Старейший музей Узбекистана

В 20-е годы начался планомерный сбор музейных экспонатов по строгой научной системе, с этой целью были организованы экспедиции в Западный Тянь-Шань. В 30-е годы экспозиция музея, имевшая к тому времени геологический, зоологический, ботанический и антропологический отделы, дополнилась разделами по исторической и общей геологии.

Была создана и школьно-методическая коллекция для проведения просветительской деятельности, связи с учебными заведениями
.
Экспедиционные сборы в пустыне Кызылкум, Ферганской долине, горах Тянь-Шаня, Алайском и Гиссарском хребтах значительно обогатили музейные фонды. Научные сотрудники музея вели работы по изучению флоры и фауны, хозяйственному использовании ресурсов республики.

Музей многие годы был одним из самых посещаемых. Сюда вели своих едва подросших детей родители, дошколят — воспитатели, учеников — учителя биологии, нередкими посетителями были студенты вузов. Здесь велась наглядная пропаганда материалистического представления о взаимосвязи природных явлений.
Расскажу об одном из последних своих визитов в старое здание музея. Те, кто бывал в нем, помнят небольшой холл, где за символическую плату приобретался билетик, дающий право на осмотр экспозиции. Над входом в первый зал, если не изменяет память, размещался механический стенд «Солнечная система». Он демонстрировал движение планет вокруг Солнца и потоки космических зарядов высокой энергии, посылаемые космическими телами.

Войдя в зал, с левой стороны можно было увидеть один из интереснейших стендов: «Внутреннее строение Земли». На нем был представлен и макет «Разрез земного шара», который поражал масштабностью. Он позволял навсегда запомнить, что такое геосфера, земная кора, мантия, раскаленное, пылающее алой плазмой ядро нашей матушки-планеты.

История геологических преобразования и развития жизни на Земле разворачивалась на 14 макетах и палеографических картах со схемами и палеонтологическим материалом, найденным на территории Узбекистана. Осматривая их, ты словно проходил сквозь многомиллиардную историю Земли от древнейшей архейской эры до антропогенового периода новой, кайнозойской эры, в которой мы имеем счастье жить.
Залы общей биологии, минералов и полезных ископаемых, ландшафтов Узбекистана — от равнин и тугаев до горных, лесных и оазисов, преобразованных трудом человека в культурные ландшафты давали достаточно полную картину эволюционного развития мира.

Помню, как впервые увидела окаменевшие останки мамонтов, макет стоянки древнего человека. А в толстостенных стеклянных сосудах, заполненных формалином, зародышей, в том числе и человеческих. Словно заглянула в святая святых природы, куда вход простым смертным заказан. С удивлением и жалостью смотрела на двухголового теленка — ошибку мутирующей жизни. А сколько насекомых, бабочек, птиц, животных — от суслика до винторого козла, лис, шакалов, волков, камышового кота и даже, кажется, тигра!..
В музее тогда было 400 тысяч единиц хранения. Вызывали интерес не только выставленные на стендах. К сокрытым в запасниках фондам влекло ученых многих научных центров и других стран. Мне посчастливилось быть сопровожденной в эти хранилища. Находились они в здании старой кирпичной кладки, на втрой этаж которого мы поднялись по крутой внешней лестнице. Стеллажи, столы, шкафы были заполнены разными пронумерованными экспонатами с маленькими бумажными наклейками. Память стерла детали. Запомнились огромное страусиное яйцо, морские гиганты-ропаны, необычные ракушки, книги. О них речь ниже.

Пока вернемся мысленно в залы старого музея. В нем впервые был применен ландшафтный метод экспонирования и оформления экспозиций. Выполнены были эти почти живые на взгляд ландшафты группой художников комбината «Рассом» под руководством заслуженного работника культуры А.Я. Стебмана. Даже самые придирчивые посетители не всегда могли отличить натуральные экспонаты от художественных изображений в объемных диорамах.

В прошлом музей располагал богатой библиотекой. В ней хранились «Атлас бабочек» А. Зейца в 8-ми томах, изданный в 1906 году в Штутгарте, «Народоведение» Ф. Ратцеля в 2-х томах 1903 года издания и многие другие раритетные издания. У меня руки тряслись от восторга, когда позволили подержать эти тяжелые тома и перелистать пожелтевшие плотные страницы некоторых из них с изумительными графическими иллюстрациями. Ведь раньше для иллюстрирования книг издатели пользовались услугами художников-графиков, а не фотографов. Эти гравюры и рисунки сами по себе представляли не только научную, но и художественную ценность.

Грустно было узнать, что в одном из корпусов музея вроде был даже пожар, повредивший и книги. В связи с плановой реконструкцией библиотека, переведенная из административного здания в экспозиционное и размещенная в бездействующем в то время кинозале, стала недоступной для читателей. Велик был и риск потерять многие ценные издания, складированные в неприспособленном для хранения книг помещении.
Поделился со мной сердечной тревогой и сопровождавший меня в хранилище (было это 21 год назад) старый научный сотрудник, он просил не упоминать его имени, и оно выветрилось за прошедшие годы из памяти. Планируемая реконструкция, сетовал он, может привести к большим и невосполнимым потерям. Конечно, рассуждал он, музею стало тесно в старом здании, нужно расширять экспозиционную площадь. Но как сохранить выполненные с большим мастерством ландшафтные диорамы, которые невозможно переместить в настоящем их виде в новое здание? К тому же, печалился мой собеседник запенсионного возраста, с каждым годом все меньше остается ветеранов музейного дела, настоящих подвижников, чья жизнь неразрывно слита с жизнью самого музея. Да и подготовка научных кадров не налажена как следует (в 1999 году среди сотрудников музея природы не было ни одного кандидата наук). Пора, заявил он, решать вопросы о сохранении и развитии музейного дела.

Большую пользу, например, для просветительской работы, считал ветеран музея, может принести создание на основе музейных фондов учебных и научно-познавательных фильмов. В музее природы, полагал он, достаточно готовых методических материалов для создания таких учебных фильмов на темы «Развитие жизни на Земле», «Генетика и селекция», «Зональное развитие природы Узбекистана» и др.
Мы говорили о том, что нужно расширять связи с учебными и научными заведениями, проводить передвижные выставки для сельских районов.

Постановлением Кабинета Министров Республики Узбекистан в 2004 году Государственный музей природы было решено перевести в другое здание, расположенное на территории Института зоологии Академии наук страны (Сабир Рахимовский район). Пока не удалось связаться с музеем по телефону. Придется пойти в него без предварительной договоренности. Известно, что планировалось поэтапно открыть его залы в 2010 году. Об этом, по материалам Интернета, сообщил представителям СМИ директор Государственного музея природы Узбекистана Зубайдулло Каримов. Осмотр первых залов был проведен для работников Министерства по делам культуры и спорта и представителей из других музеев столицы.

Не удалось пока разыскать в личных архивах буклета о старом музее, чтобы проиллюстрировать фотографиями этот очерк. Размещу их, по возможности, после осмотра новой экспозиции, в которой, надо полагать, нашлось место истории самого музея.
©