К вопросу о постановке военно-политической работы в Туркестанской АССР, окончание

Деятельность военно-исторического отделения Штаба Туркфронта по сбору уникальных рукописей, порой не­оконченных военно-исторических сочинений офицеров Генштаба зачастую осложнялась гибелью немногих вернувшихся с войны в Туркестан офицеров ТВО, при­частных прежде к этой работе. Наиболее осведомлен­ные люди, такие как полковник Рот и подполковник Бабушкин, были расстреляны, а полковник Покровский покинул пределы Туркестана. В качестве консультантов Д. Д. Зуеву удалось привлечь Военного переводчика Машковцева и генерала Муханова. В розыске находи­лись завершенные и неоконченные труды по системати­ческому военно-историческому и военно-географическо­му описанию Туркестана и сопредельных с ним стран, проделанные по приказу Военного Министра генерал-адъютанта Куропаткина во время его поездки в Тур­кестан в 1901 г.

Благодаря энергичной работе Военно-исторического отделения Штаба Туркфронта были спа­сены такие работы, как «Географическое описание Тур­кестанского Военного округа» полковника Григорьева и капитана Покровского; «Джунгаро-Семиреченский. приграничный район» полковника Федорова; «Маршру­ты по Семиреченской области» полковника Ахжарова; «Описание Ферганской области» полковника Стокаси-мова; «Описание Памирского района» полковника Муха-нова; «Описание Сырдарьинской области и маршруты по ней» полковника Королькова; «Хивинский оазис» пол­ковника    Лобачевского;    «Теджено-Мургабский  район»

¹⁸ ЦГАСА, ф. ПО, оп. 3, д. 1319, л. 60.

271

полковника Перова; «Описание Зеравшано-Самарканд-ского района» полковника Моравицкого с маршрутами капитана Сукина, и многие другие¹⁹.

Тогда же были найдены и спасены рукописи о завое­вании края с 1839 г., собранные полковником Серебрен­никовым в разных архивах²⁰.

Подчеркивая всю важность работы, проделанной Военно-историческим отделением в этом направлении, Д. Д. Зуев в своем рапорте председателю ВСР С. И. Гу­севу от 11 мая 1922 г. особо отмечает, что военные ар­хивы Туркестана содержат едва ли не единственный во всей стране по однородности и полноте фонд, отра­жающий события от начала продвижения русских войск от Оренбурга и Сибири, включая период демоби­лизации старой армии, первые шаги Красной гвардии и Красной Армии, всю эпоху гражданской войны и бое­вые действия частей Туркфронта²¹. Фонд включал всю военную историю Туркестана — от дела Степного гене­рал-губернатора, командира Оренбургского корпуса, Полевого штаба генерала Кауфмана, по усмирению Джизакского восстания 1916 г., Туркестанского военно­го округа и т. д. Кроме того, имелся единственный в своем роде в РСФСР по полноте фонд с материалами о военнопленных и интернациональных полках из военно­пленных.

Большая самоотверженная роль по спасению Окруж­ного архива Штаба Туркестанского Военного округа от разгрома принадлежит начальнику архива Н. Н. Кора-бицину, ближайшему помощнику Д. Д. Зуева.

Дальнейшему развитию историко-военных исследо­ваний в крае и сопредельных странах в определенной мере способствовал острый интерес автора «перманент­ной революции» Председателя Революционного Военно­го Совета Республики, Народного комиссара по воен­ным и морским делам Л. Д. Троцкого к Индии, границы которой находились в непосредственной близости от Туркестана. Наркомвоенмор в то время (особенно после поражения революции в Венгрии и других европейских странах) все более обращал свой взор на Восток в на­дежде, что удобнее всего пожар мировой революции можно зажечь в самом сердце Великобритании — в Ин­дии,  рядом с которой  настоящий пороховой  погреб —

¹⁹ Там же, л. 60, 61.

²⁰ Там же, л. 15, 16.

²¹ Там же, д. 1371, л. 65, 147.

272

целое соцветие давно готовых к взрыву восточных стран, способных разнести вдребезги государства Ста­рого и Нового Света. Естественно, ему не давали по­коя тайны российских генштабистов, потративших мно­гие годы на изучение истории и географии Туркестана и сопредельных государств. Этот интерес Наркомвоен-мора и решил обратить на пользу науке Д. Д. Зуев, отправив 11 июля 1922 г. письмо²² своему благожела­телю 1-му помощнику начальника штаба РККА Б. М. Шапошникову (впоследствии маршалу, начальни­ку Генерального штаба)²³, в котором он просил долж­ным образом обставить посещение Главнокомандую­щего Вооруженными силами Республики²⁴ (во время предполагаемого им визита в Ташкент летом 1922 г.) Военного Архива.и убедить его в том, что без соответ­ствующего финансирования немыслимо действительно научное изучение войн мировой и гражданской. «Счи­таю,— писал Д. Д. Зуев Б. М. Шапошникову,— что посещение Главкомом нашего весьма полного архива может дать толчок на всю Россию и поэтому очень про­шу Вас доложить и всемерно поддержать мое хода­тайство»²⁵.

Сегодня мы располагаем данными, свидетельствую­щими о том, что сведения об истинном состоянии воен­ных архивов Туркестана в виде доклада в письменной форме были переданы Главнокомандующему всеми вооруженными силами Республики в его приезд в Таш-

кент

²² Там же, д. 1371, л. 71.

²³ После  окончания  в   1903  г.  Московского  военного  училища
Б. М. Шапошников был направлен на службу в Туркестан в чине
подпоручика. Прослужив здесь четыре года, он поступил в Акаде­
мию  Генерального  Штаба,  которую  окончил  в   1910 г.    С   1910  по
1912  г.   осуществлял  цензовое  командование  ротой  в   1-м  Туркес­
танском  стрелковом  полку. Периоды службы  Б. М.  Шапошникова
в   Туркестане   нашли   отражение   в   двух   публикациях   «Военно-ис­
торического журнала»: «Служба в Туркестане»  (ВИЖ.  1966. № 7.
С. 59—74)  и «Опять в Туркестане» (ВИЖ.  1966. № 12. С. 75—89).
Воспоминания  содержат  ценный  познавательный  материал  об  ис­
торических  особенностях  Туркестанского  военного  округа,  вызван­
ных  его  стратегическим   положением   вблизи   афганских  границ.—
См.:  Левтеева  Л.  Г.  Присоединение    Средней Азии    к  России
в  мемуарных   источниках     (историография    проблемы).    Ташкент,
1986. С. 73, 123.

²⁴ С июля 1919 по апрель 1924 г. Главнокомандующим Воору­
женными силами Республики и членом РВС  был С. С. Каменев.

²⁵ ЦГАСА, ф. ПО, оп. 3, д. 1371, л. 71.

²⁶ Там же, л. 90.                                                                           -

18-236                                                                                                           273

Однако положение с финансированием военно-исто­рической работы в связи с начавшимся общим сокра­щением армии в лучшую сторону менялось, видимо, не так быстро, как того хотелось бы Д. Д. Зуеву, продол­жавшему в своем отчете за первое полугодие 1922 г. утверждать: «Смею думать, что ни в одном военном округе нет такого исчерпывающего опыта военного де­ла с половины прошлого столетия и до сего дня фонда, как в Ташкенте… Ныне подана докладная записка Главному — но результаты ее неизвестны… Если в пер­вое время, когда Реввоенсовет фронта пользовался поч­ти неограниченными правами (командирование тов. Фрунзе—1920 г.), Военное ведомство широко пошло навстречу архивному делу, содержа фактически всю военную секцию (из 40 служащих только 2 были на счете Цуардел), то теперь — тот же Реввоенсовет не может даже взять нас на довольствие без разрешения. Москвы»²⁷.

Тем не менее военно-историческая работа под руко­водством Д. Д. Зуева продолжалась. Материалы Тур­кестанского фронта, поступившие в архив, послужили для составления исследования «Гиссарская экспеди­ция в Восточную Бухару». Велись также разработки, исчерпывающе обеспеченные материалами: «Подготов­ка маршевых пополнений в мировую войну», «Оккупа­ция северо-восточной Персии в 1917—1918 гг.», «Завое­вание Памира и Памирский отряд», «Завоевание Фер­ганы Скобелевым», «Джамский отряд (демонстрация на Индийской границе)», «Содействие китайским властям (походы на Кульджу, Джаркент, против генерала Ба-кича)», «Организация тыла экспедиционного отряда», «Горные экспедиции», «Походы в пески и степи»²⁸.

О масштабах развернувшихся исследований и широ­ком круге привлеченных исследователей свидетельству­ет и доклад по Военно-историческому отделению, сос­тавленный еще к началу июня 1921 г., в соответствии с которым были приняты отдельные работы-монографии, подготовленные на основании сдельной оплаты особо сведующими лицами. Среди них «Организация Красной Гвардии и ее первые походы на Оренбург, Самарканд, Коканд и Бухару» (автор Костюк, бывший помощник коменданта Белого дома, участник событий); «Органи­зация   Красной   Гвардии  и   Красной  Армии  и  органов-

²⁷ Там же, л. 93.

²⁸ Там же, л. 90.

274

высшего управления ею» (автор П. А. Домогатский, бывший командующий войсками Туркестанского Воен­ного Округа, впоследствии Турквоенком и начальник Главного штаба); «Боевая работа 1-го боевого поезда Красной Армии» (автор Ревякин, бывший начальник поезда); «Влияние Афганистана на борьбу на Закаспий­ском фронте» (А. П. Востросаблин, бывший комендант Крепости Кушка); «Боевые действия в Амударьинском отделе» (Н. А. Шайдаков, бывший командующий Аму-дарьинской группой войск); «Военные сообщения и-влияние отсутствия топлива на боевые операции» (Бар­ский, бывший начальник военных сообщений, комиссар путей сообщения); «Санитарное состояние Красной Ар­мии» (И. И. Орлов, бывший Наркомздравоохранения); «Поход отряда особого назначения для подавления Вер-ненского мятежа» (Шарапов, бывший помощник началь­ника отряда); «Октябрьский переворот в Ташкенте» (С. Д. Муравейский, бывший начальник Путурка)²⁹.

К концу февраля 1922 г. были также составлены во­енно-исторические описания: операций по освобожде­нию Ходжекентского и Кокандского уездов в марте— апреле 1921 г.; по экспедиции в пески Каракум про­тив Джунаидхана, Гуламали и Вали Мухамедова в апреле—мае 1921 г.; по операции против Рахманкул’а в Наманганском уезде осенью 1921 г. Членами Средне­азиатского Военно-научного общества была составлена схема событий в Туркестане по всем фронтам за 1918 и 1919 гг. Собраны также воспоминания, среди которых особый интерес представляли мемуары бывшего пред­седателя РВС Туркреспублики Д. П. Саликова по эпи­зодам гражданской войны. В это же время готовилась, работа П. А. Домогатского³⁰.

По мере накопления материала наиболее интерес­ные очерки печатались на страницах военной периоди­ческой прессы Туркестана и Узбекистана. Военные жур­налы, печатавшие военно-исторические очерки, издава­лись в основном Политуправлением Туркфронта. Среди них — «Коммунистическая мысль» — орган Политотдела Туркфронта, «Еженедельник политработника» (с номе­ра 13 выходил как журнал)—орган Политуправления РВС Туркфронта, «Военная мысль» — военно-научный журнал — орган Реввоенсовета Туркфронта, «Милицн-

²⁹ Там же, л. 87.

³⁰ Там же, д. 1400, л. 5, 6.

275

тшная армия» — орган Управления всеобщего военного обучения Туркреспублики, «Военный работник Турке­стана»— орган Военно-редакционного совета РВС Турк-фронта, «Военное дело в Средней Азии» — орган РВС Туркфронта, «Допризывник» — орган Управления все­общего военного обучения Туркфронта и ЦК КСМТ, «Красная казарма» — орган Политуправления Турк­фронта и др. Кроме того, в 1918—1924 гг. в Туркестане выходило в разное время около 35 наименований воен­ных газет на русском языке и 6 приложений к ним, так­же сыгравших значительную роль в постановке и раз­витии военно-исторических исследований и пропаганде военно-исторических знаний³¹.

В конце 1919 — начале 1920 г. под влиянием высо­коинтеллектуального военного окружения М. В. Фрунзе начинается активный процесс собирания при Штабе Туркфронта Военной библиотеки востоковедного нап­равления, в том числе исторического характера. Имев­шаяся в библиотечном фонде литература была рассчи­тана на использование исследовательской работы выс­шими военачальниками, а также для пополнения их знаний по истории и экономике края. Началась работа с частичного восстановления прежней разрозненной и расхищенной библиотеки Штаба ТуркВО³². Помимо того М. В. Фрунзе еще в бытность в Самаре в предвиде­нии передислокации Штаба Туркфронта в Ташкент ко­мандировал в Москву и Петроград работника Военно-исторического отделения М. Базыкина со специальной миссией по приобретению книг по Востоку. Об успешной деятельности в этом направлении свидетельствует лич­ное письмо М. Базыкина от 10 июня 1920 г. М. В. Фрун­зе, в котором он сообщает, что с помощью Наркома просвещения А. В. Луначарского было приобретено значительное количество книг, среди которых «имеются очень редкие экземпляры и кои-бы по истечению надоб­ности в Штабе Туркфронта были бы переданы в Таш­кентский Университет дабы обеспечить их редким книж­ным материалом по Востоку»³³. Впоследствии для руко­водства библиотечным делом в  составе  политуправле-

³¹ Шорников, В. П.  Военная  печать как источник изучения
истории   гражданской   войны   в   Туркестане//Историография,   источ­
никоведение   истории   Компартии  Туркестана.    Материалы   научно-
теоретического   симпозиума,   состоявшегося   28—29   января   1988   г
ш г. Ташкенте. Ташкент, 1989. С. 159—160.

³² ЦГАСА, ф. 110, оп. 3, д. 1321, л. 9.

³³ Там же, д. 1344, л. 13, 13 об.

276

ния Реввоенсовета была создана библиотечная секция, в функции которой, входила организация библиотечной, сети для политико-просветительной и воспитательной работы среди бойцов фронта. Она снабжала бойцов и литературой по истории края³⁴.

Существенный вклад в развитие воешю-историче-ских знаний в Туркестане внесли Среднеазиатские кур­сы востоковедения РККА, руководил которыми И. Д. Ягелло, кадровый офицер старой армии, бок о бок в те же годы работавший с Д. Д. Зуевым.. И. Д. Ягелло впоследствии писал, что ташкентские кур-сы оказались «более приспособленными к действитель­ности, нежели подобные курсы в Петрограде, где поста­новка дела была слишком теоретична»³⁵. Все началось с того, что 10 июня 1920 г. М. В. Фрунзе вызвал из Омска в распоряжение Туркестанского фронта И. Д. Ягелло, бывшего с 1900 по 1914 г. бессменным заведующим Школой восточных языков при Штабе Туркестанского Военного Округа и поручил ему органи­зовать курсы востоковедения в Ташкенте³⁶.

Курсы востоковедения открылись 24 октября 1920 г.» а первый выпуск слушателей был уже летом 1921 г. Курсы действовали и в последующие годы под названи­ем «Среднеазиатские курсы востоковедения РККА»³⁷. На курсах читались история военного искусства, исто­рия Туркестана и сопредельных стран, история мусуль­манского Востока, национально-революционное движе­ние на Востоке, исламоведение, мусульманское право и языки — узбекский, таджикский, киргизский, турк­менский, азербайджанский, урду, фарси, арабский, ки­тайский и английский³⁸. Преподаватели курсов выпус­кали для слушателей литографированные конспекты своих лекций³⁹.

³⁴ Кук ее в а  М.   К.   Из   истории   библиотек    Красной  Армии
Туркестанского   фронта   (1918—1920)//Известия  АН   КазССР.   Сер.
обществ, наук. 1981. № 2. С. 59—63.

³⁵ Ягелло   И.   Высшая   военная     школа     востоковедения   (в
Ташкенте)//Новый Восток. Кн. 4. М,  1922. С. 503.

«Искандеров Б. И., Юсупов Ш. Т. И. Д. Ягелло. //’Известия Академии наук Таджикской ССР. Отд. обществ, наук. 1981. № 1  (103). С. 18, 21.

³⁷ Лунин  Б. В. Научные общества Туркестана и их прогрес­
сивная  деятельность.   Конец  XIX — начало  XX  в.    Ташкент,   1962.
С. 155.

³⁸ ЦГАСА, ф. ПО, оп. 3, д. 1332, л. 70.

³⁹ В а с и л е в с к и й   К.   Г.   Национально-революционное     дви­
жение на Востоке: Средний Восток, Афганистан и Индия. Конспект

277

В качестве преподавателей на Среднеазиатских кур-tax востоковедения РККА привлекались известные в Туркестане еще до Октябрьской революции историки-ориенталисты М, С. Андреев, Н. С. Лыкошин, А. А. Ме-сенов, И. Д. Ягелло, А. А. Гаррицкий и др. 23 августа 1920 г. И. Д. Ягелло был назначен редактором военно-географического отделения Военно-научного управления Штаба Туркестанского фронта. Одновременно он зани­мался формированием курсов востоковедения, а 24 сен­тября 1920 г. был назначен начальником курсов восто­коведения и проработал в этой должности до конца 1925 г.⁴⁰

И. Д. Ягелло в совершенстве владел французским, английским, персидским, арабским языками, а также пушту и урду, обладал обширными знаниями по исто­рической географии Среднего Востока. Еще в 1906 г. он написал работу «Сведения, касающиеся стран, со­предельных с Туркестанским округом»⁴¹.

Важное место в военно-исторической работе по изу­чению прошлого и настоящего Средней Азии и приле­гающих стран Востока занял Военный факультет Тур­кестанского государственного университета в Ташкенте, при котором образовалось Среднеазиатское военно-на­учное общество (САВНО). Члены общества, наряду с другой деятельностью, собирали и изучали материалы по истории Туркестана и сопредельных стран⁴². Средне­азиатское ВНО, возникшее при военфаке по инициати­ве партийной организации, объединяло в своем составе студентов отделения генштаба и высший комполитсос-тав Штаба фронта. В июле 1922 г. произошла реорга­низация САВНО в связи с расформированием Военного факультета и изменился его состав за счет усиления командирскими кадрами. Особенно активную работу проводило общество в первой половине  1923 г.    Но в

лекций курса, читанного на Среднеазиатских курсах востоковеде­ния РККА и Среднеазиатского ком. ун-та им. Ленина в 1926/27 и 1927/28 учеб. годах. Ташкент, 1928; Он же. Национально-револю­ционное движение на Востоке: Ближний Восток — Персия: конс­пект курса, читаемого на Среднеазиатских курсах востоковедения РККА и Среднеазиатского ком. ун-та им. Ленина в 1926/27 и 1927/28 учеб. годах. Ташкент,, 1929.

⁴⁰ ЦГА УзССР, ф. 2498, оп. 1, д. 4, л. 2.

⁴¹ Ягелло И. Д. Сведения, касающиеся стран, сопредельных
с  Туркестанским   военным   округом.  Ташкент,   1906.

⁴² Двор к ин а  Е.  А.  Основание Университета    в  Туркестане
(1918—1920) //Труды  САГУ.   Нов.   сер.   Вып.   90.   Кн.   14.   Ташкент,
1957. С. 28.

278

июле того же года переизбирается Правление, из ко­торого уходит Д. Д. Зуев, на его место избирается Ип­политов. С этого момента в работе Общества наступает заметный спад⁴³. Тем не менее продолжают работу военно-историческая и востоковедческая секции. Наибо­лее активно протекает деятельность ВНО в Кушкинском гарнизоне. В октябре 1924 г. при Управлении снабже­ния Туркфронта организовалась Военно-хозяйственная подсекция САВНО, члены которой взялись за подго­товку коллективной работы, посвященной изучению ис­тории и состояния  местного Туркестанского  рынка⁴⁴.

Интересны во многом удавшиеся попытки постанов­ки военно-музейного дела в Туркестанской республике. Следует отметить, что в старой армии, дислоцирован­ной в крае, только зарождалась работа по собиранию войсковых музеев. Войсковые части Туркестанского Военного Округа еще не имели достаточно прочных и хорошо оборудованных казарменных помещений для размещения в них офицерских собраний, в которых обычно находились войсковые музеи. Только в Орен­бургском казачьем полку и в Верном при Управлении войскового атамана Семиреченского казачьего войска делались удачные попытки составить полковые музеи. Исключение составлял также Музей при станции Геок-Тепе, экспозиции которого отражали штурм этой твер­дыни.

Во время революционных событий собранный мате­риал был разбросан и утерян. Лишь в Ташкентском об­ластном музее к началу 20-х годов сохранились разроз­ненные военные коллекции, да во дворце, принадле­жавшем раньше великому князю Н. К. Романову, име­лись картины и предметы, имеющие отношение к воен­ной истории⁴⁵.

Весной и летом 1921 г. на территории Туркестана работала специальная московская экспедиция, коман­дированная ПУРом для сбора экспонатов для Музея «Жизнь Красной Армии и Флота», которую возглавил старший сослуживец Д. Д. Зуева по Главному управ­лению архивным делом в Москве, ученый секретарь музея профессор геральдики А. М. Фокин⁴⁶. Большая работа,   проделанная   среднеазиатскими   военными   ис-

⁴³ ЦГАОР СССР, ф. 9403, оп. 1, д. 22, л. 100—103.

⁴⁴ Там же, л. 169, 219.

⁴⁵ ЦГАСА, ф.  ПО, оп. 3, д.  1344, л. 52—54 об.

⁴⁶ Там же, л. 41.

279

ториками, способствовала тому, что Туркестанский от­дел Музея «Жизнь Красной Армии и Флота» в Москве, оформленный с помощью художника С. П. Юдина, был признан одним из лучших, а Д. Д. Зуеву выражена благодарность командования РККА⁴⁷.

О высокой оценке деятельности среднеазиатских военных историков свидетельствует и письмо директора Выставки-музея «Жизнь Красной Армии и Флота» В. Бессонова начальнику Военно-исторического отделе­ния Оперупра Штаба Туркфронта Д. Д. Зуеву от 1 ноября 1921 г., в котором он писал: «…Считаю своим долгом обратиться к Вам с выражением глубокой при­знательности за Ваши энергичные хлопоты и собствен­ные труды, связанные иногда с тяжелой физической ра­ботой,— исключительно благодаря которым удалось собрать богатую коллекцию материалов о Туркфронте, ныне представленную в Музее. Ученый совет вверенного мне Музея постановил наладить с Вами постоянные контакты и считать Вас своим сотрудником…»⁴⁸.

Осуществляя деятельное руководство сбором экспо­натов для Москвы, Штаб Туркестанского фронта при­нял решение об объединении в Ташкенте всего военно-музейного дела в один, общий для старой и Красной Армии показательный военно-исторический музей, вхо­дящий в виде подотдела в общую сеть музеев Турк-республики⁴⁹.

Документы свидетельствуют о том, что Выставка-музей «Жизнь Красной Армии и Флота», подобная мос­ковской, была организована и действовала в Ташкенте при Политическом управлении Туркестанского фронта в 1920—1921 гг., после чего возник и был осуществлен проект соединения этого Музея с Музеем социальной революции,  находившимся в  составе Турккомстариса⁵⁰.

Таким образом, в начале 20-х годов в Туркестан­ской АССР военными историками была проделана большая работа по спасению ценного исторического и историографического источникового материала, созданы условия для развертывания исторических исследований и образования по истории военных действий на фронтах гражданской войны в Туркестане, Хорезме и Бухаре, изучения прошлого народов Средней Азии и сопредель­ных стран.

⁴⁷ Там же, л. 14. 14 об.; д. 1400, л. 68, об.

⁴⁸ ЦГАСА, ф. ПО, оп. 3, д. 1344, л. 67.
«⁹ Там же, л. 53. об.

^ъо Там же, л. 1—4, 61. S8J

АКАДЕМИЯ НАУК РЕСПУБЛИКИ УЗБЕКИСТАН ИНСТИТУТ   ИСТОРИИ

Актуальные проблемы исторической науки

АКТУАЛЬНЫЕ   ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИЧЕСКОЙ   НАУКИ

Редакционная   коллегия   серии:

Э. Ю. Юсупов, А. А. Аскаров, Р. Я. Раджапова,

Л. М. Транис, Б. В. Лунин

Ответственный   редактор   сборника

доктор исторических наук Р. Я. Раджапова

Рецензенты:

доктора исторических наук Б. В. Лунин, В. Л. Гентшке

АКАДЕМИЯ НАУК РЕСПУБЛИКИ УЗБЕКИСТАН ИНСТИТУТ   ИСТОРИИ

ОНТЯБРЬСНАЯ

РЕВОЛЮЦИЯ

В СРЕДНЕЙ

АЗИИ И НАЗАХСТАНЕ:

ТЕОРИЯ, ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ ИЗУЧЕНИЯ

ТЛ’1′ЧЕНТ

ИЗДАТЕЛЬСТВО   «ФАН»   АКАДЕМИИ   НАУК

РЕСПУБЛИКИ УЗБЕКИСТАН

1991