были совершенно другими. Другими были и женщины. Особенно те, у которых не было свободной минуты от домашних забот. Одной из таких женщин была Хадича-опа, мать будущей поэтессы. Юной Зульфие, как всем детям мира, интересно было все. Однажды она спросила у мамы, показав на далекие-далекие горы:
– Что там, мама?
– Горы, девочка моя ненаглядная.
– А за ними что, мама?
– Не знаю. Возможно эти горы – край земли...
Не прошло и сорока–пятидесяти лет Зульфия, уже известная поэтесса и общественный деятель, увидела многие страны мира за этими далекими горами, принимала участие в международных литературных форумах и своей удивительно нежной, жизнеутверждающей поэзией завоевала любовь и уважение ценителей поэтического слова.
Достичь поэтических вершин – дело не простое. Первые поэтические опыты… Посещение литературного кружка при женском педтехникуме… Первый сборник стихотворений «Страницы жизни», увидевший свет в 1932 г.... Встреча с Хамидом Алимджаном,
выдающимся поэтом, определившая судьбу Зульфии.
Хадича-апа, простая, типичная узбечка-труженица, знала и читала наизусть стихи Навои, Физули, Мукими и других узбекских поэтов, ухаживала за цветами, чем только она не занималась. «Помню, – вспоминала Зульфия, – она выкормила шелковичных червей, получила шелковые нити, сама покрасила их в разные цвета и вышила сюзане удивительной красоты. На нем было изображено восходящее солнце в ярком зареве рассвета. Когда я выходила замуж, мама подарила мне это сюзане в приданое».
В комнате, стену которой украсило это сюзане, прошла счастливая семейная жизнь Зульфии и Хамида Алимджана. Здесь рождались не только их любимые дети – Хулькар и Аман, но и замечательные стихи и поэмы, вошедшие в сокровищницу узбекской поэзии.
Это были самые счастливые дни и годы жизни Зульфии, подаренные ей Богом.
Жизнь без горячо любимого мужа, погибшего в автомобильной катастрофе, полна горя и печали. Стихи, написанные в эти годы, отмечены печатью этой невосполнимой утраты. Но вместе с трагическими нотами в поэзии Зульфии звучит нежный лиризм, чистота чувств и переживаний, вытесненные из поэзии конца 30-х – начала 40-х годов, признанные элементами буржуазной лирики. Активное участие не только в литературной, но и в общественной жизни выводит Зульфию и ее поэзию на новую, более высокую орбиту.
Встреча с женщиной под густой сеткой чачвана, происшедшая в 1950 г. на Наманганской улице, поразила Зульфию своим контрастом со всем, что окружало ее. Пораженнная этой встречей, поэтесса решила бороться за освобождение таких женщин из темных объятий прошлого. Ее стихи и публицистические статьи, посвященные этой теме, получили широкий резонанс в республике. Зульфия начала подниматься по ступенькам литературного Олимпа.
В конце 50-х – начале 60-х годов, когда мир находился под угрозой новой сокрушительной войны, писатели стран Азии и Африки объединились под знаменем Поэзии – вечного символа мира и добра. Зульфия как известная узбекская поэтесса и редактор женского
журнала «Саодат» («Счастье») была приглашена на первую конференцию азиатских и африканских писателей в Дели. Поэтическое состязание, в котором она приняла участие, читая свои стихи на узбекском языке, оставило в ее жизни неизгладимый след. Поэма
«Мушаира», в которой был описан этот незабываемый поэтический вечер: вечер дружбы, любви и добра – стала ее визитной карточкой.
Международное признание Зульфии открыло ей дорогу в мир. Она побывала во многих странах. Каждое путешествие, каждый визит доброй воли не проходили бесследно: из каждой поездки Зульфия привозила домой тетради, заполненные новыми стихотворениями. Каждая поездка обогащала ее поэзию новыми красками, новыми идеями и образами.
Широта поэтического диапазона Зульфии, галерея созданных ею образов современников удивительна. В 60–70-ые годы талант Зульфии засветился новыми гранями, и созданные ею произведения в полной мере отражали блеск ее таланта.
Не только поэзия, но и светлая, непорочная жизнь поэтессы привлекли внимание и уважение народа. Ее верность в любви, преданность Хамиду Алимджану вдохновили многих поэтов на создание стихотворений и баллад. А композитор Рустам Абдуллаев и поэт
Аман Матчан своей оперой «Верность» обессмертили эту любовь.
Учитывая важную роль поэтессы в судьбе узбекских женщин, руководство независимой Республики Узбекистан учредило Государственную премию имени Зульфии. За несколько лет после учреждения этой премии выросла целая когорта талантливых девушек, самоотверженно работающих в разных отраслях жизни, награжденных значком с профилем любимой поэтессы.
В мире мало поэтов, получивших столь широкое признание и столько наград, сколько получила Зульфия за свою недолгую жизнь: Народный поэт Узбекистана, лауреат республиканской Государственной премии, международной премии имени Жавахарлала Неру и международной премии «Лотос», Герой труда. Зульфия была также награждена многими орденами, в том числе болгарским орденом «Кирилл и Мефодий». Ее поэтические сборники изданы на русском, болгарском, украинском, белорусском, азербайджанском, армянском, казахском, киргизском, таджикском, татарском, крымско-татарском, каракалпакском и других языках народов мира (около тридцати языков).
Однако главным критерием широкого признания всегда считалась любовь родного народа, который чтит и хранит память о своих славных сыновьях и дочерях. А наша Зульфия1 всегда любима народом.

Наим Каримов,
доктор филологических наук,
профессор

Союз писателей Узбекистана и общественный фонд «Ижод» к 100-летию со дня рождения Народного поэта Узбекистана, лауреата Государственной премии и многих международных премий, Героя труда Зульфии опубликовал сборник ее избранных стихотворений на русском языке «Мне эти строки сердце подсказало», в который вошли произведения разной тематики, созданные в разные периоды ее творческой деятельности, переведенные на русский язык известными переводчиками: И. Лиснянским, К. Симоновым, Н. Гребневым, Ю. Нейман, С. Липкиным, С. Сомовой. Вступительная статья написана большим другом и почитателем таланта Зульфии Кайсыном Кулиевым.

В рубрике использован портрет Зульфии, написанный художником Анваром Назыровым.

В Одноклассники
В Telegram
ВКонтакте

1 комментарий

  • Bekhzod:

    Зульфияханум долгые годы возглавляла общество дружбы «Узбекистан-Индия». В этом качестве нераз выезжала в Индию, дружила с индийскими поэтами и писателями.

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.