Чилля

В Москве весь июль стоит -как говорят нам средства массовой информации- «аномальная жара». При этом, пугают метеозависимых граждан отсутствием в воздухе кислорода и каждый день сообщают о том,что такая же «аномальная» была 100 лет тому назад. Ну а мы- выходцы из Средней Азии — знаем,что сейчас- самое время Чилли. Вот- немного информации об этом.

Сорокадневный период с последней декады июня до первой декады августа в Узбекистане, согласно народной традиции, называют чиллёй, что в переводе с узбекского и означает «сорок дней». В это время температура воздуха днем поднимается выше +40 градусов, и даже ночью не падает ниже +30. По календарю чилля отмечается с 25 июня по 3 августа.

Но в отдельные годы неистовый зной может нахлынуть и раньше, сразу после летнего солнцестояния 22 июня. В Ташкенте столбик термометра уже перевалил за отметку +44 градуса в тени. В Фергане, Андижане и Намангане +42, в Джизаке и Самарканде +43, Бухаре и Навои +46, а в Карши и Термезе +47-48. Цвет ясного неба утратил прозрачную синеву, побелел, будто выцвел на солнце. Густые корны деревьев покрылись налетом пыли, перестав спасать от духоты. И лишь в горных районах местами еще сохраняется облачность, с наступлением вечерних сумерек обещающая прохладу. Из-за таяния ледников переполнились бурными водами русла горных рек.

Суфии Средней Азии имели обычай в чиллю уединяться для поста, молитв, медитаций, чтения Корана и сосредоточенных размышлений. Практичные в бытовых делах мусульманские мистики средневековья считали, что сам Всевышний отвел это время, когда неудобно трудиться и тяжело странствовать, для удаления от мирской суеты и духовного самосовершенствовании. Среди исторических памятников Узбекистана встречается очень много типичных сооружений чилля-хона — глинобитных куполов-келий, больше чем на две трети скрывающихся под землей, что обеспечивало относительную прохладу, скрывавшимся в них на сорок дней чилли дервишам и наставникам.
Традиционные жилища узбеков так же приспособлены для ежегодного переживания чилли. Если в квартирах многоэтажных панельных домов в спальных районах Ташкента воздух может прогреваться еще на 6-8 градусов выше, чем на улице, то жителей глинобитных построек Старого города от зноя чилли защищают толстые внешние стены, проветриваемые внутренние дворы с густыми фруктовыми садами и обязательным хаузом — прудом — в центре.

По данным архитекторов, «летние пространства» в традиционном узбекском доме в два-три раза превышают площадь жилых комнат, тогда как лоджия или балкон в типовой квартире занимают не более двадцати процентов, но и от них нет никакого толка в чиллю, особенно если они находятся на солнечной стороне. Застекленный балкон с бетонными стенами без кондиционера в таком случае превращается в настоящий генератор раскаленного воздуха. А если еще начинаются перебои с подачей холодной воды, во многих спальных районах не доходящей выше третьего этажа, и, из-за перегрузки сетей, отключается электроэнергия, то чилля превращается для горожан в настоящую пытку и борьбу за выживание.

Прибывающие в это время в страну туристы, с удивлением взирают на то, как местное население потребляет горячий зелёный чай. Не решаясь повторить подобное, а больше руководствуясь своей собственной логикой, приезжие гости прибегают к холодным крашенным напиткам, пиву или минеральной воде, а потом с ещё большим удивлением отмечают, что пить от этого хочется ещё больше, а местные жители, напившиеся к тому времени горячего питья, блаженствуют от отступившей жажды. Всё правильно: у здешнего монастыря свой устав и свои правила выживания.

И хотя, традиционно, местное население, проживающее в оазисах Узбекистана (например, в Самарканде) спасалось от сильнейшего летнего зноя особенностями своего жилища: пахсовыми стенами (из глины с соломой или камышом) домов, высаженными во дворах деревьями, перекрытием двора виноградником, и арычно-хаузной системой (ныне заброшенной системой уличных каналов и небольших бассейнов во дворах и кварталах), создающей локальный микроклимат, с давних пор в регионе сложилась определённая культура выживания в летнюю жару:

не ходить под солнцем с непокрытой головой;
в одежде использовать светлые тона, отражающие солнечный свет, а саму одежду носить свободную из хлопковолокна или льна;
чаще употреблять специальным образом приготовленное кислое молоко («чакка» — по-самаркандски) и базилик (в местной культуре называемый «райхон»);
пить прекрасно тонизирующий горячий зелёный чай или разведённую в остывшей кипяченной воде «чакку» с зеленью (местный вариант окрошки);
для поддержки сердечно-сосудистой системы есть тутовник, абрикос и изюм;
если нельзя избежать выхода на открытое солнце, класть на плечи влажный платок (марлю);
по утрам и вечерам охлаждать воздух поливкой своего двора.

Помню,как однажды мы приехали в отдаленный кишлак Лолабулак,расположенный по обеим берегам горной речки. Поднялись вверх по течению,насколько позволяла дорога ,дальше-оставив машину- пошли пешком. Нужно было пройти к массиву гранодиоритов выше поселка. Вдруг-навстречу нам выбежала пожилая женщина,бросилась в объятья Татьяне- нашему геологу,которая шла впереди,и повела ее к дому. Мы тоже пошли за ними. Недалеко от домика,на самом солнцепеке,сидел старик в чапане и пил горячий чай. Лицо старика было красным и видно было невооруженным глазом- у него высокая температура. Оказывается- таким способом он пытался ее согнать. Халат ,одетый на голое тело, был распахнут. А нас они приняли за мед.помощь. Мы увели старика в дом, смерили температуру- у него было- 39 градусов,дали ему аспирин и сидели- пока температура не упала. Что было бы с ним- если бы мы не подошли- не знаю.

А сама я попадала в чиллю на месторождении красочных глин в Кызылкумах. Мы шли по саю часов в 12 дня.Сай-глубокий и совершенно никакого движения воздуха. Жарко,но мы- вроде привычные. Вдруг-почуствовала странное стучание в голове- как- будто кто-то стучит изнутри молоточком. Остановилась- стук прошел.Каждый новый шаг- снова стук. Мой спутник помог мне кое-как вылезти на поверхность — вроде стало полегче- хоть какое- то малозаметное движение воздуха. Вернулись к машине, мочили полотенце и прикладывали к голове- оно моментально становилось горячим. На этом моя «экскурсия» по месторождению в этот день закончилась,т.к. каждый шаг вызывал бешеное колочение сердца. Так и сидела в машине с открытыми дверцами,до вечера,когда жара немного спала. Думаю- это был тепловой удар.

Если Вы прибыли, или собираетесь посетить Узбекистан в «чиллю», постарайтесь не ходить по солнцепёку с 12 до 16 часов (в это время, солнце наиболее активно), не прибегайте к алкоголю, пиву, кофе и даже газированным напиткам в самую жару — это только усилит жажду и обезвоживание. Пейте (в тени) горячий зелёный чай или, по крайней мере, прохладную негазированную минеральную воду.

Совет : берегите голову!