Ташкентская сага

Автор Марзия Габдулганиева

Шумит листвою нежно туя,

О, мой Ташкент, тебя люблю я…

там зелень листьев, в снег одетых.

мальчонка босоногий где-то

в арыке плещется отважно

в руке его пакет бумажный

в нем вишня, сорванная рядом..

Шара-бара … звучит в квартале

такое где еще видали???

И осень-с ветрами, дождями,

В газонах-желтыми кистями,

Трава — гербарий сухостоя.

И солнце, даже  не слепое,

Как при нещадном летнем зное

С утра Тянь Шань ласкает дальний,

Такое где еще видали?

На стыке ночи и рассвета

Дома, деревья — тушью где-то

раскрыли серый мрак прозрачно,

и в улочках Хадры кишлачных

В дувалах двери отворяют…

Такое где еще бывает?

И в Саратан в прозрачном зное

Асфальт расплавлен под ногою.

А в израсцовых минаретах

Синь неба бирюзой одета.

Зеленый чай на дастархане.

Бозсу течет, прохладой манит,

А окунешься-не обманет.

Алайский рынок в пестрых красках

Арбузы, дыни, словно в сказзке

Лежат навалом под навесом.

И продавец зовет:”С нарезом!!”

Он тут же в стеганом халате

На курпаче, набитой ватой,

Столь безмятежно восседает,

Что, кажется, все тайны знает.

Любовь и юность, и отрада

Ташкент — души моей услада!

Шара-бара —  крик старьевщика, разъезжающего на арбе по дворам.

Тянь–Шань — отроги горного одноименного массива, хорошо видны осенью и зимой.

Хадра —  район старого города с узбекским колоритом:узкие улицы, дувалы.

Саратан — самое знойное время года, начинается с 3 июля и длится две недели.

Бозсу — река в центре города. Переводится как  ледяная вода).

Курпача— стеганое большое ватное одеяло

Алайский рынок — центральный и самый крупный рынок города