Тамара Санаева опубликовала в разделе Аплодисменты журнала «Медиакульт»
В третий раз «Ильхом» отметил день рождения своего создателя, художественного руководителя и режиссера Марка Вайля – без него самого. В театре, который зародил, как говорил Вайль, в нас веру, и который теперь носит его имя. Где все – от первого гвоздя и до всемирной славы – связано с ним. И где он продолжает жить.
К 57-летию Марка Яковлевича Вайля «Ильхом» подготовил особый вечер.
« 25 января 2010. День рождения Марка Вайля» значится на памятной программке багряного цвета с замечательной фотографией виновника торжества.
Это был первый подарок, который ильхомовцы (я бы сказала – вайлевцы) подарили основателю театра и публике.
Два следующих подарка ожидали зрителей в зале, который, само собой, заполнен был до отказа.
Первый – премьерный показ в Ташкенте документального фильма «Два интервью» (авторы – Борис Гафуров и Всеволод Сучков). Надо ли говорить, что испытали присутствующие, когда с ними заговорил живой Марк Вайль?!
Эти интервью, как сказал во вступительном слове перед показом Борис Гафуров, исполняющий обязанности художественного руководителя театра «Ильхом», были даны режиссером после премьеры спектакля «Счастливые нищие» и после превью его последнего спектакля – «Орестеи». Между ними – более 10 лет. Долгий путь из еще более протяженного и значимого, более чем 30-тилетнего служения М. Вайля своему театру.
- Я родился в этом городе. Я вырос в ташкентском дворе. … И для меня ташкентский зритель – потрясающая смесь людей разных национальностей, разных культур, темпераментов и достаточно из-за этого индивидуальных. …Я всегда любил этот разноязычный, разнокрасочный Вавилон, – звучал в черном ящике небольшого зала незабытый голос.
…людей которые нас окружают, – продолжалось откровение режиссера, – мы их чувствуем, мы из них.
… Театр – это содержание. А основное содержание театра – это актеры, – говорил, глядя каждому прямо в глаза, М. Вайль.
Он ценил свой театр, своих актеров. Знал характер каждого. Кого хвалил, обласкивал, кого ругал – все во благо самого актера. Мог где-то сидеть, тихо разговаривая с артистом. Мог движением, жестом, интонацией, взглядом, шепотом или криком рождать вместе с труппой спектакль.
В фильме показано порой волевое, жесткое, порой интимно-психологическое проявление режиссера на разных этапах постановки спектакля. Он то колдует, то договаривается о чем-то с актером, или «пришпоривает» его, чтобы взял те десять барьеров, которые выстроил режиссер. Но не подавляет актера, считая его своим соавтором.
- Если режиссер – автор спектакля, то актер должен быть автором роли, – говорил он.
Работа режиссера, считал М. Вайль – это практическая психология. Это игра совместно с актером на его опыте, памяти, эмоциях. Это как сопряжение живых органов с конструктором.
Он и сам был одаренным актером. Много и успешно играл в юности. Мог показать, репетируя с актерами, как исполнить ту или иную мизансцену. И все же на сцену не выходил. Не считал нужным, не любил этого. Но собственный актерский опыт позволял острее чувствовать природу актерской игры. Он гениально использовал спонтанный режиссерский показ. Был убеждён: это даёт артисту больше, нежели долгие словесные объяснения. Словно искры высекал, которые зажигали актеров. И актер уже чувствовал, что это делает он сам!
Актеры видели в нем не просто режиссера. Считали Учителем. Называли вторым отцом. Чувствовали: театр – не просто место работы. Государство. Со своим уставом. Семья, где старшие воспитывают младших. Где происходит смена поколения. И не теряется связующая всех воедино нить.
Ему было интересно в своём театре. Нравилось ощущать свежесть, которой обладали ильхомовские спектакли. Нравилось видеть, как расширяется сознание приходящих в театр людей. Занимал переход в другую реальность, когда жизнь сочиняется вместе с актерами.
В театре всегда хватало проблем. И он с ними справлялся, как бы ни было сложно соединить, казалось бы, несоединимое. Выразить в спектаклях сплав реальной жизни и вымысла, созданный им особый ильхомовский мир, со своим взглядом на действительность, своими оценками, своим отношением.
Искренне делился своими мыслями с теми, кто к нему приходил с вопросами и не претендовал на то, чтобы его считали носителем истины.
Он не боялся быть искренним. И каждый из нас видел и слышал, чем и как дышит Марк Вайль. Наш современник. Режиссер. Человек.
Следующим подарком была сценическая импровизация (сценическая читка, с текстом в руках) по созданной М.Вайлем свободной авторской композиции, которая получила название «Дело о любви и смерти».
Феерический выплеск колоссальной творческой энергии, демонстрация лучших традиций вайлевской режиссерской школы, блистательная демонстрация актерского мастерства, перевоплощения. И все та же, свойственная «Ильхому» современность, способность ярко высветить болевые точки общества, человеческой натуры.
Свободных мест в зале не было, и мне вместе с еще тремя зрителями, довелось сидеть практически на сценической площадке, где водрузили приставную красную скамеечку. Оказалась «лицом к лицу» с актерами. Возможно, проиграла в восприятии общего рисунка сценического действия, но впервые столь остро почувствовала пульс и нерв актерской игры. Увидела мельчайшие детали психологической прорисовки характеров в мимике, жестах, в самом дыхании. Впечатлена. Видела, как ценою сердца, крови, выступающего бисером пота, полным растворением в роли платит актер за аплодисменты. Глубже поняла природу актерской игры, самосжигания на сцене.
Режиссером сценической импровизации выступил Антон Пахомов. Аплодисменты! Браво!
Лаконично и динамично решена сценография (Василий Юрьев). Прекрасной находкой можно считать и , как я понимаю, специально написанную к спектаклю музыку и живое музыкальное сопровождение, с включением музыкантов в действие спектакля (Артем Ким и музыканты ансамбля «Omnibus»). Брависсимо!!!
Блистательное созвездие актеров представило целую галерею героев с их «говорящими» фамилиями и яркими характерами – Георгий Дмитриев (Варравин, Полутатаринов, Брандахлыстова – прачка, колоссальная баба), Борис Гафуров (Тарелкин, Копылов), Фарух Ходжигитов (Расплюев), Максим Тюменев (Муромский), Алёна Лустина (Лидочка) и другие.
Бурные аплодисменты, переходящие в ОВАЦИИ!!!
Никогда не думала, что так можно сыграть сценическую читку. Тексты в руках воспринимала как художественный приём, режиссерскую находку. На восприятие работало всё, даже ремарки. Думаю, и в такой версии спектакль имеет право на жизнь.
Вечер продолжился в холле. Был и традиционный для таких случаев фуршет.
А Марк Вайль смотрел на беседующую публику, на принимающих объяснения в любви и признательности своих питомцев.
А Марк Вайль смотрел на беседующую публику, на принимающих объяснения в любви и признательности своих питомцев.
И улыбался.
"Письма о Ташкенте" - художественный исторический альманах. Издается с августа 2006 года. Автор, точнее, собиратель материалов и оформитель - Скляревский Евгений. Присылайте материалы на es[dog]barbaris.uz. Еще обо мне 
Эх жаль что я не была в этот день в театре Ильхом и пропустила День Рожденья Марка Вайля.
И еще как назывался фильм Бориса Гафурова который он снял в 2009году в Москве хотелось бы знать название этого фильма и что будет вторая часть этого фильма.