Ирина Ратушинская: право на осанку Литература

 Автор Лейла Шахназарова

I

Поэты, очи долу опустив,
Свободно видят вдаль перед собою…

Когда звучат в памяти эти строчки Юнны Мориц – почему-то всегда вспоминаю встречу, несколько лет назад, с другой женщиной-поэтом. Очень Поэтом. И очень – Женщиной.

Ташкентский Музей Есенина. Творческий вечер-встреча с московским поэтом Ириной Ратушинской.

Ирина Ратушинская: право на осанку

Высокая женщина с сильной проседью вышла на сцену, – и еще одна знаменитая строчка сразу вспыхнула в памяти: «Больше балласту – краше осанка!»…
Коль скоро допустимо говорить об искусстве жеста, то здесь было воплощенное, если можно так выразиться, «искусство осанки» – царственной, в удивительной естественности, и вовсе не сознающей своей горделивости…

О том, какой страшный «балласт» сумел так распрямить плечи Ирины Ратушинской, она написала в автобиографической книге «Серый – цвет надежды»:

«Тюрьма моя называется “Следственный изолятор КГБ”, а во время войны она называлась тюрьмой гестапо. У меня тут первая в моей жизни собственная, отдельная комната, и даже с меблировкой: железная койка, тумбочка, параша... Бумаги ввиду их особой государственной важности регулярно пересматриваются “компетентными лицами”. Поэтому мой первый тюремный сборник стихов у меня не на бумаге, а в голове, вызубренный наизусть. Головы в принципе тоже подлежат исследованию в этом учреждении, но здешним принципам пришлось отступить перед моим “вето”. Это довольно дорогостоящая привилегия, но зато она дает право осанки. Уж извольте примириться с этим, господа…»

История осуждения самиздатского поэта Ратушинской уникальна. Да, за «неприемлемые» для режима стихи сажали – до последних дней существования советской империи. Но, как считает сама Ратушинская, трудно найти пример, подобный ее случаю: чтобы дали срок – семь лет строгого режима с пятью годами последующей высылки! – ТОЛЬКО за стихи. Та самая опасная «вакансия поэта»…
«Мне слепили дело из того, что было», – невесело шутит Ирина Борисовна.
А что было?
Прежде всего – стихотворение «Родина», уже первой строчки которого, по мнению следователей, было достаточно, чтобы обвинить автора в клевете на Отечество:

Ненавистная моя родина!
Нет постыдней твоих ночей.
Как тебе везло
На юродивых,
На холопов и палачей!
Как плодила ты верноподданных,
Как усердна была, губя
Тех – некупленных
‎и непроданных,
Осуждённых любить тебя!..

…Нет, стихотворение не заканчивается на этом. Но похоже, что обвинители не дочитали его не только до конца, но даже до последней приведенной здесь строки – этого выдоха-выкрика-признания в обреченной любви к жестокой, несправедливой, опозорившей себя матери.
«Клеветническим документом стихотворной формы» было названо стихотворение, посвященное Николаю Гумилеву:

…Мне время – полночь – чётко бьет в висок.
Да, конквистадор! Да, упрямый зодчий!
В твоей России больше нету строк –
Но есть язык свинцовых многоточий.

Тебе ль не знать? Так научи меня
В отчаянье последней баррикады,
Когда уже хрипят: – Огня, огня! –
Понять, простить – но не принять пощады!

И пусть обрядно кружится трава –
Она привыкла, ей труда немного.
Но, может, мне тогда придут слова,
С которыми я стану перед Богом.

Несколько стихотворений... Да, еще отягчающее вину обстоятельство: найденный при обыске сборник стихов Волошина.
«Подельник ваш?!»
Услышав это, она приложила все усилия, чтобы не рассмеяться, сохранить невозмутимое лицо. Для чего? А чтобы следователь, «давивший» на то, что «подельник», этот самый Максимилиан, уже во всем признался и «сдал» ее, – не заподозрил абсурдности происходящего:
– Я хотела, чтобы каждое его слово попало в протокол.
Кому как не поэту знать цену слову – произнесенному и написанному? Эти протоколы действительно существуют, и обвинения – вышеприведенное и подобные ему – зафиксированы в документах.

…Опозоренная, убогая,
Мать и мачеха…

Допросы, допросы, во время которых в кабинете раздавался только один голос – самого допрашивающего. Подследственная же каждый раз произносила лишь две фразы: «Здравствуйте», – входя в кабинет, и «До свидания» – когда выходила. Ни на один вопрос следователя она так и не ответила.

Ирина Ратушинская: право на осанку

«…Мы изымали ваши стихи на обысках в Одессе, в Киеве, в Москве, в Питере, в Ташкенте даже! Пора уже остановить это безобразие!..»
Вряд ли следователь, говоря это, догадывался о масштабах «безобразия»: уже через несколько лет в Ташкенте – «даже»! – на стихи Ратушинской начнет сочинять музыку и исполнять эти песни со сцены бард и композитор Юрий Алеников.
3 марта 1983 года Ирину осудили по статье 62 УК УССР за антисоветскую деятельность. Ей тогда было двадцать восемь лет.
Четыре с лишним года провела Ратушинская в женской колонии строгого режима для особо опасных государственных преступников в Мордовии.
К счастью, «остановить безобразие» – распространение ее стихов – не удалось: в годы, проведенные за решеткой, она сумела выпустить «на свободу», в самиздат, – как говорят в таких случаях, «по зэковскому телеграфу», – три поэтических сборника.

…Сколько нам на крестах и на плахах
Сквозь пожар материнских тревог
Очищать от позора и праха
В нас поруганный образ Его?

Сколько нам отмывать эту землю
От насилия и ото лжи?
Внемлешь, Господи?
Если внемлешь,
Дай нам силы, чтоб ей служить.

«Право осанки» – действительно привилегия дорогостоящая. На зоне ее цена – бесконечные карцеры, где не положено держать человека дольше 15 суток (при минусовой температуре), но можно вытащить на час-полтора – и снова туда же, на бетонный пол, еще на две недели… Достаточно ли будет сказать, что и здесь, как и во время следствия, Ратушинская держала прямую спину?..
…Но уже наступал закат империи. Дело Ратушинской – одной из последних «узников совести» в предперестроечном СССР – получило широкую огласку во всем мире. За рубежом выходили переводы ее стихов на английский, французский. Международный ПЕН-клуб писателей боролся за ее освобождение. И 4 октября 1986 года русский поэт и прозаик, правозащитник Ирина Ратушинская была досрочно освобождена от дальнейшего отбытия наказания.

…Страна задумчивых вокзалов
И вечно жалостливых баб!
Своих детей – силён ли, слаб –
Ты всех сомненьем наказала!
……………..
И как нам жить с тобой, такою?
Куда – с твоей землёй в горсти?
Ты смотришь, заслонясь рукою:
Забыть, проклясть, перекрестить?..

Тогда, на изломе эпох, когда прежняя страна доживала свои последние годы, месяцы, дни, для Ирины и ее мужа Игоря Геращенко ответом на этот вопрос – «как жить с тобой, такою?» – стала эмиграция. В 1986 году на пресс-конференции в Лондоне Ратушинская и Геращенко заявили, что не намерены возвращаться в СССР до тех пор, пока там нарушаются права человека.

II

«…С владыкой Антонием я познакомилась в декабре 1986 года. Меня как раз освободили из политлагеря, и после этого мы с мужем приехали в Англию. Владыка Антоний был первый священник, которого я видела в течение пяти лет. При советской власти заключенные не могли встречаться со священниками, для нас это было достаточно тяжело, потому что умереть в лагере вероятность была достаточно большая, и мы прекрасно знали, что если умирать – то без исповеди и причастия…»

Это – из одного из многочисленных интервью, данных Ириной Борисовной после возвращения – уже не в СССР, а в новую Россию. Возвращения, на которое благословил ее и ее семью митрополит Антоний Сурожский.
Об истории знакомства и многолетнего общения с ним Ратушинская рассказывала не раз. И о том, как увидела его впервые – «монаха в черной одежде и сандаликах, который мыл пол в храме». И о том, как принесла ему на освящение сделанный мужем и тайком переданный ей в лагерь крест из моржового бивня, который «прошел» с ней все годы заключения, – а владыка взял крестик, ушел с ним в алтарь, а потом вернулся и сказал: «Нет, его не надо освящать, он освящен»… И о бомже, явившемся ночью грабить церковь и обращенном в бегство всего несколькими словами владыки. И о том, как один час беседы с владыкой вернул надежду и желание жить девушке, которая уже решилась умереть. И о его даре провидения – того самого, что «выдает» живущего среди обычных людей святого.

Ирина Ратушинская: право на осанку

«…С момента нашего знакомства с владыкой мы жили в духовном смысле как малые дети у Бога за пазухой. Потому что у нас всегда был храм, куда можно было прийти со своими проблемами... Чувство, которое возникало в этом храме, можно было сравнить с тем, о котором сказали послы князя Владимира: «Как будто мы были в Царствии Небесном». После нескольких лет лагеря, после всего, что пришлось пережить, мы оказались в духовных детях владыки Антония... Благодаря владыке наши дети возлюбили храм, почувствовали Христа, им всегда было хорошо в храме. И у них возник тот самый личный контакт с Богом, когда человек не может сомневаться – есть Бог или нет, он Его знает, он уже с Ним знаком...»

Годы жизни в Англии – может быть, одна из самых значимых страниц жизни Ирины Ратушинской: общение с владыкой Антонием, рождение двух сыновей, Темплтоновская премия, которая присуждается за общественную деятельность, – с формулировкой «за духовное развитие страны»…

…Под соборными сводами вечными,
Босиком по пыльным дорогам,
С обнажённо дрожащими свечками
Люди ищут доброго Бога.

…Чтоб увидел кричащие лица,
Темень душ и глаза без света,
Чтоб простил дурака и блудницу,
И священника, и поэта.

Чтобы спас беглеца от погони,
Чтобы дал голодающим хлеба...
Может, Бог – это крест на ладони?
Может, Бог – это тёмное небо?

Как к Нему отыскать дорогу?
Чем надежду и боль измерить?
Люди ищут доброго Бога.
Дай им Бог найти и поверить.

III

«Почему вы вернулись?..»
Этот вопрос, в той или иной форме, ей задают все годы после возвращения в Россию. Ирина Борисовна сегодня вместе со своей семьей живет в Москве, выпускает книги, пишет сценарии для телевидения. Но –

«…там у вас были друзья, была возможность путешествовать, говорить по-русски. Рядом был владыка, который создавал для вас особую жизнь. И самое главное, это была безопасная жизнь. Безопасная для вас, безопасная для детей. Сегодня очень многие люди считают, что ради этой комфортной удобной жизни легко можно пренебречь теми корнями, которые тебя связывают со страной, много чем. И уезжают или, по крайней мере, стремятся уехать… Вы все это оставили, вернулись с детьми, в общем, не зная, что вас ждет. Зачем?..»

Подобный же вопрос был задан и в тот раз, на встрече в ташкентском Музее Есенина. И Ратушинская ответила, как всегда, правдиво, просто, исчерпывающе. Но мне хочется сейчас привести не те ее слова, а – в качестве ответа более развернутого, хоть и менее прямого – стихотворение, которое прозвучало в одной из программ телевизионного канала «Спас»:

По хлебам России бродил довоенный ветер,
А смешной гимназист, влюблённый во всё на свете,
Изводивший свечи над картами Магеллана,
Подрастал тем временем. Всё по плану

Шло, не так ли, Господи? Под холодным небом
Бредил всеми землями, путая быль и небыль.
– Апельсиновые рощи Сорренто, – шептал и слушал,
Как чужие слова застилают печалью душу.

– Варвары спустились в долину, –
Он твердил по-латыни,
И рвалось, как из плена, сердце к этой долине.
А когда уездный город Изюм занесло снегами,
Он читал, как рабыни, давя виноград ногами,

Танцевали над чаном под хохот медных браслетов,
И от этого сохло горло, как прошлым летом.
Со стены улыбался прадед в литых лосинах,
Бесконечно юный, но потускневший сильно.

Застеклённый декабрь стоял, как часы в столовой,
И смотрел, и ждал, не говоря ни слова.
А потом весна-замарашка в мокрых чулках –
Тормошила, смеясь, и впадинку у виска

Целовала – и мальчик немел от её насмешек.
Все уроки – кубарем! Все законы – смешаны!
Он сбегал посмотреть ледоход, и ветер апреля
Выдувал облака соломинкой. Марк Аврелий

Ждал с античным терпеньем, открыт на той же странице.
Продавали мочёные яблоки. Стыли птицы
В синеглазой бездне, выше колоколов!
И для этой печали уже не хватало слов.

И рука отчизны касалась его волос…
Он как раз дорос до присяги, когда началось.
Он погиб, как мечтал, в бою, защищая знамя.
Нам бы знать – за что нас так, Боже?
А мы не знаем.

Ирина Ратушинская: право на осанку

IV
Внучка Соня теребит мой зонт и приговаривает: «…какой замечательный цвет и лазмел у вашего зонтика, сэл…».
Из Ратушинской она знает пока только этот стишок.

Лейла ШАХНАЗАРОВА.
Автор фотокомпозиции – Павел Кравец.

Источник.

В Одноклассники
В Telegram
ВКонтакте

Комментариев пока нет, вы можете стать первым комментатором.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Разрешенные HTML-тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Я, пожалуй, приложу к комменту картинку.