Андрей Гагарин. Записки пешехода. Дом Tашкентцы Старые фото Фото

Вчера была опубликована ссылка на этот рассказ (PDF), сегодня Андрей Гагарин прислал текст и фото для публикации. Спасибо. ЕС

 

18 ноября 1897 года ташкентской мещанкой, вдовой Евдокией Межуратовой было подано прошение на имя Военного Губернатора Сыр-Дарьинской области, впоследствии продублированное Туркестанскому Генерал-Губернатору и Военному министру, с жалобой на Коллежского Асессора, Полицейского Пристава Якова Седова, который, по словам вдовы, нанес ей своими действиями большой имущественный ущерб.

Яков Седов с сыном НиколаемЯков Седов с сыном Николаем

События, о которых шла речь в прошении, происходили полутора годами ранее и были связаны с обстоятельствами продажи дома купца Арефия Сергеева, расположенного на Константиновском проспекте, около городского театра и напротив вновь выстроенного Реального училища, то есть, где-то между современной башней Центрального банка и 110 школой, напротив здания МВЭС.

Вдова Межуратова, являясь поручителем по обязательствам купца Сергеева, скоропостижно скончавшегося в результате отравления незадолго перед этим, вынуждена была теперь рассчитываться по оставшимся после купца долгам и надеялась покрыть их за счет продажи объектов недвижимости Сергеева, главным из которых был дом на Константиновском проспекте.

По мнению вдовы она могла получить за дом Сергеева до 12 тысяч рублей, однако, в реальности дом был продан с торгов приставу Седову всего за 6 тысяч 800 рублей, причем, по утверждению вдовы, Седов намеренно занизил цену дома, подкупом, уговорами и угрозами заставив остальных претендентов выйти из торгов. В результате, вырученных за дом купца Сергеева денег оказалось недостаточно, и вдове Межуратовой для оплаты долгов купца пришлось продать собственный дом.

Результаты торгов вдова Межуратова тогда же опротестовала, после чего были проведены повторные торги, победителем которых вновь оказался пристав Седов, причем, на этот раз цена дома купца Сергеева оказалась еще меньше и составили 6 тысяч 580 рублей.

В итоге, дело дошло до суда, который состоялся в 1899 году.

В ходе дознания пристав Седов все обвинения в свой адрес отверг, утверждая, в частности, что торги производились не на базаре, а в зале Областного суда, в присутствии большого числа свидетелей, и что никто сразу после торгов никаких обвинений против него не выдвигал, что дом, который он, Седов, еще при жизни купца Сергеева арендовал, находился в крайне плохом состоянии, что Сергеев обещал капитально отремонтировать дом еще до сдачи в аренду, но сделал только косметический ремонт, вследствие чего условия проживания в доме оказались плохими и ребенок Седова впоследствии даже заболел от этого дифтеритом и умер, что Седову пришлось потом производить ремонт дома за свой счет, что низкая стоимость дома на торгах объяснялась плохим состоянием дома, а дополнительное снижение стоимости дома ко вторым торгам произошло из-за того, что между торгами дом также не ремонтировался, в аренду не сдавался и продолжал разрушаться.

Свидетели на суде давали противоречивые показания, прямых доказательств вины пристава Седова представлено не было, а многие свидетели вообще от показаний отказывались, ссылаясь на давность событий.

Тем не менее, по решению суда пристав Седов был признан виновным в нарушении правил торговли и подвергнут денежному взысканию в размере 300 рублей.

При этом, ранее с Седова были сняты гораздо более тяжкие обвинения в вымогательстве с использованием должностного положения, поскольку Седов на торгах выступал в качестве частного лица и свое должностное положение не использовал.

 

Яков Харитонович Седов родился в 1838 году и происходил из Сибирских казаков, а его род восходил к одному из соратников Ермака, Ивану Юрьеву (Кольцо). Вся жизнь Седова с малолетства прошла на государственной службе. В конце семидесятых годов девятнадцатого века он был переведен из Омска в Туркестан и с 1878 года служил в Ташкенте до выхода на пенсию в 1904 году с должности начальника Ташкентской тюрьмы, в чине коллежского советника. Рассказывали, что сам Витте приглашал Седова на работу в российское правительство.

У Седова было несколько домов в Ташкенте, а также большой садовый участок у развилки Паркентской и Седовской улиц.

Ко времени революции Седов жил один в большом угловом кирпичном доме № 10 на Касьяновской улице. Его старшая дочь Валентина, жила неподалеку, также на Касьяновской, в доме своего мужа — бывшего управляющего казенной палатой, статского советника Владимира Константиновича Проскурякова, чей рабочий кабинет, между прочим, в свое время находился на втором этаже здания казенной палаты, в угловой башне с балконом, где сейчас офис какой-то организации.

Яков Харитонович Седов погиб в марте 1919 года в результате несчастного случая. Двое его внуков раздразнили соседского быка и укрылись во дворе дома деда, куда следом за ними ворвался бык. Седов с костылем вышел на шум во двор и попытался прогнать быка. В молодости он легко сгибал подковы, но теперь ему было за восемьдесят и силы были уже не те. В результате, бык повредил ему ногу. Поначалу казалось, что все обойдется, однако, через несколько дней началось заражение крови. Нужна была срочная операция, но после недавнего Осиповского мятежа все собственные лошади и экипажи у населения были реквизированы, а извозчиков не было, и к тому времени, когда удалось, наконец, найти какую-то подводу, было уже поздно.

Сын Седова, Николай, участвовал в Первой мировой войне в составе Крымского конного полка, был тяжело ранен, в госпитале за ним ухаживали сама российская Императрица и Великие Княжны. После революции он был среди участников неудачной попытки освобождения царской семьи в Сибири, потом оказался в Праге, где закончил юридический факультет Пражского университета, а затем после трагической гибели жены и сына в автокатастрофе принял сан священника и впоследствии стал архимандритом Серафимом. В пятидесятые годы Николай Седов был настоятелем Свято-Николаевской церкви в Тегеране; он скончался в 1984 году и похоронен в Гефсиманском монастыре, в Израиле.

Внучка Седова, Ксения Проскурякова, по личному разрешению царя в пятнадцать лет поступившая в институт в Петербурге, впоследствии стала медиком. За неделю до смерти деда у нее родилась девочка, отец которой, военный летчик Сергей Беляев, погиб полутора месяцами ранее во время Осиповского мятежа. Вторым браком Ксения Проскурякова была замужем за братом моей бабушки, Анатолием Буровым, и в 20 годы бабушка с папой одно время жили на Касьяновской улице во флигеле дома Проскуряковых. Там у них стоял большой рояль, по выходным собирались родственники и знакомые и устраивались музыкальные вечера.

С тех пор прошел целый век. Дома купца Сергеева на Константиновском проспекте давно уже нет, а вот дом, в котором Яков Седов провел свои последние дни, сохранился до сих пор. Он по-прежнему стоит в начале бывшей Педагогической улицы, неподалеку от хореографического училища и напротив «Караван-сарая». Уже много лет там располагается какая-то медицинская контора.

IMAG0039

IMAG0038

IMAG0036

IMAG0034

Сама улица, неоднократно переименованная, также сохранилась и, по крайней мере, с советских времен изменилась не очень сильно. Местами там еще можно встретить старые дома, в один из которых мы с бабушкой ходили когда-то давным-давно в гости к бабушкиной знакомой. Она жила там в общем дворе, и перед домом у нее был небольшой палисадник, цветы из которого она весной выкапывала и давала бабушке, а мы потом сажали их у себя дома. Появилось, конечно, много новых роскошных особняков, но сетка переулков осталась прежней. На углу одного из этих переулков была когда-то наша почта, а другого — маленький хлебный магазинчик.

Проходя теперь по этой улице, мне иногда кажется, что, если хорошенько прислушаться, то в одном из соседних домов можно услышать знакомые с детства голоса, а заглянув в очередной убегающий вниз переулок, можно увидеть там, вдалеке, одиноко бредущего за хлебом маленького мальчика с большой авоськой в руке и зажатыми в кулачке несколькими монетками.

В Одноклассники
В Telegram
ВКонтакте

1 комментарий

  • Оксана:

    Добрый день!
    Являюсь потомком Межуратовой и Сергеева.
    У них был сын — Александр, его растила родная сестра Сергеева Ольга, в замужестве Воронина.
    Александр Межуратов мой прапрадед.
    Что случилось между его родителями для нас всегда было тайной, покрытой мраком.
    У нас сохранился семейный архив фотографий, при необходимости могу отсканировать и поделиться с порталом.
    Можно ли получить контакты автора?
    Хотелось бы узнать побольше о своих предках.
    Буду очень признательна за помощь!

      [Цитировать]

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.