С. Благов. Сценарий фильма. Прислала Л. Самарцева.
Жил-был на свете маленький арык.
Играло в воде солнечное пятно. Куда арык, туда и
пятно. Арык нырнет под забор – и пятно туда же.
Весной, когда на глиняных крышах цвели маки,
вдоль зеленых берегов арыка поднимались одуванчики.
Мальчик срывал одуванчик, смотрел сквозь него
на свет, и, конечно, дул на него…
Напевая свою тихую песенку, бежал арык, куда хотел.
То свернет с дороги и пересечет важный двор, где
на длинных стеблях покачиваются розы «Президент»,
где почетное семейство пьет густой чай, удобно
и мечтательно раскинувшись на помосте.
То забежит на секунду во дворик кузницы, где
так звонко стучит молот, а у мастера такое простое
и светлое лицо, что невольно думаешь – ах, верно,
верно говорят — «человек — сам кузнец своего
счастья».
То приблизиться к тенистой чайхане, где кипят пузатые
самовары, где чайханщик берет одной рукой сразу пять
пустых чайников и едва заметным движением сбрасывает
все пять привязанных крышек . А другая рука, с жонг-
лерским шиком, уже подбрасывает ложечкой пять порций
заварки, и, заметьте, добрые люди, не одна
чаинка не упала на пол мимо чайника. Одним движением
наполняются под кипящей струей все пять чайников и
пять крышек разом прыгают на свои места.
А в полумраке под навесом красный отсвет, красный жар!
Два молодца стоят у печи для самсы, строго глядя
друг на друга, надевают варежки на правую руку, а
под левый локоть кладут на край горячего тандыра
подстилку, и начинается потеха – переваливаются
молодцы в пылающую печь, лепят к стенкам самсу,
то один, то другой,
то один, то другой,
того и гляди, стукнуться лбами!
А на другой печи уже поднимают ковшом-совком
готовую самсу. Ах, до чего горяча самса, не удержать
в руках покупателю!
То свернет арык в скромный дворик, где старик
мастерит трещотку, вручает ее мальчику, а тот
ставит ее в бегущую воду – славно трещит трещотка!
То заглянет арык во двор, где затрепезно одетые
женщины указывают друг на друга пальцами, и
присовокупляют слова, которые мы не слышим, и
слава богу, что не слышим.
Все новости махали знает арык, всех успеет за день
навестить.
Куда спешат мальчики с горящими глазами?
И арык бежит с ними наперегонки. Там, за домами,
кричит старый точильщик в синей рубахе – «То-
чи-и-и-и-ить, ножи –ножницы!».
Стоят дети, завороженные чудом,
осыпаемые снопом золотых искр…
И снова бежит, заворачивает, возвращается, веселый
арык, крутит колеса чархпалаков, кто ведро воды
зачерпнет, кто лицо ополоснет…
Вот прыгает веселый мяч, но и он угодил в арык,
бегут дети по зеленной траве, уплывает . мяч-то!
Находу сбрасывает мальчик штаны, прыгает за мячом.
Играет солнечное пятно в воде.
Плывет большая глазастая стрекоза на листике.
Мальчика путешествует по арыку , развалившись на
резиновом автомобильном баллоне.
Старик сворачивает из бумаги кораблик.
Мальчик ставит кораблик в воду.
Плывет кораблик в солнечном пятне. Прощай!
…Будет на пути арыка труба, из
которой вытекает черная заводская жидкость . И
будет на пути арыка высокая глухая стена, под
которой и пропадут вымокщий кораблик и сам арык,
почерневший и погасший…
…А за стеной откроется внезапный вид на
огромный прекрасный город. В гигантской панораме
громоздятся дома-домища, дома-айсберги, башни,
остовы, краны, машины, транспортеры. Поднимается
панель жилого дома, монтируется последний этаж.
Бульдозер наезжает на дом, почти такой же, в каком
видели мы старика и мальчика . Трещит каркасная стена,
пыль стоит столбом. Прощай Эски шахар! Пришло
время высоких домов.
Ах, что там говорить! Мы живем –поживаем на своих
восьмых этажах, где для жизни есть все – вода холод-
ная и вода горячая, телевизор, журчит санузел.
Бетон-стекло. И окно такое замечательное. Только
день сегодня пасмурный, дождик накрапывает,
капли на стекле… А за стеклом мальчик стоит,
в окно смотрит задумчиво, неподвижно.
А в соседнем окне старик стоит, тоже на улицу
смотрит, никак вспоминает, что. Заглянем в новую
квартиру. Квартира хорошая, посуды много, в одея-
лах тоже нет недостатка, сервант, конечно, ну,
телевизор цветной, и все такое. Вот комната
старика. Он стоит и смотрит в окно , к нам спиной. А
на стене фотографии в ряд И по ним читается жизнь
трудовая, заслуженная. Вот недавнее фото, похож!
Вот фронтовое. А это на стройке, тридцатых , должно быть,
годов. Школьная выпускная. Старенькая улочка. Стоит
мальчик с ведром воды у арыка. Все старики были
когда-то мальчиками…
Ну, ладно. Посмотрим комнату внука. И тут все на месте.
Портфель школьный, шкаф с игрушками, луноход, автомат,
пароход, «Родная речь», мяч. Мальчик стоит у окна
спиной к нам, руки сложены за спиной.
А в руках бумажный кораблик.
Заглянем поглубже в глаза мальчика. И увидим весенний
день, зеленый берег арыка и большие, каких не бывает,
одуванчики. Счастливые глаза мальчика и
облетающий одуванчик у лица.
И старик тут. Одной рукой держит у губ одуванчик,
другой ладонью прикрывается виновато от мальчика,
или от мира, и тоже дует на одуванчик, глаза его смеются…
Волшебно звеня, бежит в памяти маленький арык, и солнце
апреля играет в светлой воде, через поле, через жизнь,
до последнего дня, бежит в памяти маленький арык,
на берегах которого растут одуванчики.
11 января 1981 г.
Очень тронул за душу этот маленький арык из моего детства….Я точно знаю,где он бежал,я его видела!Спасибо!Не живший в Узбекистане,наверное,не сможет понять о чём идёт речь и что такое арык?
А я помню только один арык из моего детства. Это был новенький прямой бетонный арык. Дно его было покрыто зелёными водорослями. Водоросли были скользкие, и мы — детвора, катались по нему босиком. Сейчас эти арыки тоже есть, но, вода в них не течёт, они перекосились, состарились и в них один только мусор.
Ох, сколько же арыков помню я? И те, что журчали на улице Малясова… как часто девочкой я бродила там. срывая цветочки, растущие по берегам… такое водяное растение с полым стеблем, желтенькими цвточками и серединкой-зеленым пупырышком. Как оно называлось? Не знаю. И зеленый спорыш, который стелился тогда по обочинам. И клевер, темно-красные и белые головки. И, конечно, одуванчики…
А кто помнит арык, пересекавший Малясова сразу за фабрикой «Уртак»? Широкий, глубокий, с чем-то , вроде шлюза, он постоянно бурлил. а я стояла и смотрела, как зачарованная… Сколько арыков было в моей жизни… А сейчас в Ташкенте, наверное, все арыки закопали?
Ну, вы Татьяна, как с луны свалились. Сидите там, со своими переводами, от жизни отстали. Кто же арыки закапывает? Их, наоборот, расчищают. Другое дело, воды в них нет. Но, с водой у нас напряжёнка. По всяким там арыкам её не пускают. А некоторые арыки сами постепенно исчезают, за ненадобностью.
Если вы сменили ник, это не значит, что можно всем безнаказанно грубить. Я всего лишь спросила. Нельзя отстать от жизни страны, в которой ты не бывал почти тридцать лет. Ты ее просто не знаешь. Ник появился три дня назад, если вы не так, о ком я думаю, откуда знаете про переводы?!Нехорошо: я-то вам помогла…
Где это вы увидели грубость? Я, наверное, ошиблась. Тут столько Татьян. Самое популярное имя. Впредь буду внимательней.
Дорогая Татьяна! Не обижайтесь, пожалуйста. Но, какая-то Татьяна, всё время сетовала на то, что переводами на хорошую жизнь не заработаешь. Я и решила, что это вы.
Татьяна, арык за конфетной фабрикой — это канал Аккурганский, много раз выкладывал его фото на территории Обсерватории. Он берет начало от Бозсу и сейчас теряется на подступах к Алайскому. Также точно и Дархан-арык когда-то отслеживался до пересечения с Якуба Коласа, сейчас конечно его уже не найти там.
Татьяна! А у вас на Малясова не было арыка с чистой и прозрачной водой? На этот арык смотришь, любуешься им, даже хочется зачерпнуть пригоршню воды. Но, потом, невзначай, узнаёшь, что вода в этом арыке из канализационных стоков. Просто, хорошо отфильтрованная. Зачёрпывать, а, уж, тем более, пить, ни в коем случае нельзя! Можно превратиться в грязного лягушонка и за-ква-ква-кать. Это вода пригодна только для внутреннего пользования.
ЕС, спасибо большое, вот всю жизнь жила, а не знала. Но помню тоже всю жизнь.