Еще в 60-70-е годы прошлого века в любой школе Ташкента или Ферганы завучи и классные руководители постоянно отчитывали старшеклассников за игру в лянгу на переменках. Пугали, что от этой игры можно заработать грыжу. А игроков в ашички иные родители упрекали не в шутку, мол, чего вы опять с утра до ночи, вместо того, чтобы делать уроки, возитесь с обглоданными костями на улице, как дети из кишлаков? Как будто мы вам не покупаем «хороших игрушек»?..
Сегодня в Узбекистане детей, играющих в лянгу или ашички, не увидишь. Может быть, эти невинные развлечения запрещены президентским указом или осуждаются общественным мнением? Нет, все гораздо проще. Эти игры забыты. Они практически ушли в небытие, уступив место новым «формам досуга». Многие городские детки свое свободное время проводят не в подворотнях, а в интернет-кафе и игровых компьютерных клубах. А родители, разумеется, продолжают их ругать, но уже за чрезмерное увлечение всеми этими «дурацкими стрелялками-бродилками», которые, как говорят, «учат бессмысленному насилию». Так уж повелось, что взрослым обычно не нравятся игры, в которые играют их дети. «Вот в наше время играли…» – твердят они.
«Лянга» – лоскуток козьей или овечьей шкуры с пришитой к нему пластинкой свинца

Не знаю, как грыжу, но новичок-неумеха, попытавшийся сгоряча, в пылу азарта повторить за классным игроком в лянгу какую-нибудь из «акробатических» фигур, мог легко получить вывих, растяжение связок и даже перелом ноги. А начинавшие с непривычки упражняться с лянгой по три-четыре часа в день потом долго ходили «походкой кавалериста» – так болели натруженные мышцы ног и спины. Зато у мастеров игры, одновременно похожей на спорт и на цирковое представление, лянга могла часами взлетать, не опускаясь на землю, умело подбиваемая то ребром ботинка, то носком, то пяткой, то подошвой. То, стоя на одной ноге, то в прыжке, то двумя ногами сразу. Исполнялись бесчисленные комбинации – «виси», «пары» прямые и кривые, «люры», «джанджи», «кайчи». Проигравшего в групповом состязании иногда заставляли «маяться» – ловить лянгу, перебрасываемую по кругу ловкими пасами более удачливых игроков. По другим правилам, если «мающийся» ловил лянгу, на его место должен был заступить тот, чей пас оказался неудачным. Но это уже была забава, уводящая в сторону от «высокого искусства».
Настоящий мастер лянги мог часами солировать перед толпой зевак, среди которых не находилось желающих вступить с ним в соревнование. Или опытные игроки демонстрировали друг другу финты, совсем как киношные герои популярных в то время восточных единоборств. Да и что говорить, лянга по сложности и необходимой физической подготовке почти не уступала последним.
Совершенству в этой игре, как говорится, не было предела. Но практического смысла, понятного взрослым – ноль. Если не считать чисто спортивного интереса и особенного почета в глазах сверстников. Умение хорошо играть в лянгу входило в обязательный «джентльменский набор» настоящего ташкентского пацана. Причем в «чисто европейских» районах, вроде тогдашнего Чиланзара, ничуть не меньше, чем в махаллях Старого города. Устыдись, несчастный, если ты не освоил хотя бы люр!..
Ну и, конечно, ценились сами лянги, от изначального качества которых зависели их «летные свойства». Лучше всего были лянги из козьих шкур с особенно длинным и жирным ворсом. Если к ним был еще правильно пришит свинец, то они, подлетев высоко, парили, как маленькие парашюты. Попытки делать лянги из кроличьих шапок или синтетических воротников пальто, стянутых из бабушкиного сундука, приводили к тому, что такие изделия летали не вертикально вверх, как от них требовалось, а куда им самим захочется. Хотя малышня, помнится, с удовольствием упражнялась даже с цветками мальвы – похожей формы, с длинными лепестками и тяжелым пестиком вместо свинца.
О происхождении этой игры можно поспорить, если захочется. В Интернете мы наткнулись на интересную публикацию, где говорилось, что лянга, скорее всего, могла быть тренировочным упражнением древних восточных всадников, удерживавшихся в седле без стремян, одной силой мышц ног. «Индо-иранскиекатафракты (тяжеловооружённые парфянские и тохарские всадники – элитные воины из сословия аристократов-кшатриев) были облачёны в железо с головы до ног, вооружены длинными мечами и тяжелыми штурмовыми копьями», – пишет автор. – «Их сокрушительные удары не могли выдержать знаменитые легионы римлян разбитой ими армии Краса. Удивительно, как держались они на конях без стремян? Их ноги, тоже закованные в железо, наверное, обладали железными мускулами».
Линг, ланг, ленг и даже «long» – разные производные в индо-европейских языках от одного индо-иранского корня, обозначающего удлиненную часть чего-либо, например, тела – в том числе, конечность, ногу. От этого же корня в русском языке, возможно, произошло слово «ляжка» – мышца ноги и «лягать». Значит, лянга – вовсе не легкомысленная игра, а древнее упражнение для ног?..
Другой автор утверждает, что упражнения с предметами из шкур барана или козы существовали в древности на юге Китая, где их использовали для укрепления мышц ног в единоборствах без оружия и всадники при стрельбе из лука. Назывался этот спорт «ланк-га» – «крепкая нога».
По-моему, не стоит отрицать и возможного тюркского происхождения игры-тренировки для ног. Ведь тюркские всадники с самых древних времен удивляли противников своим умением не только держаться на коне без седла, но и метко стрелять из лука на полном скаку, бросив поводья.
Скорее всего, игра, в том или ином ее виде, была общей для всех народов Евразии, но дольше всего сохранялась там, где сохранилось и кочевое скотоводство, и мастерство лихих наездников.
Сегодня лянга находится на грани вымирания. И распространение во всем мире комфортабельного, «вегетарианского» подобия лянги - сокса – никак не может утешить ностальгию по загадочной дрвней азиатской игре, спутнице нашего безвозвратно ушедшего детства.