А. Тюриков. Истории о Ташкенте. – Т.: Ёш гвардия, 1983 (приведено в сокращении)
Лекция называлась загадочно: «Видение по радио». Может, поэтому небольшой зал Народного дворца был переполнен… Далеко не каждый из тех, кто пришел сюда в тот день, мог толком обяснить, как работает радио. Ни у кого из них не было еще в доме этого маленького чуда – радиоприемника, еще толпились на улицах Ташкента удивленные горожане перед громкоговорителем… Шел 1927 год. Всего несколько месяцев назад, в феврале, начала свою работу Ташкентская широковещательная радиостанция. Только-только услышали ташкентцы эти удивительные голоса, бегущие по проводам. А тут лекция: «Видение по радио».
…«Лекцию читает инженер Борис Грабовский», — было написано на афише. И читал ее этот инженер так увлеченно и страстно, словно уже стоит в его квартире этот самый «телефот», как называл он аппарат для видения на расстоянии, и видит он в нем дальние дали, чужие города и страны… Слушали эту лекцию, как слушают сказку о ковре-самолете…
Но Грабовский не был сказочником. И не было в его маленькой квартирке на Шейхантахуре ни волшебного, ни даже простого ковра… Самое волшебное, что было в его доме – это «телефот», прибор для видения на расстоянии…
Сам Борис Львович Розинг, видный советский ученый, первым высказавший мысль по передаче изображения на расстоянии и предложивший использовать для этого электронно-лучевую трубку, — даже он не поверил своим глазам, когда Грабовский привез ему в Ленинград в 1925 году свой «телефот». Выдающийся ученый, еще в 1911 году получивший на экране трубки неподвижное изображение предмета, был восхищен – ведь перед ним, в отличие от всех предыдущих систем подобного рода, был настоящий электронный телевизор! Созданный по тому самому принципу, по которому работают и сегодняшние «голубые экраны».
Но в том далеком 25-м году первый в мире телевизор еще не работал.
Нужна была электронно-лучевая трубка, которую не изготовишь в кустарной мастерской, нужны были другие тонкие приборы…
- Поможем, — выслушав изобретателя, решительно ответил Юлдаш Ахунбабаев. И тут же, не медля, взял ручку: «На основании предложения ЦИК Узбекской ССР…». Открылись для молодого ученого двери лабораторий Среднеазиатского университета, цехов завода имени Ильича, предприятий связи. А на ленинградском заводе «Светлана» была собрана та историческая электронно-лучевая трубка, на которой впервые появилось движущееся изображение. Она и сегодня цела, хранится в Ленинграде, в Центральном музее связи.
Вот строки из отчета о первом официальном телевизионном сеансе:
«26 июля 1928 года в присутствии комиссии под руководством профессора Ташкентского университета Н. Н. Златоврацкого, Б. П. Грабовский, И. Ф. Белянский и их помощники-связисты установили в здании округа связи (ул. Л. Толстого) передатчик, а в 20 метрах от него, в другом помещении – приемник. Комиссия разделилась на две части: одни следили за передачей, другие – за приемом. В 12 часов дня был проведен первый официальный телевизионный сеанс: изумленные члены комиссии своими глазами увидели на экране радиоэлектронного «телефота» движимое изображение. Они узнали Белянского…»
…А потом был первый телерепортаж. Аппаратуру установили на углу улиц Ленина и Карла Маркса, у самого перекрестка. Мимо сновали прохожие, катился, позванивая, трамвай, и все это, словно в зеркале, отражалось на маленьком экранчике «телефота»…
Телевидение в Ташкенте – первое в мире? В это трудно поверить, но тем больше наша гордость. Родившись здесь, «голубой экран» начал свое шествие по всей стране – от Москвы до самых до окраин. Правда, только через три десятилетия. Не до телевидения было всем нам в тяжелые сороковые годы…
Михаил Сиверский в сообществе «Ташкент в поэзии и прозе.